Все новости
Круг чтения
20 Мая 2023, 11:42

Лев Усыскин. Транссибирское путешествие вялого Одиссея

Кратчайший путь, как известно, редко приводит к цели. Наверное, совсем в духе данной максимы, а также – в разительном соответствии с манерой передвижения по свету собственных героев, судьба публикаций романа кемеровского писателя Сергея Солоуха "Шизгара" оказалась весьма извилистой, если не сказать – змеевидной. Дописанный в самом конце восьмидесятых, он в 1992 году попал в "Новый Мир", пролежал там год, вызвав оживленную дискуссию, вроде бы даже с ним начал работу редактор, но в какой-то момент все переигралось – и рукопись вернули автору. Счастливее оказалось предложение в саратовскую "Волгу" – там роман, в конце концов, и увидел свет в 6-9 номерах  за 1993 год.

По обыкновениям российской литературной жизни, далее должна была следовать публикация отдельным изданием – тем более, что по формальным своим признакам "Шизгара", казалось, не несла в себе каких-либо противопоказаний этому. Во-первых, – все-таки толстый роман (малые формы, как известно, издатели переваривают с трудом великим). Во-вторых – сюжет весьма динамичный, даже, в общем-то авантюрный – даром, что действие происходит в ламинарные ранние семидесятые. В-третьих – язык повествования вполне традиционный с точки зрения усредненно-широкого читателя.

И, тем не менее, отдельной книгой "Шизгара" все не выходила и не выходила – при этом, однако, время от времени публиковались другие книги Солоуха, написанные после нашего романа – как например "Клуб одиноких сердец унитера Пришибеева" (издательство ОГИ, М., 2002) – корпус текстов, существенно более сложных для чтения и восприятия. "Шизгару" же, говорят, несколько издательств, включая то же ОГИ, отвергло.

Почему так – Бог знает, рациональное объяснение мне не ведомо. Но, как бы то ни было, наконец книга выпущена (издательство "Время", М., 2005), пусть и небольшим тиражом. Толстенький – 650 страниц – малоформатный кирпичик с красивой обложкой, запаянный в полиэтилен. Приятно взять в руки, приятно насладиться чтением.

О чем эта книга, что за историю рассказывает нам автор? Историю некоторого путешествия. Главный герой, Миша Грачик, вполне благополучный девятнадцатилетний юноша из "южносибирской" (то бишь - кемеровской) профессорской семьи, на высоте заурядного конфликта с родителями уходит из дома, отправляясь сперва в Новосибирск поступать в местный университет, а затем, из Новосибирска, – уже в Москву примерно с той же благородной целью. Описаны перипетии данного путешествия вплоть до достижения героем географической цели – приемной комиссии подготовительного отделения МГУ. Затем – финальный бросок на десятилетие вперед, в 1986 год. Герой – теперь уже состоявшийся горный инженер, аспирант-заочник – будучи в Москве в командировке, с изумлением обнаруживает в магазине выпущенную тогда "Мелодией" битловскую"Hard Day's Night". И, движимый напором нахлынувших чувств, покупает пластинки на все наличные деньги.

В чем здесь притча? Попробуем разобраться. Из того, что герой стал горным инженером практически однозначно выводится следующее: на вожделенный физфак МГУ он тогда так и не поступил. (Причины этой неудачи нам, однако, почти известны: "Опять аид?" – с холодной злобой ткнула девице под нос завитая и костлявая Мишкину карточку, едва лишь за бедолагой затворилась дверь.) Не было по ходу продвижения героя на Запад и каких-то серьезных моментов преодоления, точек осознанного выбора. Перманентно возникавшие препятствия на его пути либо сами собой исчезали столь же перманентно, либо устранялись им с помощью полуслучайных и полурефлекторных движений. Это не Одиссей или, в крайнем случае, – очень расслабленный Одиссей, юный советский Вуди Аллен, прикинувшийся Одиссеем. А, стало быть, рассказанная история по жанру не есть история достижения цели, перемены судьбы. Как и не история возвращения домой. Тогда – история чего же? Что это был за опыт такой, раз одного воспоминания о нем десяток лет спустя оказалось достаточным Грачику для того, чтобы забыть о текущем приоритете – важной встрече с научным руководителем?

Попробуем ответить. Первым делом, обратим внимание на то, что путешествует Грачик как бы не совсем один. На разных этапах своего московского похода он соприкасается с целым рядом персонажей, преимущественно – сверстников, иные из которых проделывают с Мишей часть пути и даже попадают одновременно с ним в Москву. Отметим также, что почти все эти персонажи отличаются от Грачика ощутимо большим уровнем неблагополучия своих обстоятельств и, как следствие, градусом собственной маргиналтизации. Автор достаточно подробно рассказывает нам про эти самые обстоятельства, употребляя на это от трети до половины объема всего повествования.

Что это дает автору? Первым делом, приходит в голову мысль об известном приеме, довольно распространенном в русском прозаическом нарративе. Состоит он в том, что главный герой повествования снабжается свитой разнообразных персонажей, каждый из которых, по сути, проекция какой-то стороны личности героя. Так нарисован Хаджи-Мурат Толстого или Воланд Булгакова. (Своего рода, аналог живописного жанра "A portret of an artist as…" - "Портрет художника в костюме такого-то.") В нашем случае – это в каком-то смысле "Миша Грачик, каким бы он был, если бы…"

Но это только часть дела. Причем, меньшая часть. Обратим внимание на следующее обстоятельство: вся эта маргинальная квазисвита относится к Грачику с некоторой неосознанной снисходительностью, что ли. Порой опекает его, а если даже и обижает – то как-то вегетариански… Они, эти люди, в какой-то степени, выполняют функции невольных ангелов-хранителей героя. И мы понимаем даже, почему так происходит!

Просто собственные судьбы этих падших ангелов, их истории, подробно расписанные автором, образуют довольно плотный континуум – узорчатый ковер, куда оказывается вплетенной и история главного героя тоже. Все оказывается взаимосвязанно и взаимозависимо – и именно это является залогом успеха, гарантией безопасности и т.д. В этом едином экзистенциальном пространстве, похоже, господствует закон сохранения счастья – и если у кого-то этой субстанции прибыло, то значит кто-то за эту прибыль заплатил. Пусть неосознанно, но сполна. Понял ли это Миша Грачик в итоге своего московского похода? Если и не понял, то уж всяк – прочувствовал. И рефлекторно-символическая покупка пластинки – культовой в той, десятилетней давности, реальности – тому доказательство. Он покупает Битлз "на все" – то бишь, для всех – словно бы желая отблагодарить тех людей и, одновременно, вернуться вместе с ними… Куда же? Да в ту далекую страну, в которой собственное бытие ощущается каждой порой, каждой клеточкой организма – в страну, имя которой молодость. "Верни мне молодость, верни мне молодость!" – как взывал к alter ego автора герой почитаемого Сергеем Солоухом Воннегута.

Из архива: ноябрь 2008г.

Читайте нас в