Все новости
Публицистика
4 Февраля 2021, 17:44

№1.2021. Татьяна Романкевич. Учёба и дружба в годы войны

Январь 1942 года. Идет война. Я работаю радистом-оператором в радиоотделе Уфимского телеграфа. Тяжелые двенадцатичасовые то дневные, то ночные смены. От голода часто давит желудок и кружится голова, но иногда бригадир посылает нас по очереди в столовую, где без карточек дают какую-то мучную похлебку с кусочками мороженого картофеля, свеклы, капусты, и это уже счастье. Вместе со мной работает Володя Быстров: мы оба окончили Осоавиахимовские курсы радистов по путевкам комсомола. Но его через 2-3 месяца призывают в армию. В отделе остаются только девушки, да и то некоторые тоже уходят на фронт.

Татьяна РОМАНКЕВИЧ
Татьяна Владимировна Романкевич (1923–2008) родилась в семье известного уфимского хирурга-морфолога, одного из основателей Башкирского медицинского института и станции переливания крови Владимира Михайловича Романкевича (1889–1966) и активной участницы революционного движения в России, соратницы М. В. Фрунзе, учёного-гидробиолога Сусанны Альбертовны Дамской (1889–1929). Татьяна Владимировна унаследовала от своих родителей не только литературный талант и силу духа, но и такие редкие в нынешнем потребительском обществе качества, как душевное благородство и преданность памяти ушедших. В последние годы она, невзирая на возраст и болезни, оставалась душой своей большой и дружной семьи и по крупицам собирала неоконченные мемуары своего мужа, заслуженного врача РБ и РФ, историка здравоохранения и краеведа Владимира Анатольевича Скачилова (1923–1996). Результатом её усилий стало два издания книги «О прожитом, пережитом» (1998 и 2003 гг.), мгновенно разошедшихся среди краеведов республики. К сожалению, из-за этой работы свои собственные воспоминания она довела лишь до середины 1930-х годов. Лишь в 2007 году её воспоминания «Татьянино детство» вышли в сборнике семейных историй «Семейные хроники ХХ века», изданного библиотекой БГПУ и домом-музеем С. Т. Аксакова крохотным тиражом и недоступном широкому читателю. А в октябре 2008 года Татьяна Владимировна ушла из жизни.
УЧЕБА И ДРУЖБА В ГОДЫ ВОЙНЫ
Январь 1942 года. Идет война. Я работаю радистом-оператором в радиоотделе Уфимского телеграфа. Тяжелые двенадцатичасовые то дневные, то ночные смены. От голода часто давит желудок и кружится голова, но иногда бригадир посылает нас по очереди в столовую, где без карточек дают какую-то мучную похлебку с кусочками мороженого картофеля, свеклы, капусты, и это уже счастье. Вместе со мной работает Володя Быстров: мы оба окончили Осоавиахимовские курсы радистов по путевкам комсомола. Но его через 2-3 месяца призывают в армию. В отделе остаются только девушки, да и то некоторые тоже уходят на фронт.
У меня туберкулез легких, лечусь плохо, нерегулярно, но летом 42-го мне дают путевку в санаторий Шафраново, и там после активного лечения и хорошего питания я оживаю. Осенью этого же года поступаю в Башкирский медицинский институт. На одном из первых практических занятий замечаю знакомое лицо – паренек с пышной белокурой шевелюрой, слегка прихрамывающий. Да это же товарищ Володи Быстрова, он заходил иногда к нему на работу! Так произошло наше знакомство с Володей Скачиловым. С 3-го курса мы особенно сблизились, бывали в одних компаниях, вместе занимались, читали, иногда ходили на галерку в оперный театр. И что удивительно: никогда не ссорились. Хотя по характеру были совершенно разными людьми. Он мягкий, спокойный, уравновешенный (жил с матерью, простой работницей, без отца). Я же росла с отцом (мама умерла, когда мне было шесть лет), была очень начитана, писала стихи, по характеру резкая, с мальчишескими замашками, хорошо дралась (жизнь заставила), много бегала на лыжах и коньках. Сближали нас книги, любовь к истории, театру, участие в самодеятельности, общественная работа.
Володя ходил с палочкой, а иногда и на костылях, это ежедневно 2-3 километра в институт и обратно. И несмотря на холод в аудиториях, недоедание, учились все с каким-то даже азартом. Да и каков был состав преподавателей! Нам читали часть лекций прекрасные уфимские профессора: Д. И. Татаринов, В. А. Самцов, В. А. Жухин, Н. И. Савченко, А. А. Полянцев, Г. А. Пандиков, Н. А. Шерстенников, И. А. Лерман, В. Г. Кузнецов; кроме того, члены Украинской Академии наук (эвакуированной в то время в Уфу): А. В. Палладин, А. А. Богомолец, Н. Д. Стражеско; профессора 2-го Московского медицинского института: Я. В. Ролл, Е. С. Бурксер, Н. Д. Маргулис, М. М. Кузнец и многие, многие другие блестящие ученые.
Где-то в 1944 году мой отец, доцент мединститута В. М. Романкевич, большой любитель и знаток литературы и искусства, организовал студенческий литературный кружок. Собрания его проходили у нас дома. О многих писателях, поэтах, художниках мы делали доклады. Отец имел прекрасные альбомы репродукций известных мастеров, хорошую библиотеку. Было нас, студентов, человек 18-20, с трудом размещались в нашей небольшой комнатушке, но как бурно и интересно проходили эти занятия! Сколько нового мы узнавали! Готовясь к докладу, каждый изучал много литературы, рассказывал о самых интересных, а иной раз и о малоизвестных произведениях. Посещал этот кружок и Володя. Помню его доклад об А. П. Чехове, который мы бурно обсуждали и сделали внушение докладчику «за узкое освещение творчества писателя». Вот какие были критики!
Отец мой был требовательным преподавателем. И даже зная о нашей с Володей дружбе, строго гонял его на экзамене по оперативной хирургии (иногда даже неправильно подсказывал) и заставил его сдавать экзамен дважды.
Затаив дыхание, мы бывали на сложнейших операциях профессора Александра Андриановича Полянцева, который умел, работая на операционном поле, одновременно рассказывать студентам все этапы операции, приучая этим к систематизации работы.
С удовольствием занимались мы с Володей в кружке нервных болезней. Руководителем его был доцент Николай Иванович Воробьев. Обследуя с нами больных, он иногда открывал такие необычайные истоки болезни, ее проявления, возможности излечения, что мы диву давались.
Сухой и трудный предмет патологической анатомии Виктором Александровичем Жухиным преподносился как интереснейшая история битвы против злейшего врага человека – болезни, и мы даже забывали записывать его лекции, слушая их порой как чарующую сказку.
Но кроме занятий, мы возили на санках дрова в институт с Правой Белой. Иногда бревна вмерзали в речной лед, и приходилось вырубать их. Ездили в колхоз на уборку картошки и свеклы, работали на субботниках.
Уже в конце 5-го курса мы решили с Володей пожениться и после института уехали в Кармаскалинский район, где и началось наше становление как врачей. Вскоре к нам приехала и Володина мама, добрая, хотя и властная женщина. Мне, выросшей без матери, первое время было трудновато находиться под ее началом. Но ее тактичность, ненавязчивые советы, искреннее ко мне чувство привязанности сыграли свою роль, и она стала для меня таким же близким человеком, как Володя.
Читайте нас в