Все новости
Круг чтения
23 Января , 09:54

№1.2023. Владимир Чакин. Рейтинг Чакина

Пять современных российских романов пяти авторов, рекомендованных к прочтению известным критиком и литературоведом, победителем конкурса литературной критики «Эхо» за 2021 год Дарьей Тоцкой. Ни один из пяти романов не вызвал сожаления за потраченное на него время, наоборот, каждый внес определенный вклад в развитие мышления и формирование уточненного взгляда на художественную литературу. Все более понятной становится тенденция усложнения структуры романа. Это отнюдь не самоцель, автор лишь выбирает оптимальную с его точки зрения форму, которая в наиболее адекватной степени отражает задуманную им мысль, подлежащую воплощению в композиционном плане. Это может быть роман в романе, переписка, воспоминания, рабочие записки, поток сознания, структура предложения, комбинация всего этого и много чего еще. В итоге может получиться синергетическая комбинация темы, мысли и формы, которая и предстает нашему взгляду как удачный, интересный, гармоничный роман. Конечно, существуют субъективные предпочтения у читающего, но когда авторское воплощение совершенно, это понимает большинство читателей. Здесь и заключается главная загадка творчества: писатель пишет роман, а получается он или нет, возникла ли синергия воплощения в единое целое составляющих его компонентов или осталось простое перечисление, сваленное в бесформенную кучу. И не нужно прикрываться банальным утверждением, что, мол, я так вижу мир, это моя экспрессия. Да на здоровье, только это совсем не литература, а нечто иное, не особо стоящее внимания.

 

Алексей Макушинский

Пароход в Аргентину

Роман, 2014 г.

 

Короткий список премии «Большая книга»; Русская премия, 1-е место, 2014 г.

Книга изумительно благородной тональности, вот так надо бы жить и воспринимать окружающую действительность. Без излишних рефлексий проживать годы, подаренные судьбой, постоянно и неуклонно стремясь к цели, преодолевая неизбежные жизненные невзгоды и продолжая жить вопреки возникающим на пути, казалось бы, непреодолимым препятствиям. А это ни много ни мало русская революция, приход большевиков в Прибалтику, Первая и Вторая мировые войны, нацистская оккупация и сталинские лагеря, до- и послевоенные.

Описана судьба великого европейского архитектора Александра Воско (настоящая фамилия Воскобойников, он русский, родом из Серебряного века, его жизнь протекает на наших глазах, весь ХХ век до развала СССР) глазами автора, который сам всегда присутствует рядом, хотя в реальности встречался с Воско лишь раз, за полгода до его смерти. Тут необходимо заметить, что архитектор Воско и его жизненная история полностью выдуманы, такого человека просто не существовало в действительности. А автор существует, он упоминает по ходу о своих реально написанных романах, что читает лекции по философии в немецком университете. То есть реальный автор погружается в жизнь никогда не существовавшего персонажа и реконструирует, воссоздает ее, опираясь на доступные ему якобы документальные свидетельства. Литературный прием, но зачем это нужно? Пусть будет обычный роман с главным действующим лицом, знаменитым архитектором Александром Воско, зачем автору путаться под ногами со своим личным участием в действии? Однако как раз в этом весь смак романа. Одно дело всезнающее око-автор в обычном романе, оно нейтрально, холодно и к тому же неестественно по своей природе. Совсем иное дело, когда жизнь выдуманного персонажа окрашивается личным отношением автора, который всегда рядом с персонажем, наблюдает, оценивает, исследует его жизнь и постоянно высказывает свое мнение-отношение к происходящему. Автор посещает места бывшего пребывания Воско и воссоздает его жизнь, опираясь на свидетельства родственников и очевидцев, либо на основании писем, личных дневников. При этом автор восхищается не только личными качествами и собственно жизнью архитектора Воско, но и жизнью вообще. Автор благоговеет перед жизнью, находит естественным любые ее проявления, трагические или радостные. Под его пером жизнь расцветает невиданными красками, и это не искусственные цветы, а мировоззрение автора, преломленное его талантом живописца слова.

Случайность или не случайность неожиданных совпадений в жизни, а именно встреч, например, на пароходе в Аргентину, куда пятидесятилетний Воско уезжает из разрушенной послевоенной Европы, сам толком не понимая зачем. Жизнь практически прошла без особого успеха и известности. И на пароходе ему встречается друг детства, проживший к тому моменту гораздо более трагическую жизнь. И дальше они живут и работают вместе, и Воско приобретает мировую известность своими архитектурными шедеврами, созданными в Аргентине. Успех пришел вдали от цивилизации, хотя свои принципы понимания архитектуры как естественного продолжения природы, овеществленной в камне, Воско высказал еще в начале тридцатых. Но тогда его не поняли и не восприняли должным образом.

Автор также высказывает мысль о том, что нас, людей, как будто кто-то ведет по жизни, подсказывает правильные ходы, устраивает совпадения и встречи, которые никоим образом не коррелируют ни с какой теорией вероятности. Эти совпадения невероятны, но тем не менее иногда они происходят в жизни, и после них наша жизнь вдруг меняется в лучшую сторону.

Еще интересна мысль, что существует жизнь предметов (это архитектура) и жизнь слова (литература). Жизнь предметов самодостаточна, это архитектурные шедевры, которые прекрасны сами по себе, без прямого участия слова в формировании этой красоты.

Книга произвела впечатление светлой атмосферой, раскованностью, свободой, раскрепощенностью. Ты погружаешься в мир высоких понятий и отношений, люди говорят и пишут на нескольких языках, это высокоинтеллектуальное европейское общество, ты читаешь, испытывая легкую зависть к описываемому уровню общения людей, их пониманию жизни. Вот как надо бы жить, существовать, стремиться и достигать.

 

Рейтинг: 7

Владимир Шаров

Царство Агамемнона

Роман, 2018 г.

 

Хронологически последний роман писателя, который посвящен литургике послереволюционной эпохи России. Концептуальный взгляд на российскую православную церковь той страшной поры. Все мы наслышаны о практически полном растерзании церкви, о преследовании священников, разрушении и разграблении храмов. Но находились люди, которые продолжали служить церкви, проходили сталинские лагеря, мучения, пытки, но оставались верными христианским взглядам, которые, однако, порой носили несколько своеобразный характер. Вынужденное обновленчество. Сотрудничество с властью. Ведь любая государственная власть на земле от Бога. Это означает, чтобы власть ни совершала, она всегда права, и нет пути, кроме как служить ей. На этом пути как будто оправдываются все козни и злодеяния сталинского времени, однако все не так просто. Предполагается, что в 1917 году Христос проиграл сражение падшему ангелу, сатане, и в стране с этого времени властвует дьявол. Храмы лишились благодати, роль священников теперь исполняют представители карательных органов, следователи, и искупительная исповедь происходит на допросах подозреваемых, которые обязаны всегда говорить правду. Правду во всех без исключения случаях, даже если это приводит к посадке и смертям десятков и сотен людей, в том числе близких родственников. Доносительство теперь благо, ведь происходит для власти, которая от Бога. То есть все в жизни становится наоборот, зло становится благом, когда властвует сатана. На примере жизнеописания одного человека, некоего Жестовского, который прошел весь путь эволюции от дореволюционных патриархальных взглядов через четыре посадки в сталинские лагеря к сотрудничеству с властью, предательству дочери, друзей, к торговле церковными атрибутами, становлению святым отцом и одинокому лесному отшельничеству. На что здесь расчет и упование? Неужели смирение с тем, что Бог допускает вечную власть победившего сатаны? Нет, второе пришествие Христа неизбежно, нужно потерпеть, все вынести и для этого будущего пришествия работать здесь и сейчас, не покладая рук. И тогда все жертвы сталинских репрессий во время Страшного суда прямиком отправятся в рай. Но это после второго пришествия, а сейчас власть и следователей интересует теоретическое обоснование подобных взглядов, циркулирующее в церковной среде, кто и как организует встречи православных иерархов, ведь все это запрещенные организации, заговор против власти, за что нужно сажать и расстреливать. Парадокс того времени: честность и предательство стали синонимами.

Роман многоплановый, сложен по структуре, автор не зря по ходу примеривается к «Мастеру и Маргарите», поскольку это и роман в романе, и пропавший в недрах ГПУ роман, написанный по мотивам и основе напечатанного романа другого автора. Пропавший роман как бы восстанавливается по воспоминаниям дочери главного героя, которая переписывала как доносы отца, так и главы романа. Сильная сюжетная линия связана с якобы наследником престола великим князем Михаилом, братом царя Николая Второго. Главный герой Жестовский побывал и в роли самозваного князя Михаила, якобы выжившего в лихолетье Гражданской войны. Любопытно обоснование его самозванства. Ведь первый царь династии Романовых был тоже Михаил и был избран боярским сословием, поэтому не является представителем Бога. Раз такое было возможно в прошлом, почему не может повториться сейчас? То есть великого князя Михаила назначил народ и начал поклоняться ему как наследнику царской власти в стране. А он сам просто согласился с выбором народа.

Нельзя не упомянуть, что фабула романа прямо перекликается с древнегреческой мифологией, в частности, фигурирует Электра (так называет себя дочь Жестовского), дочь Агамемнона и Клитемнестры, излюбленная героиня греческих трагедий. В юности она стала свидетельницей убийства отца матерью и её любовником Эгисфом и в дальнейшем противостояла матери в ее жизни.

Роман художественно привлекателен и является для меня одним из редких произведений, которые хотелось бы иметь в виде бумажной книги.

 

Рейтинг: 7

София Синицкая

Сияние «жеможаха»

Три повести, 2020 г.

 

Финалист НБ-2020, 2022, БП-2020, НОС-2019, лауреат премии Гоголя, 2019 г.

Пример литературы, когда по праву стиль – это всё. Автор уходит на нейтральную гуманистическую сторону и описывает шебуршание героев на нашем и том свете. Разницы между земной и загробной жизнями никакой внешне, только там так, как должно было быть здесь, но никогда не было и не будет. Бесприютные люди-тени шатаются туда-сюда между мирами и живут, постоянно преодолевая сопротивление жизненной среды. Они не жалуются на порой трагические извивы судьбы, они просто живут, но, учитывая окружающие условия, просто жизнь для них это уже подвиг. Но и в этом постоянно длящемся подвиге находится место и для такого Подвига, что диву даешься, на что способен просто человек, когда его припрет. Вот тогда истинная душа и раскрывается в полете.

А окружающая героев среда соответствующая. Это 20, 30, 40, 50-е советские годы. Ставшие обычными для литературы сталинские реалии, лагеря, репрессии, смерти, доносы на соседей и коллег, атмосфера постоянного страха перед завтрашним днем. Но персонажи проживают каждое мгновение этой чудовищной на взгляд со стороны жизни от всей души, так как они понимают и воспринимают окружающее внутренне, живут своей собственной правдой и никак иначе. А правда у каждого своя, она искренняя, но своя, будь ты ярый коммунист или фашист, охранник лагеря или крупный ученый. И живет каждый по-своему, по своей правде, а если за тобой горы трупов, то так тому и быть, ведь все по правде. Другое дело, что потом, после смерти, все отразится в продолжении твоего бытия соответствующим образом. И не ад вроде, как мы его представляем с чертями и котлами с кипящей серой, а вечное пустое прозябание, которое хуже намного, чем прямая боль и страдание.

Филигранная техника слова, каждая фраза звучит отчетливо и ясно, смешно и грустно одновременно, юмор на таком уровне, что он буквально в каждом слове. Но это отнюдь не Ильф и Петров с их насмешкой, авантюрной динамикой развития событий, здесь юмор изначально заложен в тональности повествования и взгляде на окружающий мир, отстраненном, всеохватном, любящем, жалеющим, в то же время как бы постоянно подсмеивающимся над нелепостью, несуразностью нашего бытия в этом мире и в то же время радующимся жизни как таковой, всем ее проявлениям, хорошим и даже плохим, ведь таковы обстоятельства, куда от них деться.

Пожалуй, Гоголь, из тех гоголевских питерских сфер авторская метода, но, конечно, своя. Автор из Ленинграда / Санкт-Петербурга, много страниц в повестях о блокаде, выживании ленинградцев в чудовищных военных условиях, вообще питерский колорит в каждой строчке. Голявкин, Конецкий, Валерий Попов – это ведь та самая благодатная почва и среда постоянного питерского сумрака и болотного тумана, в котором нужно жить каждый день и нет иного выхода, как отстраниться, взглянуть со стороны на себя и окружающих, посмеяться от души над всем этим постоянным несообразием. Как там по Корнелюку – город, которого нет. Его нет для тех иных, которые не те. Для тех он есть, был и всегда будет, нужно лишь по-питерски смотреть на вещи. Автор явно из той когорты.

 

Рейтинг: 7

Евгений Чижов

Собиратель рая

Роман, 2019 г.

 

Первая премия «Ясная Поляна», 2020 г.

Настоящее – это ад, прошлое – рай. Прошлое намертво сцеплено с вещами из того времени. Но мертвые вещи так и останутся никому не нужным хламом, если не появится тот, кто сможет одухотворить их, наполнить смыслом и содержанием, придать им аромат прошлых времен, сотворить ауру рая, вероятно, лишь иллюзию рая, но тем не менее все-таки земного рая, пусть лишь в нашем разбуженном воображении. Преференция материальному, вещному миру, но через материальный мосток выход в духовность. Овеществленная духовность. Духовность в материальном, которая открывается, однако, далеко не всем, а только избранным. Старая фотография, да практически любой материальный предмет из прошлого открывает невидимые двери в рай ушедшего навсегда времени. А здесь вокруг продолжается из мгновения в мгновение адская битва всего со всем. Но стоит лишь текущему моменту времени уйти, как он замирает навсегда, застывает нерушимым слепком действительности, и чем дальше в прошлое, тем ярче, красивее, одухотвореннее становится этот момент, все больше наполняясь атрибутами рая и теряя признаки ада настоящего времени.

Автор потрясающе художественно описывает сиюминутный ад на земле на примере персонажей романа. Сын, тот самый избранный, и мать, страдающая усугубляющимся Альцгеймером. По сути, между ними нет особой разницы в восприятии окружающего мира. Сын собирает старинные вещи, наполняя их духовным содержанием, тем самым возвращая себе и внушая окружающим людям ощущение рая прошлого, мать же все больше уходит из ада настоящего и погружается в рай прошлого, сознанием погружаясь в те времена, когда была счастлива и жила в раю, несмотря на всю сложность той прошлой жизни. Сложности забываются, остается только пережитое счастье того времени, куда ведет ее неизлечимая болезнь. Однако сын погибает от рук хулиганов, идя на них с голыми руками и восклицая нелепый лозунг, который был услышан от пьяницы во время поиска матери по городским закоулкам, когда она в очередной раз заблудилась, забыв путь к теперешнему дому. Ей нужен теперь только проезд к Художественному театру, где она жила с родителями десятки лет назад. Сын погибает, не справившись с ежесекундным окружающим адом настоящего, а мать окончательно проваливается в райское прошлое, пусть по болезни, но что такое болезнь как не прямое воздействие на здоровье окружающей реальности ада?

Два главных персонажа несут основную смысловую нагрузку, второстепенные дополняют, в них, как и в подавляющем большинстве обычных людей, намешано столько всего половинчатого, не цельного, лишь скользящего по поверхности вещей и явлений. Преемник умершего собирателя рая даже обладает задатками писателя, пытается фиксировать интересные события, происходящие вокруг него или услышанные от кого-то, записывает в записные книжки. Но это все так банально и примитивно, так не концептуально, настолько ни в малейшей степени не отражает сути всего. И сам преемник понимает свою беспомощность в понимании, ощущении мира. Но что поделаешь, если родился серым и невзрачным в своих собственных глазах. На самом же деле, все не так, просто преемник не нашел себя, не открыл в себе своего мира. Подражание и потеря себя – это окончательная смерть, это хуже ада и рая.

 

Рейтинг: 6

Татьяна Замировская

Смерти.net

Роман, 2021 г.

 

Дебютный роман (сборники рассказов были) белорусской писательницы, живущей с 2015-го в Нью-Йорке. Редкий случай, когда хотелось бы иметь бумажный вариант книги, чтобы в нее иногда заглядывать за справкой о том, как и что вокруг нас.

Никому не хочется думать о смерти, а между тем она с неумолимой неизбежностью всех нас поджидает где-то там, за горизонтом бытия. Во всех религиях загробный мир само разумеющееся явление, здесь, в земном антураже, как бы ладно, а вот там, за гранью жизни, мы уж поживем на славу, если, конечно, не угодим в страшный и ужасный ад. Чуть сложнее дело обстоит в науке. Посмертное существование не доказано, однако есть свидетельства о ярком свете в конце тоннелей, что наблюдали люди в состоянии клинической смерти и о чем рассказывали как очевидцы, когда их реанимировали и вернули к жизни. Поэтому интрига как бы сохраняется. Не говорю уж о столоверчении и прочих материальных проявлениях духов умерших людей в спиритических сеансах. То ли духовидцы, то ли проходимцы, кто ж их разберет?

Автор идет значительно дальше. У нее посмертный мир абсолютно реален, мало того, с ним установлена стабильная цифровая связь человечества типа интернета для мертвых. Если живой человек пожелает, он может откликнуться на письма родственника оттуда и поддерживать с ним общение. Но для того, чтобы остаться в том мире в функциональном состоянии, нужно успеть при жизни скопировать свое сознание, и лишь та копия функционирует после смерти. Можно запустить туда копию сознания и без собственной смерти на земле. Можно умереть без копии навсегда, без цифрового «воскрешения». Но могут там продолжать жить те, кого помнят, их называют зомби. Они живут безо всяких цифровых копий, а лишь в воспоминаниях людей, подпитываются этими воспоминаниями.

Но, оказалось, что далеко не все живые хотят общаться с почившими в бозе, потому что о чем говорить с мертвыми, ведь там, за чертой, ничего не происходит. А затем люди запланировали вообще отключить сервер, чтобы тот мир исчез навсегда. И для начала живые отрубили интернет для мертвых. Тогда мертвые восстали и создали свою новую реальность, в которой могут продолжать существовать независимо от породившего их земного мира.

Кроме этой общей схемы бытия цифрового загробного мира, автор придумал забавный сюжет о переходах между мирами, колоритных персонажей из разных миров, материального и цифрового, борющихся за свои интересы.

Но это все лишь одна сторона дела. Гораздо важнее (по крайней мере, для меня), что в книге в обрамлении фантастического антуража затрагивается феномен человеческого сознания. Никто до сих пор не понимает, что это в принципе и как оно связано с материальным миром, окружающим нас. Высказывается гипотеза о цифровой природе сознания, возможности его копирования и воспроизводства как целого, даже без понимания его природы. Копия должна храниться на сервере. Но что это за сервер? Каждый человек сам себе сервер (например, расположенный в мозгу)? Или возможно создание глобального сервера, куда можно загрузить цифровые копии сознаний всего умершего или еще нет человечества, создать программу глобального контекста, и они, эти скопированные сознания, начнут жить там своей цифровой жизнью. От этой концепции остается всего лишь один небольшой шажок к концепции нашего мира как глобальной цифровой симуляции. Но в этом случае нужен внешний сервер, содержащий симуляцию нашего якобы физического мира. Здесь два предположения. Или глобальный сервер является неотъемлемым свойством мироздания, или он и есть тот самый Бог, творец всего сущего. И, в конце концов, Бог, и глобальный сервер одно и то же, лишь названное разными словами в разные исторические эпохи.

Удивляет глубина познаний автора в этой специальной области науки о сознании. Создается впечатление, что ничего случайного, рожденного богатой фантазией автора в книге нет, имея в виду аксиоматику книги, специальные знания о сознании, современном состоянии проблемы. В результате гармоничной суперпозиции специальных знаний и фантазии получилась изящная и оптимистичная вещь под названием «Смерти.net». Возможно, с обозначением пути, в направлении которого стоит подумать современным ученым.

 

Рейтинг: 7

Читайте нас в