+15 °С
Облачно
Все новости
Публицистика
16 Мая , 14:16

№5.2022. Ирина Фролова. Токийские истории

Императорский дворец – раз, парк Уэно – два, рыбный рынок Цукидзи – три (он, кстати, выше всяких похвал! Наши чемоданы на обратном пути были набиты сушеными обитателями моря), легендарный квартал Асакуса – четыре, манящие огни Гиндзы – пять, магия театра Кабуки – шесть, башня порта Тиба (Чиба) – семь.

№5.2022. Ирина Фролова. Токийские истории
№5.2022. Ирина Фролова. Токийские истории

Ирина Васильевна Фролова родилась в 1970 году в г. Уфе. Доктор философских наук, профессор. Заместитель директора Института истории и государственного управления Башкирского государственного университета по научной работе. Лауреат Довлатовского фестиваля «Литературный импульс» (Уфа, 2020).

Летним вечером 2021 года инициатор и вдохновитель Довлатовского фестиваля Артур Валеев сделал мне замечание. Негоже, мол, тебе, как призеру прошлогоднего конкурса, отлеживаться на лаврах:) Поэтому начинаю серию своих «токийских историй» (не путать с токайскими) – на этот раз вне конкурса, а просто по зову души.

 

Токийские истории. Зарисовка первая, или Язык до Тибы доведет

 

В августе 2015 года мне довелось с делегацией из Башкирии участвовать на научном конгрессе в Токио. С группой коллег из академии госслужбы мы организовали – ни больше ни меньше – международный круглый стол по местному самоуправлению, да еще и выступили каждый в своей секции. Как говорили основоположники, «программу-максимум» выполнили и с чистой совестью перешли ко второй части Марлезонского балета – активному знакомству со Страной восходящего солнца. Времени было не так много, и мы с моей подругой и коллегой Лирой решили обследовать достопримечательности Токио. А Токио – это не город, а огромный столичный округ, в котором чего только нет. Императорский дворец – раз, парк Уэно – два, рыбный рынок Цукидзи – три (он, кстати, выше всяких похвал! Наши чемоданы на обратном пути были набиты сушеными обитателями моря), легендарный квартал Асакуса – четыре, манящие огни Гиндзы – пять, магия театра Кабуки – шесть, башня порта Тиба (Чиба) – семь, и так далее! Башню с её смотровой площадкой, откуда открывалась роскошная панорама Токио, мы оставили, что называется, на закуску – последний день пребывания в Японии.

Добраться до башни от нашего отеля было непросто. Три пересадки: сначала на Japan Railways (городская электричка), потом на метро и наконец на Tokyo Monorail – парящий в небе подвесной монорельс. Кстати, мои сыновья поездку на этом чуде техники обозначили как обязательный пункт посещения Японии. Как это ни странно, тогда в Японии – символе научно-технического рая – далеко не везде принимали оплату по пластиковым картам. Билеты на смотровую площадку башни и поездка на монорельсе предполагали кэш – наличный расчет. Перед выходом из отеля мы с Лирой пересчитали наличку и поняли, что оставшихся монет и купюр как раз на все хватит.

Самое интересное начинается дальше. Я положила свой кошелек на полочку перед зеркалом и… забыла его! Однако обнаружила это только во время пересадки на монорельс, так как на электричке и в метро расплачивалась пластиковой картой, лежавшей в отдельном кармашке сумочки (привычка держать карту отдельно – с постсоветских времен, когда в общественном транспорте крали кошельки). Решив, что без проблем найдем отделение банка в Тибе и снимем наличку, мы купили билеты на оставшиеся у Лиры деньги. Поездка того стоила! Настоящий полет над Токио! Однако в Тибе нас ждало разочарование – нигде поблизости банка не было. Мы дошли до башни в надежде, что ситуация изменилась и примут оплату картой. Ничего подобного! Только кэш. Тратить оставшуюся у Лиры наличку было нельзя – ее нужно было сохранить на обратную поездку. Чувствуя себя виноватой, я пару минут посидела в холле и решительно двинулась в направлении менеджера.

Мой уровень владения английским – «читаю и перевожу со словарем», однако в экстремальных ситуациях могу мобилизоваться. В красках – насколько позволял словарный запас – живописала менеджеру ситуацию: мечту о смотровой площадке в портовой башне Тибы, путь от отеля до Тибы, отсутствие банков, завтрашнее возвращение в Россию, вопрошание о том, как решить проблему... Молодой мужчина-менеджер недоуменно смотрел на меня из-за стекол очков, временами переспрашивая: неужели мы ехали так долго и издалека, чтобы посмотреть башню? На самом ли деле завтра улетаем из Японии? В конце концов, он тяжко вздохнул и сказал: «Хорошо, мы разрешаем вам подняться на смотровую площадку. Но только один-единственный раз – сегодня!» Мы расплылись в довольных улыбках – ежедневное бесплатное посещение смотровой площадки в наши планы точно не входило!

И вот мы мчимся на скоростном лифте на смотровую площадку. Смотрим на Токио, в котором зажигаются вечерние огни. Панорама великолепная! Думаем о замечательной стране Японии, где есть такие понимающие люди!

До того, как мы на монорельсе летели над Тибой обратно, случилась не менее забавная история, но она тянет на отдельную зарисовку. На оставшийся у меня в кошельке кэш в аэропорту мы купили домой японские гостинцы – желейные конфеты из водорослей. А пословицу про Киев я теперь смело перефразирую – «язык до Тибы доведет»!

 

Токийские истории. Зарисовка вторая, или Инициатива заразительна

 

Продолжаю свои зарисовки-воспоминания из Токио. Чего греха таить – в последний день пребывания в Японии нам с Лирой хотелось поужинать в приличном месте, хотя не только наличка, но и финансы на карт-счёте были уже на исходе. По дороге от портовой башни Тибы к станции монорельса мы увидели красивое, подсвеченное изнутри здание – ресторан-буфет Harvest Garden. Зрелище было завораживающее. Ресторан напоминал ажурную новогоднюю игрушку, и ноги сами понесли нас в его сторону. Надо сказать, что к тому моменту эксклюзивной японской кухни мы уже отведали в достаточном количестве (ресторан нашего отеля специализировался исключительно на этой линейке – наелись, проще говоря), поэтому были не прочь перекусить чем-то более нейтральным и привычным.

Ценник меню вызвал у нас гораздо меньший восторг, чем внешний вид ресторана. Формат «буфета» предполагал, что необходимо оплатить сет из нескольких блюд, который можно потом пополнять весь вечер, выкладывая их на специальный персональный поднос. И был этот сет откровенно дороговат, превосходя сумму, которую мы готовы были потратить, как минимум в два раза. Поразмыслив, мы решили спросить у официанта, нельзя ли нам взять один сет/поднос на двоих. После того как нам удалось бесплатно лицезреть панораму Токио с портовой башни в Тибе, вера в наши коммуникативные способности окрепла (неслучайно Лира впоследствии стала организатором известной не только в Уфе, но и за ее пределами школы ораторского искусства). Длинноволосый юноша присел – как это обычно делают официанты в японских ресторанах – у наших ног, пытаясь понять, что мы хотим ему сказать. Ситуация осложнялась тем, что официант Harvest Garden не знал никакого языка, кроме японского. Инициативу взяла в свои руки Лира. И… да здравствуют Wi-Fi и Google Переводчик! Начался коммуникативный батл: проблема была в том, что юноша никак не мог сообразить, как мы собираемся вдвоем вкушать ужин с одного подноса (тоже мне, проблема, называется. Тем более в доковидную эпоху. Были бы у каждого персональные вилки и ножи!). На этот раз объясняла Лира: мы из России, в Японии в командировке, у нас уже мало денег, нам хочется есть, мы заботимся о фигуре, нам хватит еды с одного подноса-сета... В итоге мяч оказался на нашей стороне: юноша тряхнул шевелюрой и куда-то удалился. Как выяснилось, ходил к менеджеру ресторана. Тот сам вышел к нам в холл ресторана – видимо, заинтересовался странными дамами из России – и озвучил вердикт: мы оплачиваем два сета по цене одного, но можем наполнить его только один раз! И бокалы с напитками тоже – только один раз! Возможно, в его устах это звучало как приговор, но мы второй раз за этот вечер расплылись в улыбках – намерения уничтожить все пищевые запасы заведения у нас точно не было!

Мы отлично поужинали. После возвращения в Уфу было что рассказать коллегам про наши коммуникативные навыки. Инициатива не только наказуема, но и заразительна! А возможности взаимопонимания людей – даже среди носителей разных языков – поистине безграничны.

 

Благодаря студентам я открыла для себя на институтском буккроссинге творчество Довлатова, изюминкой которого являются короткие юмористичные рассказы. Благодаря младшему сыну – творчество Тарантино, в котором большую роль играет нелинейное повествование. Руководствуясь этими максимами, откручу стрелку часов назад, возвращаясь к началу конгресса в Макухари в августе 2015 года, и сделаю еще одну зарисовку.

 

Токийские истории. Зарисовка третья, или «Only sea view»

 

На международный круглый стол в Токио прилетел из Софии наш коллега Николай. Невозмутимый красавец не типичного для Болгарии нордического типа, он невольно стал одним из участников этой истории.

На открытии конгресса в Университете международных исследований Канда наша группа воссоединились с башкирской делегацией, прибывшей тремя траншами. Коллеги из регионального института РАН, прилетевшие днем раньше, радостно рассказали, что успели искупаться в Токийском заливе. Пляж, дескать, не слишком ухоженный, зато вода теплая. И добраться до него просто. Какой житель Башкирии – края водоемов, рек и озер – откажется от возможности погрузить в воду измученное жарой тело (август – самый жаркий месяц в Японии)? Тем более что это самый что ни на есть Тихий океан! Разве что только тот, у кого в гостинице есть бассейн. В отеле, приютившем значительную часть нашей делегации, бассейн заменяла общественная купальня в традиционном японском стиле сэнто (о ней нужно написать отдельно). Соответственно, мысль о том, чтобы после заседаний конгресса предаться релаксу в водах залива, быстро оформилась и стала искать воплощения – по крайней мере у нас с Лирой. За бокалом вина на фуршете мы выяснили, что отель Николая – в отличие от нашего – находится на берегу залива и от него было буквально 10 минут пешего хода до импровизированного пляжа. Сразу родился план: завтра, после окончания нашего круглого стола, мы доберемся от университета на специальном шаттле для участников до отеля Николая, переоденемся в купальные костюмы у него в номере и отправимся на пляж. Николай – человек очень спокойный и вежливый, и, несмотря на наличие в его отеле бассейна, возражать не стал.

Сначала все шло по плану. Мы выступили на конгрессе, сели на автобус, добрались в отеле до номера Николая и пошли в ванную – переодеваться. Тут все и началось! Напичканная электроникой сантехника современного сетевого отеля была загадкой для неподготовленного пользователя. Преодолевая смущение, выяснили технологию ее использования у хозяина. С грехом пополам приняв душ (долго ломали голову над тем, как активизировать и деактивировать сенсорную панель) и переодевшись, направились на ресепшн – уточнить дорогу к пляжу. Красивая как гейша сотрудница отеля на наш вопрос вытаращила глаза и начала причитать: «No beach! No beach! Only sea view! Only sea view! There is a swimming pool! There is a swimming pool!» Николая это несколько насторожило, но мы его успокоили, сославшись на опыт коллег, и двинулись в путь. Через 10 минут мы оказались на пустынном берегу залива, совсем не похожего на пляж. Походив вдоль кромки воды, мы обнаружили стайку весело смеявшихся девушек-украинок, сидевших на расстеленных у воды полотенцах: где только не встретишь славянина! Или славянку. Ни одной живой души в океане не плескалось – за исключением невидимых человеческим глазом обитателей этих вод. Николай начал сомневаться – безопасно ли купание? И не лучше ли просто подышать йодом, не погружаясь в желтовато-коричневую воду? Меня снедали двоякие чувства: с одной стороны, было желание закрыть гештальт и искупаться, с другой – в голову стали лезть чудища, увиденные в интернете после катастрофы на Фукусиме. Кто знает, не прячутся ли они в прибрежных водах? Одной заходить в залив было страшновато. Лира тоже терзалась раздумьями. Так, немного злясь друг на друга и проклиная гендерные стереотипы, мешавшие взять инициативу в свои руки, мы ходили по берегу, рассматривая камушки, ракушки, фотографируясь и что-то обсуждая.

Вдруг где-то за нашими спинами раздались воинственные мужские крики, и кто-то, судя по звуку, создавая фонтаны брызг, решительно забежал в воду и начал так динамично плыть, что удары по рассекаемой водной глади были слышны издалека. Мы развернулись и из любопытства двинулись обратно. Как вы думаете, кто был бесстрашным покорителем вод Токийского залива? Угадали? Наш уфимский профессор, анонсировавший нам местный «пляж». Это все к философскому вопросу о детерминизме и о том, что случайность есть непознанная необходимость… Как бы то ни было, мы с Лирой почувствовали прилив силы и уверенности в себе, и мы начали также бесстрашно штурмовать водные просторы. Вскоре два российских доктора и один кандидат наук весело бултыхались в воде, а болгарский профессор бесстрастно взирал на эту картину. Вода, надо сказать, была настолько теплой, что совершенно не освежала – но, по крайней мере, наш перфекционизм был удовлетворён, а тема купания «оптичена».

Отсюда – очередной вывод. И не один, а целых два. Первый: самые бесстрашные мужчины – в России, и конкретно – в Уфе. Второй: что россиянину хорошо, то японцу – смерть.

 

В рассказах Довлатова художественными деталями становятся самые обычные вещи – как не вспомнить его знаменитый «Чемодан»: финские носки, номенклатурные полуботинки, приличный двубортный   костюм, офицерский ремень и т. д. Почему бы и мне не воспользоваться этим замечательным приемом?

 

Токийские истории. Зарисовка четвертая, про часы Seiko и радиосигнал

 

После окончания заседаний конгресса до процедуры его закрытия было целых полдня. В Макухари недалеко от Университета Канда есть шикарный аутлет-молл, куда и отправилась за покупками и подарками не только женская, но и мужская часть делегации. Август – время скидок и распродаж! Все дружно разбежались по бутикам и отделам: лимит времени очень мобилизует. Я довольно быстро определилась с презентами для сыновей из Levi's, с приятными мелочами для друзей и родни из отдела косметики и парфюмерии Shiseido. Но, увы и ах, не смогла подобрать что-то существенное для себя: японки-то маленькие и хрупкие, и я со своим 48-м размером и 170 сантиметрами роста не помещалась в стандартные размерные сетки. Поняв, что не готова тратить время на поиск отделов для гранд-дам, я решила купить на память японские наручные часы и завернула в отдел Seiko. Выбрав, скажем прямо, совсем не дешевую, зато элегантную классическую модель и дождавшись коллег, я вместе со всеми отправилась на закрытие конгресса. Там же, после выступлений организаторов и импровизированного концерта, уже сидя за рюмкой саке, мы обсуждали не только итоги конгресса, но покупки и сувениры. Коллеги порадовались за меня и посоветовали начать носить новые часы не откладывая в долгий ящик.

Вернувшись в отель, я вытащила часы из фирменной коробочки, чтобы настроить время. Попытка выдвинуть заводную головку оказалась неудачной. Рискуя расстаться с маникюром, я пробовала еще и еще раз – все напрасно! Заводная головка сидела как влитая… На помощь была призвана Лира. Однако и коллективный разум не справился с проблемой!  Инструкция от часов была на японском и английском, а наше сознание после саке было немного спутанным, и, руководствуясь принципом «утро вечера мудренее», мы легли спать.

Следующий день был экскурсионным. Попытка разобраться по дороге в парк Уэно с инструкцией от часов оказалась тщетной, и мы решили вечером снова заглянуть в аутлет-молл, чтобы продавцы объяснили нам загадку таинственных Seiko. К счастью, любование цветущими лотосами и знакомство с шедеврами Национального музея позволило на некоторое время забыть про историю с часами, а обед на рыбном рынке Цукидзи и посещение театра Кабуки в очередной раз «перевернули сознание». Вечером приветливые продавцы отдела Seiko, мило улыбаясь, объяснили, в чем загвоздка. Оказывается, часы настраиваются на точное время по радиосигналу. Активизировать процесс настройки позволяет нажатие кончиком иглы на крошечное углубление под заводной головкой. Продавец вооружился иглой, нажал на него – и вуаля! – стрелки часов стремительно задвигались и заняли правильное место. Чудеса, да и только! Я радостно надела часы, мы попрощались и ушли. Как выяснилось впоследствии, я не позаботилась узнать главное – диапазон действия радиосигнала! А это – Юго-Восточная Азия, Западная Европа и США! Немая сцена…

Но я всего этого еще не знала и радостно носила остаток поездки новые стильные часики. Проблемы начались после возвращения, когда я попыталась настроить часы на уфимскую волну. Нажимы на заветное углубление были тщетными, стрелки и не думали двигаться.  В отчаянии я отправилась в часовую мастерскую – к специалисту, регулярно менявшему батарейки на моих прежних швейцарских часиках. Покрутив Seiko в руках, он заявил, что впервые видит такую модель и понятия не имеет, что с ней делать. Пиу-пиу-пиу… В грусти и печали пришла я домой. К счастью, в это время в Уфе на каникулах был старший сын-студент, свободно знающий английский. Он вооружился инструкцией, иглой, и часа через два усилий часы были-таки настроены на уфимское время полумеханическим способом! Я выдохнула…

Скажу честно: даже бывая за границей, я не рискую пользоваться радиосигналом – настроятся часы на европейское время, а как назад вернуть? То-то и оно. Лучше немного помучиться. Зато, глядя на них, я всегда вспоминаю удивительную страну Японию.

 

Токийские истории. Зарисовка пятая, или «С легким паром!» по-японски

 

Разглядывая фотографии из японской поездки, друзья удивлялись: чего это я на них такая красная и практически без прически? Как из бани. А мы действительно были как в парном отделении: аномальная жара и духота стали для нас неожиданностью. Это сейчас мы и в Башкирии четыре месяца подряд поджариваемся при температуре +35, привыкли, а тогда… Кондиционеры, к счастью, были – в отеле, в университете, в транспорте. В остальном приходилось передвигаться перебежками – пока жара немного не спала. Кстати, добрейшие продавщицы с рыбного рынка Цукидзи совершенно бесплатно вручили нам гелевые пакетики со льдом, который долго не таял. Прикладывая их ко лбу, щекам и шее, немного приходили в себя. Спасал и японский зеленый чай – в любой закусочной он входил в обязательное меню и позволял на некоторое время восстановить водно-солевой баланс. Плюс подавался отдельный стаканчик с дробленым льдом – хоть с чаем смешивай, хоть отдельно употребляй, как пожелаешь.

Душ, разумеется, принимали как минимум два раза в сутки – утром и вечером. Но релакса после интенсивной научной и экскурсионной жизни на фоне духоты не хватало. Эх, надо было брать отель подороже, но с бассейном – эта мысль регулярно посещала нас, когда коллеги, жившие в других гостиницах, рассказывали о своих утренних заплывах. В нашем же отеле анонсировалась общественная купальня с сауной и ночным видом. И вот решили мы с дамами из нашей делегации – клин клином вышибают! Идем в баню! После одного из насыщенных экскурсионных дней мы поднялись на верхний десятый этаж отеля, где за панорамными окнами скрывалась та самая японская баня.

Честно скажу – с детства недолюбливаю общественные бани. После походов с мамой в общий помывочный зал воспоминания были почти как в известном рассказе Зощенко. Потом, конечно, появились приличные и даже эксклюзивные сауны с бассейнами, джакузи, хаммамы и прочие приятности, но какое-то предубеждение все равно осталось. Поэтому и в японскую баню я направилась не без опасения, подбадривая себя тем, что услуга бесплатная и можно в любой момент развернуться и уйти немытой.

Кланяясь и периодически складывая перед грудью руки, сотрудница купальни выдала нам полотенца, кимоно, тапочки, массажные щетки для волос. Вместо привычных душевых мы увидели стоявшие у стены туалетные столики из мрамора, с большими зеркалами, кранами и прикрепленными с обеих сторон ёмкостями с шампунями, гелями и кондиционерами. Возле столиков стояли банные скамеечки и тазики – омовение предполагало неспешность и тщательность. Чем мы и занялись, напоминая себе гейш перед свиданием.

Но самое интересное было впереди. В конце зала находились два небольших квадратных бассейна, размером примерно четыре на четыре метра. Поведение более опытных посетительниц купальни показалось нам немного странным – они приседали на корточки поочередно то в одном, то в другом бассейне. Глубиной они были примерно до середины бедра, вода в них была налита до краев и постоянно циркулировала. Наконец и мы решили искупаться, и поведение японок стало нам понятным. Отделения были заполнены водой разной температуры – наверное, около +50 °С и +15 °С, и просто полежать или поплавать в такой воде было весьма проблематично. Оптимальный вариант – кратковременно находиться то в одной, то в другой лохани. Зато какой адреналин! Какое усиление микроциркуляции крови! Воспитанные на классической литературе, мы тотчас, смеясь, вспомнили легендарных персонажей из ершовского «Конька-Горбунка», с переменным успехом испытывавших на себе воздействие «воды вареной» и «воды студеной». К счастью, наш сценарий оказался оптимистичным, и мы даже вошли во вкус, ухитрившись таки и поплавать вдоль и поперек купален. Иными словами, демонстрировали чудеса адаптивного поведения!

После окончания контрастных процедур нам предложили фен, зеленый японский чай и 45 минут релакса на массажных креслах. Как только мы опустились в кресла и почувствовали мягкие вибрации, тело и сознание гармонизировались и весь суетный мир куда-то исчез… Видимо, такой бывает нирвана.

Впоследствии я поняла, что наша купальня – это упрощенный вариант традиционной японской бани сэнто. Мир прекрасен! Не ленитесь узнавать его, друзья!

Автор:
Читайте нас в