-18 °С
Облачно
Все новости
Публицистика
20 Марта 2018, 19:18

№2.2018. Пенкин Александр. Тревожные дни и годы Черноморского флота России (1991-1997)

В конце февраля 1992 года на ПКР «Москва» состоялась пресс-конференция, которую проводили первый заместитель Верховного Совета Крыма – председатель Севасто­польского горсовета И. Ермаков, первый заместитель Командующего ЧФ вице-адмирал В. Ларионов и помощник командующего по работе с личным составом контр-адмирал А. Пенкин.


Несмотря на свою удаленность от морских просторов, Республика Башкортостан подарила стране 34 адмиралов Военно-морского флота.

Александр Пенкин

Тревожные дни и годы Черноморского флота России (1991–1997)

Отрывок из документальной повести

В конце февраля 1992 года на ПКР «Москва» состоялась пресс-конференция, которую проводили первый заместитель Верховного Совета Крыма – председатель Севасто­польского горсовета И. Ермаков, первый заместитель Командующего ЧФ вице-адмирал В. Ларионов и помощник командующего по работе с личным составом контр-адмирал А. Пенкин.
Были представлены газеты «Известия», «Крымская правда», «Флаг Родины», «Вольная Украина», журналисты других изданий. Вроде формально пресс-конференция! а на самом деле она вылилась во встречу людей, обеспокоенных судьбой своего Отечества, флота и города на перелом­ном этапе истории. Во встрече приняли участие равноправные участники: офицеры, мичманы, матросы крейсера. Разговор получился откровенным и раскованным. На корабле в то время находились люди 26 национальностей, которые служили под единым флагом, выполняли общие команды, говорили на одном языке.
Интересным было выступление командира крейсера ка­питана 1-го ранга В. Богдашина, он заявил: «Политики должны решить два вопроса. Первый – флоту нужен конкретный хозяин, конкретное государство, рубежи которого он защищает. Находясь на территории одного государства, мы выполняем указания другого, как в этой ситуации служить, жить, чьи отстаивать интересы?»
Сохранилось моё выступление: «Главное, чтобы до принятия политического решения не расколоть флот по национальному признаку. Мы ведь никогда не задумывались, какой национальности моряк, который рядом служит, на флоте сейчас представители 46 национальностей. Здесь, в кают-компании, сидят ребята разных национальностей. Удастся ли нам сохранить нор­мальную обстановку? Теперь, когда решение вопроса снова переносится, моряки – азербайджанцы, молдаване, ар­мяне говорят, что если и ныне не будет ясности, то они разбегутся по домам (к сожалению, в 1992 году с флота убежал 171 человек). Вот, в такое положение поставили нас политики.
Сейчас мы вернулись с Поти, военнослужащих назы­вают там оккупантами, люди живут в экстремальной ситуации. Разбой, нападения, унижения физического и морального достоинства. Кому нужны наши моряки? России? Украине? Они нужны нам, флоту, это наша семья и мы не хотим, чтобы плугом политики прошлись по судьбам офицеров, мичманов, матросов».
Журналисты задавали вопросы о статусе флота, Севастополя, Крыма, на этот вопрос ответил И. Ермаков: «Севастополь стал базой, будет брать средства от того, кто станет содержать флот. Но должно быть принято мудрое политическое решение. Да, мы говорим Севастополь-город русской славы, но это не значит, что в этом городе не сло­жили свои головы украинцы, белорусы, татары, предста­вители других национальностей. Здесь пролито много крови разной, но она у всех красного цвета, это только в сказках люди голубых кровей. И я надеюсь, что мудрость политиков Ельцина и Кравчука будет на уровне тех держав, которые они представляют». А в конце конференции тема разговора перешла к морякам, приехавшим с разных республик бывшего Советского Союза, из Средней Азии, Бело­руссии, Западной Украины. «Как служится вам, ребята?». Ответ был один. «Служится хорошо, корабль хороший, никто не обижает!». На такой доброй ноте закончилась конференция, где все, кто хотел, получили ответы и разъ­яснения, получили надежду на будущее.
9 января 1991 года от флота была приглашена делегация в количестве 17 человек в Киев на встречу – совещание с офицерским составом Киевского, Одесского, Прикарпатского военных округов, Черноморского флота. Делегацию Черноморского флота возглавил Командующий флотом И. Касатонов. В составе делегации были: Командующий авиацией флота генерал-лейтенант Н. Фадеев, начальник БРАВ и МП генерал-майор В. Романенко, начальник пресс-центра капитан 1-го ранга А. Лозебников, автор этих строк, а также командиры ряда соединений.
Накануне состоялась пресс-конференция И. Касатонова, где он ещё раз подчеркнул, что флот является стратегическим, подчиняется Главкому ВМФ, все решения Украины по флоту противоречат Минским соглашениям.
Вылетели с аэродрома Кача, у всех был один настрой – не поддаваться на провокации, проводить линию, что Черноморский флот не будет подчиняться украинскому руководству, не говоря уже о принятии присяги на верность народу Украины.
Вначале дали добро совершить посадку в аэропорту Борисполь, в период полёта получили команду следовать в аэропорт Жуляны, кто-то из членов делегации пошутил: «Наверное, там удобнее нас будет брать». Вышли из самолета, никто нас не встретил, и только спустя минут двадцать к самолету подъехал видавший виды автобус со старшим подполковником, и мы перед самым началом совещания вошли в зал, в президиуме уже был Президент Украины Л. Кравчук, премьер-министр В. Фокин, назначенный первый Министр Обороны К. Морозов.
Разговор шёл о создании Вооруженных сил Украины из ВВС, ВМС, Сухопутных войск, причём особо подчеркивалось, что ВМС Украины будут созданы на базе Черноморского флота в составе 16 бригад, БРАВ и Мор­ской пехоты, шесть авиационных полков, как указание было принято, организовать приём украинской присяги в частях и на кораблях.
Премьер-министр Украины В. Фокин в своём выступле­нии подчеркнул, что уже принят первый закон по социаль­ной защите военнослужащих, что денежное содержание будет выплачиваться из фондов Правительства Украины, что для 62 тысяч семей, не имеющих жилья, будет по­строено 17 городков на 19 тысяч квартир за счет средств ФРГ, выделенных в связи с выводом наших войск с территории Германии. Что подготовлены проекты законов «О статусе Вооруженных сил Украины», «О пенсионном обес­печении».
По всему чувствовалось, идет прощупывание позиции командования округов и флота. И первый выступающий начальник погранвойск Украины генерал-лейтенант Губенко заявил: «Моряков-пограничников отговаривают от приёма присяги моряки-черноморцы». Седьмым выступил Командующий флотом ИЦ, в его выступлении прозвучало: «Флот нельзя делить по национальному признаку, и флот Украине не принадлежит, и украинскую присягу личный состав флота принимать не будет, а подчиняться будет Объединенному Командованию СНГ, как Стратегические силы».
В выступлении Президента Украины Л. Кравчука про­звучало: «Союза нет, империи нет, рушатся связи, присяга СНГ надумана, по Черноморскому флоту не позволим никому за нас решать. Россия не является правопреемницей бывшего Союза».
С тяжёлым чувством улетали в тот же день в родной Севастополь, зная, что впереди ждет нас тяжёлая борьба за флот, которая будет проходить через сердца и судьбы лич­ного состава флота.
Но с первых дней о твёрдой позиции Военного Совета флота было ведомо Руководству Украины, никто тогда не предполагал, как непросто будет решать вопросы единства флота на протяжении пяти с половиной лет, и то, что флот Черноморский для России был сохранён – заслуга Военного Совета, офицерского состава, преданности его однажды принятой присяге, верности прославленному Военно-морскому флагу CCСР. Борьба за флот только начиналась.
Узнав о решении Украинского Правительства о создании ВМФ на базе ЧФ, позицию Военного Совета поддержали адмиралы и генералы, находящиеся в запасе и в отставке, военные пенсионеры, подавляющее большинство жителей города-героя Севастополя. Особенно большую помощь в этом вопросе оказали: бывший командующий флотом адмирал А. Калинин, Российская община Севастополя с её лидером Р. Телятниковой, Совет Ветеранов Великой Отечественной войны с её председателем вице-адмиралом Г. Чернобай, наша позиция получила поддержку среди командиров соединений, кораблей и частей, помощников по работе с личным составом, представителей офицерских собраний.
Военным Советом было принято решение в каждом со­единении довести информацию киевского совещания, а главное нашу позицию по сохранению флота, с этой целью все Члены Военного Совета, начальники Управлений и отделов выступили в частях и на кораблях.
Мне пришлось выступать перед личным составом бригады морской пехоты, школы водолазов, у военных строителей, дивизии противолодочных кораблей, непросто было отвечать на вопросы, связанные с социальными гарантиями военнослужащих флота, с судьбой флота, его настоящим и будущим, с принятием присяги.
По итогам киевского совещания отправили телеграммы в адрес Министра Обороны Е. Шапошникова, Главкома ВМФ адмирала В. Чернавина, обратились в Верховный Совет Российской Федерации. Но Москва молчала, словно чего-то выжидала, а жизнь тем временем шла, и на все во­просы жизни флота надо было отвечать и принимать ре­шения.
И, наверное, в этом плане надо еще раз добрые слова сказать в адрес адмирала И.В. Касатонова, который взял на себя колоссальную ответственность, проявив с первых дней яркую пророссийскую позицию по судьбе флота. Мы, ближайшее окружение, это прекрасно видели и не только видели, но и помогали каждый по кругу своих обязанностей. Действительно, был создан коллектив единомышленников, и это, прежде всего Начальник штаба флота вице-адмирал Г. Гуринов, Первый заместитель Командую­щего флотом вице-адмирал В. Ларионов, Начальник БРАВ и МП генерал-майор В. Романенко, Заместитель Командующего по эксплуатации и ремонту контр-адмирал Ю. Халиулин, Заместитель Командующего по боевой подготовке контр-адмирал С. Алексеев.
А события развивались следующим образом, 13 января 1992 года на флот прибыла делегация Парламента Украины и Министерства Обороны Украины в составе: народный депутат Украины И. Заяц, заместитель Министра Обороны генерал-полковник И. Бежан, которые встретились с Военным Советом флота, офицерами и мичманами дивизии противолодочных кораблей. Суть их выступлений на встречах сводилась к следующему: «Украина как самостоятельное государство имеет право на собственный Черноморский флот, и ни о каком разделе флота речи не идет. Россия не имеет права на флот, находящийся на территории Украины.
Мы приняли ряд законов о социальной защите личного состава, и те, кто примет военную присягу на верность Украине, получат льготы».
А в это время в учебных отрядах и школах заканчивался курс молодого матроса и необходимо было принимать военную присягу. Что делать? Мы исходили из положения, что в странах СНГ будут единые Вооруженные силы, Единое оборонное пространство, упор в разъяснительной работе был сделан на прием присяги СНГ, в то же время офицерами, уже принявшими украинскую присягу, – Гук, Ященко, Тенюх – проводилась индивидуальная работа по принятию личным составом, призванным с Украины, только украин­ской присяги. Помню, как данные офицеры бегали перед строем в седьмом учебном отряде и вели свою агитацион­ную работу.
На прием присяги прибыло много родителей, родственников, я подошёл к группе родителей и поинтересовался их мнением, никто из родителей не настаивал на украинской Присяге, слышно было одно: чтобы честно служили, славяне должны быть вместе.
Прошло все торжественно, согласно воинским ритуалам. Из 1591 матроса, стоящего в строю, 1352 (84 %) при­няли присягу на верность СНГ, а 249 отказались принимать присягу, сказав при этом: «Нам надо подумать». Впервые появилась разноголосица, да и мы почувствовали, что есть вопросы, в которых мы не доработали.
С приёмом присяги вопрос был нелегкий, представители Министерства Обороны Украины, СБУ вели тайно эту работу, встречаясь индивидуально с офицерами и мичманами непосредственно на квартирах. Ситуацию, при которой на корабле служат военнослужащие с различными присягами, нормальной не назовешь, а тут на СКР-84 командир капитан-лейтенант В. Даневич принял украинскую присягу, по­мощник командира старший лейтенант Игорь Подгайский не принял, словом, экипаж раскололся – 30 моряков приняли украинскую присягу. В адрес экипажа пришла теле­грамма от Министра Обороны Украины К. Морозова: «Восхищен вашими действиями».
Когда мне пришлось разбираться с причинами принятия присяги с офицерами, – ответы были раз­ные: старший лейтенант Полищук – «хочу служить только на Украине», старший лейтенант Никитин – «хочу служить только в Крыму».
Разговорился с помощником дивизиона по работе с личным составом капитан-лейтенантом В. Горобец, когда-то в бытность свою Начальником Политотдела дивизии знал его комсоргом БПК «Проворный». С какой-то гордостью он произнес: «Это я организовал, у меня такое мнение, что служить надо только народу Украины». Словом, не служба, а сплошная политика, больше вопросов, чем ответов. Надеялись, что разъяснение получим на офицерском собрании в Москве, которое состоялось 15 января 1992 года, где рассматривались вопросы:
- О социально-правовом статусе Вооруженных сил СНГ.
- О состоянии и перспективах развития Вооруженных сил СНГ.
- О Координационном Совете Офицерского Собрания Вооруженных сил.
Присутствовали:
Президент Б. Ельцин,
Президент Казахстана Н. Назарбаев,
Главком Вооруженных Сил СНГ Е. Шапошников.
И пять тысяч офицеров округов и флотов бывших Вооруженных сил СССР, в том числе наша флотская делегация в составе 25 человек во главе с Командующим флотом адмиралом И. Касатоновым.
Практически во всех выступлениях звучали тревога и боль за Вооруженные силы, за развал великой державы, за то, что Вооруженные силы переживают самые драматичные времена в своей истории, Отечество в опасности. Выступление Президента Росси Б. Ельцина нас тогда обнадё­жило, он сказал: «Россия будет стоять насмерть за Единые Вооруженные силы! За создание Единого Оборонного Пространства».
Особо нам, черноморцам, запомнилось заявление Президента России о том, что по Черноморскому флоту будет образована комиссия в составе представителей России и Украины и военного главнокомандования, что весь Военно-морской флот (в том числе и ЧФ) входит в состав Объединенного военного стратегического командования. Что вопрос о Черноморском флоте будет решаться отдельным соглашением, все войска, дислоцирующиеся на территории членов СНГ, будут взяты под юрисдикцию России.
Казалось бы, поставлены точки над i, но, между словами и делом оказалась дорога длиною более пяти лет.
На Всеармейском Российском собрании офицеров мы узнали, что к нам прибывает в Севастополь группа депутатов Верховного Совета России в составе С. Бабурина, С. Глотова, Н. Павлова, И. Савченко, Р. Чеботаревского. Последних двух я хорошо знал, будучи Первым Заместителем Начальника Политуправления Северного флота, встречался с ними по служебной и общественной работе, являясь депутатом Мурманского областного совета народных депутатов, а конт-адмирал Р. Чеботаревский не без нашего участия стал депутатом Верховного Совета России, избирателями были в основном военные моряки и члены их семей.
Они выступили на Военном Совете, в соединениях и на кораблях, встретились с личным составом в Севастопольском Доме офицеров флота, поддержали позицию Командования флота по единству флота. Впервые депутаты заявили, что Верховный Совет поставит на своём заседании вопрос о Черноморском флоте как составной части ВМФ России и о Севастополе как Глав­ной базе Российского Черноморского флота. Это заявление нашло поддержку у подавляющего большинства офицеров, мичманов, жителей города Севастополя.
Но, выслушав нас, Б. Ельцин сказал, что он только что был в Калининграде, Санкт-Петербурге, видел пустые причалы, но выведем мы Черноморский флот и у этих причалов поставим. Я говорю: «Господин президент, а Севастополь мы с собой заберём? Ведь флот – это не только корабли, как это Черноморский флот поставить в Ленинграде? Вы о чем?» Но у него было благодушное настроение, напомню, это был январь 1992 года, и он сказал: «Вы, Сергей Николаевич, опять хотите стать всемирной знаменитостью, вы толкаете на войну с Украиной? У меня другое видение проблемы. Мы будем арендовать часть порта в Севастополе».
Поэтому, когда мне говорят о позиции, которую занимает исполнительная власть в России, я её подлинные позиции знаю еще с 1992 года. Я вынужден был сказать президенту, что мы не поддержим его взглядов и немедленно поставим на Верховном Совете вопрос о Крыме. Но предавать Черноморский флот, мирных жителей Крыма, которые всегда жили в составе России, а в 1954 году проснулись в другой республике, нельзя. А жителей Крыма гражданства РФ в 1954 году никто не лишал, каждый из них, их потомки до сих пор формально являются гражданами России.
Правильные слова. Но как развивались события до марта 2014 года, а это 23 года, читатель знает, да и я постараюсь напомнить о судьбе Черноморского флота с 1991 по 1997 год. Непродуманные волюнтаристские действия H. Xpyщева и Б. Ельцина обернулись трагедией для большинства жителей Крыма и Севастополя, для судьбы Краснознаменного Черноморского флота.