-18 °С
Облачно
Все новости
Поэзия
22 Ноября 2019, 15:45

№11.2019. Валерий Майоров. Диктует осень. Стихи

, Валерий Майоров родился 7 января 1959 года в Уфе. Писать начал три года назад. Первые стихи представил в литературной группе «Истоки-Уфа» и лито «Сте-Лит» города Стерлитамак. Издавался в юбилейном альманахе «Истоки-Уфа» (2019) и сборнике «Акварели любви» (2018). Диктует осень Дождь, отрываясь от небес Скользит в падении свободном, Касаясь жемчугом холодным Лица, теряющего блеск. Во что играет дождь со мной, Стеной вставая на дороге? Загнал мечты в свои берлоги, Смеясь из тучи грозовой. Тьмой заколдованной пленён, Ищу размытый остров веры. Последний шаг бывает первым, Я с ним навеки обручён

Валерий Майоров родился 7 января 1959 года в Уфе. Писать начал три года назад. Первые стихи представил в литературной группе «Истоки-Уфа» и лито «Сте-Лит» города Стерлитамак. Издавался в юбилейном альманахе «Истоки-Уфа» (2019) и сборнике «Акварели любви» (2018).
Валерий Майоров
Диктует осень
* * *
Дождь, отрываясь от небес,
Скользит в падении свободном,
Касаясь жемчугом холодным
Лица, теряющего блеск.
Во что играет дождь со мной,
Стеной вставая на дороге?
Загнал мечты в свои берлоги,
Смеясь из тучи грозовой.
Тьмой заколдованной пленён,
Ищу размытый остров веры.
Последний шаг бывает первым,
Я с ним навеки обручён.
Молчание
Две тени в свете фонаря
Качались от хмельного ветра.
Два красногрудых снегиря –
Два неразлучных силуэта.
Им было хорошо и просто
Дышать молчанием заката.
Не думать о пути к погосту,
Судьбе и страхе невозврата.
Им было просто хорошо.
Обняв рябиновую ветку,
Смотреть, как солнышко взошло,
Малиновым играя светом.
Растают тени навсегда?
И что виною: тьма иль свет?
Любовь уходит навсегда?
Скажи мой друг... Ответа нет.
И в том молчании скупом
Я для себя нашёл ответы:
И звезды тают в голубом,
Молчанье лучше, чем советы.
* * *
Гудки в телефонной трубке...
Бросаю, – а вдруг ответит...
Услышит весенний ветер,
С растерянною улыбкой.
Звонил… Оттого что грустно?
Или ты только прохожий?
Какой же ты неуклюжий.
И мне в этом мире... пусто.
Молчу, букет прижимая...
– Вам плохо? Может, таблетку?
...За стеклами – дождь и ветки.
Что обо мне она знает...
Строки читала. И что же.
Сам их порой забываю.
И я ведь её не знаю...
Может, мы в грусти похожи...
* * *
Ты стала той, которую не знал,
Твоя улыбка растворилась где-то.
Желтеют листья, покидая лето,
И стал чужим прокуренный вокзал.
А был ли дождь, ласкающий перрон,
И капельки росы, стекавшие с ладоней?
И ветки замирающего клёна
Уже не ищут мчащийся вагон.
Колесный скрип затихнет в тупике,
А проводник закроет тихо двери.
Наверно, будет мокро – небо в перьях.
И солнца нет, и места в дневнике.
* * *
Фонарь, мерцанием скупым,
Бросает тени на прохожих
С берез косматых придорожных,
Скрипит в порыве ветровом,
Качаясь в сумеречной глади:
Остановитесь, бога ради!
Вглядитесь в райский уголок,
Закрашенный вечерней мглою, –
То свет... заброшенный тобою...
* * *
Я в осень погружаюсь незаметно,
Осыпанный багровыми листами.
С кленовой в унисон качаясь веткой,
Слепым котёнком молча засыпаю.
И сон красив: цветным летаю шаром,
Наполненным ветрами из кувшина,
Что души согревают лёгким жаром,
Сердца освобождая от кручины.
Меняет море цветовые гаммы,
Рождая Айвазовского картины:
С бушующими до небес штормами
И парусом, играющим с лавиной.
Картину жизни я принять не в силах,
В которой краски заменяют сажей.
Теряя разум, я назвал счастливым
Свой сон, мелькнувший парусом бумажным.
* * *
Катится осени листок
По свежевыпавшему снегу.
Ему б живой воды глоток –
Взлететь в распахнутое небо.
Он, оттолкнувшись от земли,
Поплыл, укрывшись облаками
Похожими на корабли,
Что тают и живут веками.
* * *
Я лишь пишу – диктует лето
В своём роскошном одеянье.
И ночью ощущенье света
В поблекших тайнах мирозданья.
Как шаловливая цыганка
Играет дерзкими глазами,
А то изысканной дворянкой
Сверкнет, и было ль между нами...
Пройдёт дождём по изумленью:
Мы не знакомы, боже правый!
Холодным станет на прощанье
И удалится, словно пава.
И с лета ведь никто не спросит.
А я пишу – диктует осень...
* * *
Пусть будут чистыми листы.
Крыло мое насквозь пробито.
Своей достигну высоты
И полечу своей орбитой.
Пока немного помолчу:
Писать без чувств довольно странно,
И высота непостоянна,
Крыло подвязано к плечу.
И что кричать из пустоты;
В ней нет пристанища для эха,
А быть шутом – мне не до смеха…
Пусть будут чистыми листы.
* * *
Взгляд, отрешённый в бурлящую реку.
Падает лист, уносимый теченьем.
Древо без кроны не стало калекой,
Это лишь осень – природы знаменье.
Будет весна непременно. И вскоре
Стихнут ветра над твоей головою.
Ты поброди, пусть уляжется горе,
Слез не жалей, осень плачет порою.
Может, мы тоже как листья у неба,
Реки несут нас в свои океаны.
Там неизвестность. Распустимся вербой
Ранней весной, но такой долгожданной.
* * *
Как легко уходить, когда некому плакать,
Попрощаться улыбкой с собой навсегда.
Пусть не тронет слеза мою белую скатерть
И не падает свет от слепого огня.
Догорает фитиль в парафиновой каше,
Растворяя узор на морозном стекле.
Разрывают виски звуки траурных маршей,
Приклоняя берёзы к усталой земле.
Я проснулся от запаха чёрного кофе,
И впервые так ласково скрипнула дверь.
На тетрадных полях нарисованный профиль
И стихи с отпечатком любви и потерь.
* * *
Заварил крепкий кофе. Балкон… Сигарета...
Застилает туман уходящее лето.
Паровозный гудок объявил: скоро осень,
Убегая в рассвет под мелькание сосен.
Тонкой струйкой дымок мне ложится на плечи,
Я прощаюсь и вновь – в ожидании встречи.
В невесомости чувств оттолкнусь от былого
И тихонько спущусь (что же в этом такого).
Будет дождик хлестать в опустевшие гнезда,
Будут ветки молчать отшумевшей березы.
Но растают снега, вновь распустятся вишни.
Пусть никто на земле не окажется лишним.