-16 °С
Облачно
Все новости
Детская площадка
29 Мая 2020, 13:39

№5.2020. Классный журнал. Карина Асадуллина, Раиль Ахмадеев, Алиса Бахорина, Ульяна Кабанина

Карина Асадуллина,7-й класс, МОБУ гимназия № 5, г. ДавлекановоРаиль Ахмадеев,3-й класс, МОБУ гимназия № 5, ДавлекановоАлиса Бахорина,3-й класс, МБОУ гимназия № 3, г. УфаУльяна Кабанина,3-й класс, МОБУ гимназия № 5, Давлеканово

Карина Асадуллина,
7-й класс, МОБУ гимназия № 5, г. Давлеканово
Черное дерево
Шёл снег. Его крупные хлопья прятали под собой хо-
лодную чёрную землю. Здесь, на этом поле, уже не ра-
стёт трава, как было раньше, здесь нет золотистых ко-
лосьев, которыми оно могло быть засеяно. Здесь просто
земля, и где-то вдали сквозь снежный пух можно уви-
деть одинокое дерево. Его ствол кажется чернее ночи;
страшные кривые ветви, разбросанные в стороны, слов-
но пытаются схватить тех, кто проходит через это место.
Но настанет зима, и оно снова уснёт. Уснёт в тоске и печали
от того, что больше никогда не зародится на его ветвях ни одна
почка. Старый ствол никогда не оживёт и, возможно, уже на-
всегда останется чёрным и холодным, как небо над кровавым
сражением. И нахлынут воспоминания, и затоскует дерево ещё
больше, и лишь снег будет слышать его плач, а потом унесёт его
прямиком к земле.
Раньше на этом месте рос небольшой лесок. Маленькие дере-
вья были чуть ли не по пояс старому леснику, который постоян-
но приходил на это место, чтобы понаблюдать за их ростом. Как
детки, они хотели быстрее вырасти, тянулись к солнцу, и каж-
дое из них имело надежду на хорошее будущее. Но наступила
война,
и несметное количество солдат истоптали их. Из всех де-
ревьев осталось лишь одно.
Шло время, и за четыре года оно всё же смогло стать пол-
ноценным деревом. Стальные пули проходили сквозь ствол,
оставляя глубокие раны. Постепенно силы по-
кидали ветви, соки оставляли неокрепшее
деревце. И если бы человек дотронулся
до него в то время, то вместо тёплой и па-
хучей коры и древесины под ладонью
ощущался бы только металлический хо-
лод.
Сколько крови пролилось под его
корнями. Вся земля пропиталась ею.
Снег падал с неба и вмиг окраши-
вался в алый цвет. В один из таких снежных дней после
побоища остался лишь один солдат. Он истекал кровью,
но всё равно старался идти дальше. Рядом лежали его това-
рищи и будто смотрели застывшими глазами в серое небо.
Было тихо и спокойно… Снег скрыл под собой солдатские
тела, окровавленные шинели; но не мог он укрыть и со-
греть одинокого воина. И вот на его пути встретилось чёрное
дерево. Он остановился и посмотрел вокруг. Дерево – холод-
ное и уставшее, как и он сам. Тогда солдат прикоснулся к его
ветвям, они хрустнули, а потом упали на землю. Солдат снял
шинель и укутал ею корни дерева, а потом тяжело опустился
рядом. Он долго сидел, думал о чём-то, из его ран медленно со-
чилась кровь, силы уже покидали его и, чувствуя это, он про-
изнёс: «Это всё не зря!» Он полной грудью вдохнул холодный
воздух, а потом выдохнул его и посмотрел на небо. Оно было
такое огромное, белое и чистое; оно не печалилось и не радова-
лось ничему… Солдат смотрел на небо, небо смотрело на него.
Со стороны могло показаться, что солдат улыбается; по щеке
его текла слеза… слеза счастья.
Вот и сейчас дерево стоит под серым небом. Так же идёт снег,
укладывая спать сухую землю. Вспомнит старое дерево того
солдата, успокоится и продолжит ветвями ловить снег, усердно
цепляясь за жизнь. Ведь ещё ни один солдат придёт сюда в на-
дежде набраться сил, выжить и дальше защищать свою Родину.
Раиль Ахмадеев,
3-й класс, МОБУ гимназия № 5, Давлеканово
Тяжелые воспоминания
Посвящается моей прабабушке
Валентине Митрофановне Гайнцевой
— Привет, ба! – прокричала Таня с порога.
— Добрый день, дорогая, – ответила Ольга Петровна
с кухни. Внучка только что вернулась из школы. – Иди,
мой руки и садись обедать.
Таня помыла руки и села за стол. Бабушка сидела напротив
и смотрела на Таню.
— А почему ты не ешь, ба?
— Сыта я, – ответила Ольга Петровна и продолжала
с любовью смотреть на то, как внучка обедает.
Таня никак не могла понять, почему бабушка ест очень
мало, всегда экономит, бережет кусок хлеба, но стеснялась
спросить.
Однажды Татьяна что-то искала в комоде и наткнулась на ста-
рую, затертую тетрадь. «Интересно, что это». Она открыла и стала
просматривать записи. Это оказался дневник Ольги Петровны.
15 мая 1941 г.
Какой прекрасный день! Сегодня мы с Сережей весь день гуляли
по городу. Как же я счастлива! Скоро выпускные экзамены, потом
мы поедем поступать в медицинский, а после окончания инсти-
тута непременно поженимся!
23 мая 1941 г.
Мама опять ворчит, что я не готовлюсь к экзаменам. А за-
чем, ведь я и так на голову выше своих одноклассников, мне и за-
ниматься почти не надо? Да и папа говорит, что я все знаю.
Тане было интересно, но ее мучила совесть, ведь нельзя же
без спросу читать чужой дневник. «Кажется, здесь не хватает
страниц», – мельком подумала она, и продолжила читать.
20 июня 1941 г.
Ура! Наконец-то сданы все экзамены! Какие мы молодцы с Се-
режкой, все экзамены сдали на пятерки! Завтра – выпускной!
Я надену мамино любимое платье – то, с розочкой!
22 июня 1941 г.
Сегодня по радио объявили о том, что Германия напала на Со-
ветский Союз. Какой ужас! Что же теперь будет? Как же наши
мечты?
15 июля 1941 г.
Отцу сегодня принесли повестку. Мама весь день ревёт. Как мы
без него?..
20 июля 1941 г.
Вчера проводили отца. Мать никак не придет в себя, все плачет.
Да и мне тяжело. Надо идти на завод, устраиваться на работу.
2 августа 1941 г.
Сережка тоже ушел на фронт. Жить стало тяжелее. От отца
уже второй месяц ничего нет. Мать совсем с тоски слегла. На-
чинаем голодать. Анютка все спрашивает, когда папа вер-
нется, а мы ничего ответить не можем. Начали давать та-
лоны на хлеб. Боже, разве можно на них выжить?
31 декабря 1941 г.
Сегодня Новый год. Анюта привыкла жить без папы,
мама тоже немного смирилась. Жить по-прежнему трудно,
но пока мы вместе – терпимо.
15 февраля 1942 г.
Наконец-то отец дал о себе знать. Его перекинули к Ленингра-
ду. Пишет, что все хорошо, пытается шутить, но я-то знаю, что
ему не до шуток. А Сережка совсем потерялся.
Тане было не по себе, но она решила дочитать до конца.
20 августа 1943 г.
Вчера принесли похоронку. Отца больше нет. Мать совсем
слегла. Бедная Анечка плачет, глядя на нее. Не хватает еды, при-
ходится голодать.
16 ноября 1943 г.
Вот уже месяц, как мы с Анютой живем одни. Она называет меня
мамой. Я все больше работаю, чтобы поскорее забыть обо всем,
Анечка сидит с соседкой. Пришлось перешить мамино пальто, ведь
Анечке совсем нечего носить. Когда же закончится эта война?
1 мая 1945 г.
Вот и весна! Анюта уже совсем большая, осенью пойдет в шко-
лу. Говорят, что война
скоро закончится. Хочется верить. Сил
нет терпеть. Хочется есть, спать…
9 мая 1945 г.
Сегодня самый счастливый день! Объявили об окончании войны.
Неужели это правда?! Пришла телеграмма от Сережки. Он жив
и скоро приедет!
Теперь Таня поняла, почему бабушка все время экономит
и все бережет. Она закрыла тетрадь и бережно положила в комод.
Вскоре вернулась с магазина бабушка. Таня подошла к ней
и обняла. За чашкой чая Татьяна призналась, что случайно на-
шла бабушкин дневник и прочла его. Бабушка нежно улыбну-
лась и сказала:
— Если хочешь, я расскажу тебе о том страшном времени. –
Тане было очень неловко перед бабушкой, но у нее оставалось
много вопросов, и она решила спросить.
— А что стало с Сережкой? Это мой дедушка?
— Да, Танечка. Когда закончилась война,
Сережа вер-
нулся. На войне
он был ранен и взят в плен. Вот почему
от него не было вестей, мы думали, что он погиб. Когда
советские войска
разгромили фашистов, многих
пленных освободили, среди них был и Сережа.
После войны
он окончил медицинский инсти-
тут и стал хирургом, ну а я окончила курсы
медсестер.
— А как же Анечка?
— Анечка пошла в школу, окончила ее
с золотой медалью, поступила в педаго-
гический и теперь работает директором
школы, в которой когда-то училась.
Таня еще долго слушала рассказ ба-
бушки и любовалась ею. Теперь как ни-
когда она гордилась Ольгой Петровной
и была рада, что бабушка рядом…
Алиса Бахорина,
3-й класс, МБОУ гимназия № 3, г. Уфа
Моя прапрабабушка –
Филатова Мария Гавриловна
С каждым поколением история наших прабабушек
и прадедушек становится все короче и короче. Снача-
ла теряются незначительные детали, а потом и история всей
жизни человека исчезает, потому что некому ее хранить. Все,
кто знали, передавали из поколения в поколение, – их уже нет
в живых. И «загуглить» тоже нельзя. Нельзя, чтобы так было.
История предков – это то, из чего и складываются наши совре-
менные личности. Историю моей прапрабабушки, Бабули, как
ее называли в семье, мне рассказала ее внучка – моя бабушка.
Моя прапрабабушка, Филатова Мария Гавриловна, родилась
21 февраля 1898 г. в деревне Каменка Благоварского райо-
на в семье крестьянина. В 1900 году, после пожара, отец
вывез семью в город и стал заниматься извозом. В семье
родилось 8 детей, но выжили только она и две сестры.
С 1910 по 1918 год училась в Хитровской женской гимназии
(здание сохранилось и до наших дней – дом из красного
кирпича напротив музея Нестерова по ул. Гоголя). После
окончания гимназии стала работать учительницей в селе Язы-
ково, уфимской Губернии. Там же ее старшая сестра работала
фельдшером-акушером.
Через полтора года, после перене-
сенного сыпного тифа, перешла на службу в канцелярию Нар-
комздрава г. Уфы, где в 1921 году окончила курсы медсестер
и до 1924 года работала при зубоврачебной лаборатории в ка-
честве медсестры. Вышла замуж, родила сын, моего прадеда.
Есть автобиография, написанная бабулей собственноручно.
Но там написано не все. Туда, конечно же, не вошла история,
про то, как Бабуля с мужем поехали поступать в Москву на физ-
мат. Пока они ехали в поезде, дед разговорился с попутчиком,
рассказал пару невинных анекдотов. Попутчик накатал за это
на деда донос куда следует, и деда забрали. В лагеря на 10 лет.
А бабуля поступила в МГУ, но учиться не стала, вернулась в Уфу
растить сына. И подала документы в мединститут.
Башкирский медицинский институт был основан в 1932 году.
Бабуля была первым выпускником. В конце 1937 года состо-
ялся первый выпуск врачей. Бабуля получила диплом специ-
алиста лечебного дела. Сначала работала при Физинституте,
а затем, в физкабинете Центральной уфимской поликлиники
до 1936 года как медсестра. В 1941 году перевелась в Амбулато-
рию № 4.
Оттуда и была призвана на Первый Белорусский фронт и на-
правлена в части войск
8 сентября 1943 года. Была старшим ор-
динатором – неврологом эвакогоспиталя № 3544, дослужилась
до капитана медицинской службы. Участвовала в военных дей-
ствиях до 18 января 1946 года.
Пациентами Бабули были душевнобольные бойцы. Около
30 человек. Пополнился ими госпиталь после одного боя, когда
на танки выпустили шеренги людей, которые, взявшись за руки,
с гранатами за поясом шли на машины живой стеной. Госпиталь
многократно бомбили, хотя по договоренности между против-
никами на крышах медицинских зданий специально рисо-
вали огромный красный крест. Но, к сожалению, именно
на эти здания падали бомбы, а очередями из пулеметов
враги добивали больных, которые еще могли выбежать.
В одну из таких бомбежек прапрабабушка (Бабуля) была
контужена, от взрыва лопнули обе ушных пере-
понки, фактически потеряла слух. Ее положили
в полевой госпиталь, где из-за нехватки меди-
каментов бабуля заболела еще и воспалением
легких. 18 января 1946 года, пройдя с войсками
освободителями до Польши, до города Лодзь, она
была снята с военного учета и переведена на ин-
валидность третьей группы.
Но без дела сидеть не могла и со слуховым
аппаратом устроилась на работу в поликлинику
по ул. Сочинской (сейчас – здание Верховного
суда). Прожила до 91 года и умерла от повтор-
ного воспаления легких.
Имела награды: медаль «За взятие Берлина», два ордена Вели-
кой Отечественной войны,
медаль «За победу над Германией».
И пусть эти медали уже не современны, пусть не все из ребят
узнают на них Сталина или не смогут ответить, почему на них
серп и молот, но помнить наших бабушек и дедушек, знать про
их подвиги – наш долг. Ведь пока мы помним их, они живы,
и войны
не будет.
Ульяна Кабанина,
3-й класс, МОБУ гимназия № 5, Давлеканово
Чубрик в поднебесье
Художественный очерк
История, которую я вам поведаю, произошла давным-давно.
О ней мне рассказал дедушка, а ему – его папа.
На окраине одного башкирского аула, вдалеке от лю-
дей, в глубине леса было небольшое озерцо. Его облю-
бовала пара лебедей. Они прилетали сюда каждую весну. Сам-
ка однажды сделала здесь гнездо из камыша, разных веточек
и тростника. Каждую весну в этом месте она откладывала
яйца, и в их семье всегда было прибавление. В этом году
первую кладку разорили собаки, и на свет появился толь-
ко один птенчик. Родители назвали его Чубрик. Ну и озор-
ной же получился детёныш: играл на озере, купался, нырял,
постоянно играл в догонялки с родителями. Чубрик с тай-
ным ожиданием и нетерпением глядел на небо: когда же
его первый пух сменится на настоящее оперение и он сможет
покорять голубые просторы?
Чубрику и его семье очень нравилось это зелёное-зелёное
местечко, эта прекрасная башкирская природа. Они заметили,
что за ними постоянно наблюдает какой-то странный мужчи-
на. Этого человека, который оказался местным лесником, Чу-
брик тоже постоянно высматривал. Оно и понятно: мужчина
подкармливал их, собак отпугивал, коровам не позволял под-
ходить близко к озеру. Ведь для него эти лебеди, что каждый год
на зимовку улетали в Севастополь, были как родные.
Наступили октябрьские холода. Лесник пришёл к озеру; он
знал, что встреча с этими лебедями для него может оказаться
последней – его с остальными деревенскими мужиками при-
зывали на фронт. Он сидел на берегу озера, думал что-то про
себя, а Чубрик будто читал его мысли.
— Что же ты так печалишься, милый человек? Посмотри во-
круг: какая природа, какое чистое небо, какой свежий воздух.
Ничто не может быть важнее этого! – птенец пытался понять
человеческие переживания.
— Война…
Война…
Как же так? Что же дальше? – глядя в небо,
сам себя спрашивал мужчина.
— Не раскисай, дядя! Следующей весной мы вновь встре-
тимся. Так же будет благоухать этот лес, так же прозрачна и чи-
ста будет вода в нашем озере.
Не знал еще Чубрик, что всё изменится… Всё уже было го-
тово к отлёту. Больше всех переживал Чубрик. Для него это
был первый полёт, первое взрослое испытание. Путь должен
был быть долгим, но в то же время сколько новых впечатлений
и знакомств он обещал юному птенчику. Незамерзающие сева-
стопольские бухты манили лебедей к себе. Быстро у них полу-
чилось преодолеть это неблизкое расстояние. Но Чубрик, про-
летая над разными городами, видел что-то необычное: яркие
вспышки, чёрные воронки, дым. Родители объясняли это
одним словом: «Война
». Но малыш никак не мог понять,
что же это такое.
Добравшись до знакомых мест, наши лебеди сначала
и не узнали их. За месяц войны
столько разруше-
ний, что казалось, на земле нет живого места.
Но как отважно севастопольцы боролись
за свою территорию, не пускали на неё
врага. И людям досталось, и природе.
В один из боёв с неба, которое рань-
ше казалось Чубрику безграничным
и свободным, сыпались бомбы. Они
взрывались повсюду. Одна попала
в укромную бухту, где вместе с сот-
нями других лебедей прятался и Чу-
брик с родителями. Его маму ранило,
её крыло сломалось, и никогда больше
она не сможет подняться в небо.
Когда наступила весна, пришло время
улетать с берегов Чёрного моря. Папа Чубрика остался здесь
рядом с раненой мамой. Молодой лебедь, возмужавший за год,
поднялся в небо, оглядел родные места, попрощался с родите-
лями, которые остались на берегу.
Севастополь уже через два месяца удастся освободить от фа-
шистов. Но Чубрик в это время уже был на пути к Башкирии.
Он летел и постоянно думал о том леснике: ждёт ли он его, жив
ли? Оказалось, мужчина тоже был ранен, в бою он потерял руку.
Теперь Чубрик понял, что же такое война.
Говорят, он и сейчас ещё жив и по привычке прячется
в укромных зарослях, едва услышав страшные громкие звуки.
Но как только Чубрик видит человека, сидящего на берегу озе-
ра, он понимает, что бояться ему нечего.