Светлана Чураева. Дамский рассказ

Он лежал на тахте, голый. На локте — лента, под пальцами — струны гитары, в головах — книги, под ногами — подушка. А в глазах — я.

Прекрасная, как портрет Волочковой.

И даже лучше, потому, что у меня — грудь.

— Дорогая… — говорит он. Значит, хочет еще.

Я и вправду дорогая — как задница Дженифер Лопес. Только не в Уфе, НЕ В УФЕ.

Если бы у Волочковой были плечи поменьше и мой размер…

Ха, ее заносило бы на фуэте. А так пляшет — в Москве.

А я — тут. И Уфа жмет мне в груди — я это чувствую, точно.

У него гитара на животе, и я не знаю, пора ли мне уже отклячивать зад или можно пока хлопать глазами.

Надо спросить про Новый год. Или сам спросит? Нет, сам будет тянуть. А мог бы сделать мне предложение — я не против найти под елкой кольцо.

— Ты не против? — Ах, от этого голоса зад округлился сам, и глаза закрылись — сразу, как у моей давней-давней куклы. И такой же — кукольный — стон от пупка: «М-м». Забавно, я так и не узнала, чем моя Марина мычит…

— Ты не против.

Скоро год, как я жду совсем другого вопроса.

Мой второй ухажер — старый — все уже решил без меня.

— На праздники едем в «Красноусольский», я забронировал люкс.

Когда-нибудь они встретятся — старый и молодой, такой уж у нас город. Столько народу, а все друг друга знают, даже смешно.

В «Красноусольском», конечно, будет и кольцо под елкой, и бриллианты на нем… А вот буду ли там я? Может, стоит спросить:

— Милый?... — ой, нет, не время. Не время.

Моя проблема в том, что я — дура.

Вот однажды шли мы с моей подругой и нашими парнями по парку Гафури — по той дорожке, где обычно бегают пони. Ребята — впереди, а мы парочкой — сзади. Думаем, дай-ка их наколем: спрячемся резко, они обернутся, а нас нет! Сговорились, взялись за руки и — прыгнули в кусты на «раз-два». А за кустами — обрыв. Мальчики обернулись — нас нет. Они удивляются, а мы с подругой катимся, колбасами, в овраг, до самого дна.

До сих пор всегда смеюсь, когда вспоминаю…

— Да, умничка, смейся, мне это нравится… Ну, посмейся еще.

Он меня не понимает, совсем.

А старый понимает и очень ценит. Он готов жениться немедленно и свою огромную квартиру на меня записать, и говорит, что я — чудо.

А этот обзывает дурой совсем не за то… И как-то хамит. Но бывает очень влюблен.

А тому лет пятьдесят или даже больше. У него скоро будет аденома простаты и мне придется ее массировать ему через задний проход. Но он очень добрый и порядочный человек.

Этот же — порядочная свинья. И сложный, как название улицы «Цюрупа».

Но красивый, с ним на люди показаться не стыдно. И у него — чувство юмора. Он умный.

Второй тоже умный, может быть, даже умней.

А я — нет. У меня нет никаких талантов, я не могу заработать даже на «однушку». Поэтому хорошо бы выбрать до Нового года: за кого выходить? За богатого можно хоть завтра, красивого я тоже дожму. Новый год хотелось бы встретить невестой.

Но чьей?

Я даже решила использовать «звонок другу». Вернулась после свидания домой, заперлась в туалете от рамолической мамы и стала названивать подругам: их у меня три.

Первая сказала:

— Посылай красивого куда подальше! Мужчина, который к тридцати годам не сумел купить самую дешевую тачку — ноль! Романтика в троллейбусе хороша в четырнадцать лет. Это не муж-чи-на! Деньги у мужика — показатель уровня. Неудачник — это диагноз. Он тебя заездит и будет тыкать носом в грязные чашки, потому что на работе ему сократили зарплату.

Ей хорошо говорить, она — hr-директор представительства крупной западной фирмы, восемь лет за рулем, и у нее женатый любовник.

Вторая промурлыкала:

— Я бы взяла красавчика. Он не тупой и хорошо двигается. Я себе могу позволить мужчину хоть с деньгами, хоть без, лишь бы мне нравился, правда? Надо будет — заплачу ему и сниму квартиру. Если надумаешь бросать своего — свистни мне, ладушки?

А третьей подруге я не стала звонить. Это с ней мы прыгали в кусты. Она вышла замуж по любви, родила подряд двоих, располнела и сама себе дома делает маникюр.

Ее мнение мне известно давно:

— Выходить надо за того, от кого хочешь ребенка.

А если я вообще не хочу ребенка?

Мы сейчас редко общаемся с той подругой, потому что она считает, что нельзя заниматься любовью.

— Сначала «занимаются любовью», потом «занимаются» родившимися от занятий детьми! — сердится она. — А надо просто любить.

Как-то мы с ней даже проверяли синонимы выражения «заниматься любовью» — на оттенки смысла. «Кинуть палку» — это что-то наспех в кустах («палка», «куст» — родственные понятия). Устаревшее словечко: «пихаться» — то, во что переходит любознательный подростковый петтинг. Ну, и чудесное ёмкое русское слово, которое вслух сказать неудобно, но оно передаёт полное удовольствие от акта. А «заниматься» — это со всей серьезностью углубиться в процесс. Сравните: «ходить» и «заниматься ходьбой». Во втором случае человек уже не просто бездумно переставляет ноги. Он ЗАНИМАЕТСЯ — следит за ритмом, дыханием, позой.

Моя замужняя подруга говорит:

— Чем меньше мы любим друг друга, тем судорожней занимаемся любовью.

Но, по-моему, любовь — это миф.

До Нового года осталось, как в сказке, три дня. А я все еще не знаю, с кем его проведу.

Даже подумала раз о подсказке пятьдесят на пятьдесят — вот бы один из них сам куда-нибудь делся. Но это плохо — сразу начну жалеть.

Конечно, я привыкла к обоим. Они хорошие. К молодому я привыкла больше потому, что с ним сплю. (Кстати, о синонимах — именно «сплю», он завораживает, как удав.) Второй готов носить меня на руках.

Позвонила бабушке, та сказала:

Слушайся своего сердца.

Я прислушалась к своему сердцу.

Внимательно.

И мне стало скучно.

Все-таки я дура.

А двадцать девятого декабря я познакомилась с человеком — по работе, случайно.

Меня толкнуло изнутри так, что я чуть не упала.

У меня кружилась голова, наверно, от кофе. Я кофе терпеть не могу, а выпила четыре чашки — он молол каждый раз свежий и варил в турке. Я остро, до потери сознания, захотела родить этому мужчине ребенка. Тоска по нашему младенцу и восторг предвкушения, да — у малыша будут папины глаза.

У него мальчишка — в уголках губ. Хотя он серьезный дядька и, кажется, доктор наук. Пока мы говорили, у меня мерзли кончики пальцев.

Руки у него немыслимой красоты, ладони крупные — как раз под мою грудь.

Сердце слушать бесполезно — оно молчит и дрожит.

Когда он подал мне шубу, я так хотела, чтобы он обнял меня! Но он не обнял, и я еле сдержалась — не стала целовать его запястье.

Он упомянул, что в разводе, больше ничего не знаю о нем. Да, еще он чемпион мира по какому-то виду спорта — не олимпийскому, я бы запомнила. Я обязательно рожу ему трех сыновей, и мы будем жить долго и счастливо.

Машина у него есть.

Когда я думаю о нем, я улыбаюсь.

Хорошо, что Уфа меньше Москвы, и мы все-таки встретились.

Новый год я отметила с мамой. Но в 00.05. он дозвонился и поздравил меня. Я отправила ему под утро путанное SMS, длинное, с оправданиями и ссылками на нашу работу. Он ответил просто: «Буду рад увидеться. Приеду в два J».

Сегодня первый день нового года, падает совершенно «киношный» снег...

13.57.

Я люблю его. Очень.

Из архива: февраль 2008 г.