Все новости
Проза
15 Ноября , 10:30

№11.2022. Галим Хисамов. В отрогах Урала. Документальный роман. Перевод с башкирского Г. Хасанова. Продолжение. Начало в №№ 7–10

Федеративное соглашение
 
Вашингтон. В этом году более 15 миллионов рабочих и служащих в республиках бывшего Советского Союза останутся без работы. Об этом сообщил эксперт международной организации по труду Стэндинг.

х х х

 

Террористы, захватившие автобус с жителями Ставрополья, по приезде в Грозный сдались местным властям.

(«Башкортостан», № 64, 2 апреля 1992 года).

 

В кабинете Рахимова тихо. Еле слышно работает радиоприемник, который стоит на телевизоре. Муртаза привык к радиоприемнику, если он выключен, то ему кажется, что в кабинете чего-то не хватает. Радио заговорило голосом диктора Расимы:

– Говорит Уфа. Уфимское время 15 часов. Передаем последние новости. Депутаты Свердловской области на сессии, которая открылась вчера, вновь начали рассматривать вопрос «Об Уральской республике». Ранее некоторые политические деятели, организации и губернатор Свердловской области Россель высказались о необходимости создания Уральской республики. По их мнению, это укрепит федерацию в России и обеспечит равноправие регионов.

Рахимов подошел к столу, хотел позвонить, но телефон сам зазвонил.

– Да.

– Муртаза Губайдуллович, – сказала Ляля, – звонит президент Татарстана Минтимер Шарипович Шаймиев. По городскому телефону.

– Слушаю, Минтимир Шарипович. Почему звонишь по городскому телефону? Не работает прямой?

– Здравствуй, Муртаза Губайдуллович. Прямому телефону веры нет. Его же устанавливали под руководством КГБ, чтобы нас удобно было прослушивать. Как живешь, какие новости?

– Спасибо. Слава богу, вроде все нормально. Вот слушаю по радио о событиях в Свердловске. Спорят, создавать или нет Уральскую республику.

– Для нас было бы хорошо, если создадут.

– Чем?

– Выросло бы количество республик, их число составило бы более половины России.

– Тогда?..

– Тогда нам легче было бы защищать свой суверенитет.

– Да…

– Что-то до конца не пойму тебя, Муртаза Губайдуллович. Чего-то ты боишься или есть другая причина? Почему тебе не хватает смелости?

– Для чего смелость?

– Декларацию о государственном суверенитете ты принял среди последних. Сейчас слышу, что собираешься подписать федеративный договор в числе первых. А Башкортостан в начале века был лидером в борьбе за свою независимость. Почему сегодня у вас нет такой смелости?

– Минтимер Шарипович, а ты знаешь, сколько крови пролил Башкортостан в борьбе за свою независимость? За три столетия – 90 восстаний. Сколько башкир в них сложили головы… В 1913 году в России проживало два миллиона башкир. Мы даже сегодня не можем достигнуть этого уровня.

– Не знаю. Только вот плестись где-то в хвосте – не в натуре башкир, – Шаймиев замолчал, затем добавил: – Мы не будем подписывать Федеративный договор. Верховный Совет Татарстана принял такое решение.

– Даже так? А как другие бывшие автономии?

– В Чечне приняли точно такое же решение.

– А чем обосновываете?

– Федеративный договор не признает Декларацию о государственном суверенитете Татарстана. Нам не нужно соглашение, которое не признает нашу независимость.

– Крепко взялись. Татар можно понять, а русские депутаты что говорят?

– Конечно, среди них есть разные люди. Но многие согласны с нами. У вас какая обстановка? Когда собираетесь рассматривать проект договора?

– На днях.

– Тогда желаю удачи.

– До свидания.

Все депутаты знали, что на предстоящей сессии на повестку дня вносится вопрос о Федеративном договоре. Знали они и о том, что Татарстан и Чечня не собираются его подписывать. А нам что делать? Этот вопрос для каждого казался дамокловым мечом. Если меч поднят, то он должен опуститься и кому-то отрубить голову. Только чью голову? Сторонника Федеративного договора или противника? Откуда знать. Депутаты в эти дни старались чаще бывать среди избирателей, хотя никто их об этом не просил. Наверное, в первый, а может, в последний раз они добровольно, без принуждения захотели встретиться с людьми и узнать их мнение. Депутаты из деревень посещали животноводческие фермы, комплексы, машинно-тракторные мастерские. Депутаты-промышленники встречались с рабочими, строителями. В тех районах, где в основном проживали башкиры, большинство выступало против подписания Федеративного договора. В промышленных центрах старались не уделять особого внимания этому вопросу и предлагали подписать договор. В районах, где большинство составляли татары, предпочитали молчание.

Различия мнений не были новостью сегодняшнего дня. Большинство депутатов, как только ознакомились с текстом проекта Федеративного договора, сразу обратили внимание на то, что предложенный Россией вариант не соответствует Декларации о государственном суверенитете Башкортостана, и выступили против его подписания: «Если вы не признаете наш основной документ, то и мы не примем ваш проект». С учетом всего этого Верховный Совет республики сам разработал документ, который мог бы устроить РСФСР и предложил его Ельцину. Муртаза Рахимов сказал Борису Ельцину:

– Во главе государственного суверенитета всегда стояли вы, Борис Николаевич. Всегда говорили: берите суверенитета столько, сколько проглотите. Наши предки многие века жили с царской Россией на основе соглашения. Мы и сегодня не намерены свернуть с этого пути. Хотим жить с Российской Федерацией на основе соглашения. Если власть Российской Федерации признает нас, Башкортостан, суверенным государством в своем составе и согласиться взять только ту часть власти, которую мы передадим ей добровольно, мы подпишем договор. Если не будет выполнены эти условия, не будем подписывать.

В Кремле остервенели. Кто такой башкир? Как он смеет ставить условия России? Не хотят подписывать, пусть идут…

Однако Ельцин остудил эти горячие головы. Вызвал к себе председателя Совета Национальностей Абдулатипова и сказал:

– Работай с башкирами. Сделайте так, чтобы они подписали Федеративный договор.

Абдулатипов, естественно, позвонил Рахимову:

– Муртаза Губайдуллович, Ельцин мне поручил поработать над проектом договора, чтобы он устраивал и вас, и нас. У вас была очень хорошая группа юристов, возглавляемая Зуфаром Енекеевым.

Рахимов вызвал Енекеева и рассказал о разговоре с Абдулатиповым.

– Муртаза Губайдуллович, все это я словно предчувствовал, написал проект документа, которому дал название «Противоречие мнений», и отдал его Сергею Шахраю. Там в основном упор сделал на то, что Федеративный договор не соответствует нашей Декларации и что надо делать, чтобы избежать этих противоречий. Пусть возьмут его и сделают документ.

– Этот проект есть у тебя?

– Есть.

– Иди принеси.

Через некоторое время Зуфар положил на стол перед Рахимовым бумаги. Тот прочитал и сказал:

– Да. Все верно. Об этом мы писали в своем письме Ельцину. Ладно, спасибо.

Зуфар ушел. Рахимов собрал членов Президиума Верховного Совета и вручил им проект документа, подготовленный Енекеевым.

– Как вы знаете, наша сессия, рассмотрев вопрос о Федеративном договоре, отклонила проект, предложенный Москвой. Президент Российской Федерации, чтобы убрать противоречия, возникшие между республиками и центральной властью, создал комиссию под руководством Абдулатипова. До этого по данному вопросу работали представители республик под руководством Сергея Шахрая. От нас там участвовали Зуфар Енекеев и другие юристы. В итоге появился документ, который вам роздан. Енекеев его назвал «Противоречие мнений». По-моему, если эти противоречия будут учтены, комиссия Абдулатипова и окружение Ельцина примут наши предложения, Федеративный договор мы можем подписать. Поэтому внимательно изучите данный документ, потом выскажите свои соображения.

Члены Президиума довольно долго обсуждали документ и согласились с Рахимовым.

После заседания Рахимов позвонил Аюпову:

– Мансур, ты завтра летишь в Москву?

– Да.

– Зайди возьми у меня один документ. Отдай его Абдулатипову. Если хотят внести изменения, звони мне. Тебе там поможет Муксинов.

Члены комиссии Абдулатипова и заместитель председателя Совета Министров Мансур Аюпов с юристом Иреком Муксиновым подготовили данный документ как приложение к Федеративному договору от Республики Башкортостан. Основной его смысл – Республика Башкортостан является суверенным государством в составе Российской Федерации, она обладает всей полнотой государственной (законодательной, исполнительной, судебной) власти на своей территории вне компетенции Российской Федерации и полномочий, переданных республикой России. Территория и статус Башкортостана не могут быть изменены без его согласия. Республика имеет свою Конституцию, законодательство. В ведении Башкортостана находятся административно-территориальное устройство республики, формирование бюджета, определение общих принципов налогообложения и сборов, решение вопросов владения, пользования землей, недрами, лесными и другими природными ресурсами, которые являются достоянием его многонационального народа.

31 марта 1992 года состоялось подписание Федеративного договора. От каждого субъекта в нем приняли участие по два представителя. От Республики Башкортостан Федеративный договор подписали Председатель Верховного Совета Муртаза Рахимов и Председатель Совета Министров Марат Миргазямов, от Российской Федерации президент Борис Ельцин и Председатель правительства РСФСР Виктор Черномырдин.

Татарстан и Чечня отказались подписать Федеративный договор.

Основное значение Федеративного договора заключалось в том, что он спас Российскую Федерацию от распада. После этого даже не возникали разговоры о создании Уральской, Восточной республик и других образований. Благодаря Федеративному договору и приложению к нему Башкортостан сохранил свою независимость.

 

Кто кого?

 

Каир. В результате воздушных бомбежек большая часть ядерных объектов Ирака уничтожена. Оставшуюся часть уничтожили сами иракцы.

 

х х х

 

Референдум о статусе Крыма на 1 апреля набрал 220 тысяч подписей. Это на 40 тысяч больше необходимого.

(«Башкортостан», № 66, 3 апреля 1992 года).

 

В кабинет Рахимова зашел взволнованный чем-то Исмагил Габитов.

– Муртаза Губайдуллович, или я отстал от жизни, или в республике осуществляется политика, о которой я не знаю.

– Говори яснее. В чем дело?

Габитов протянул Рахимову несколько страниц бумаги:

– Речь об этом решении. Наверное, вы в курсе.

Рахимов начал читать вслух:

– Постановление Совета Министров Республики Башкортостан «О порядке реорганизации колхозов и совхозов». Ну, о чем же это постановление?

– Это переписанное постановление Правительства Российской Федерации. Хотя в нем и говорится о реорганизации сельского хозяйства, фактически речь идет о ликвидации колхозов, совхозов и раздаче земли единоличникам.

– После гражданской войны было раскулачивание, сейчас колхозы надо отдать кулакам?

– Получается так, Муртаза Губайдуллович.

Рахимов поднял прямой телефон:

– Марат Парисович, вот сижу читаю постановление Совета Министров республики «О порядке реорганизации колхозов и совхозов». Смотрю, ты собираешься совершить революцию в наших деревнях?

– Нет, Муртаза Губайдуллович, такой цели у нас нет. Наше постановление только дублирует постановление Правительства РСФСР. Нам из Москвы категорически сказали: «Постановление подлежит неукоснительному исполнению. Кто не хочет исполнять, будет привлечён к ответственности». Поэтому мы были вынуждены принять это постановление.

– А о последствиях подумали?

– Не надо ко всему этому серьезно относиться, Муртаза Губайдуллович, ну, прочтут постановление и выкинут куда-нибудь. Разве мало таких бумаг отправляем в районы.

– И это говорит Председатель Совета Министров?

– Бросьте, Муртаза Губайдуллович, не делайте из мухи слона.

Рахимов положил трубку и взглянул на Габитова. Тот никак не мог успокоиться:

– Если исполнять все, что там написано, более одного миллиона человек, проживающих сегодня в деревнях и селах, в самое ближайшее время будут нищими. Конечно, некоторые разбогатеют, но основная масса людей будет ходить и просить милостыню.

Мы сейчас подготовили программу по развитию сельского хозяйства в республике. Стремимся не только сохранить колхозы и совхозы, а стараемся их развивать, последовательно осуществляем аграрную политику и стратегию. Только за один год хозяйствам для производства животноводческой продукции выделили 37 миллиардов рублей дотации, для компенсации различных расходов – 40 миллиардов. Агропромышленность получила 90,8 миллиарда рублей кредитных ресурсов. Думали, все это будет способствовать дальнейшему развитию сельскохозяйственного производства, и вот тебе на!..

Рахимов, сначала молча слушавший Габитова, увидел, как тот разошёлся, заулыбался. Исмагил, заметив его улыбку, немного остыл:

– Извините, зло взяло.

В последние годы в России не только не заботились о развитии сельского хозяйства, об этом вообще не думали. В соседних регионах – Челябинской, Оренбургской, Свердловской и других областях, поля заросли бурьяном, в заброшенное состояние пришли животноводческие фермы и комплексы. Все это не могло не отразиться и на состоянии дел в Башкортостане. Рахимов хорошо понимал, что надо что-то предпринять.

– Муртаза Губайдуллович, давайте выедем в районы, встретимся с сельчанами, поговорим с ними. Пусть они скажут о возможных последствиях этого постановления.

– Давай. Куда поедем?

– Куда хотите.

– Давай на северо-восток. Я там давно не бывал.

Председатель Верховного Совета Муртаза Рахимов и министр сельского хозяйства и продовольствия Исмагил Габитов около недели ездили по республике. Побывали в Салаватском, Мечетлинском, Белокатайском, Дуванском, Кигинском районах, затем выехали в Чекмагушевский, Илишевский, Дюртюлинский. Во многих деревнях встречались с людьми. У сельчан было единое мнение: нельзя допустить роспуска колхозов и совхозов!

В Мечетлинском районе один из мужчин, размахивая руками, выступал:

– Что мы будем делать без колхоза? Сегодня колхоз – наш кормилец. Благодаря его помощи в наших домах тепло, учатся наши дети. Заболеешь – опять поможет колхоз, даст машину, чтобы доехать до больницы. Даст ли машину фермер? Держи карман шире.

А другой пошел еще дальше:

– Если не будет колхоза, где мы будем воровать? Фермер все свое имущество будет держать под замком.

Он тоже был прав. Кто не знает, что все потихоньку, понемногу что-то из колхоза таскали к себе домой. В свое время, пытаясь бороться с этим явлением, пострадал и сам Исмагил, вынужден был уехать из Бурзянского района.

После поездки по районам, встреч с людьми Рахимов очень хорошо понял, к каким катастрофическим последствиям может привести постановление Совета Министров. Он собрал членов Президиума Верховного Совета, ознакомил их с постановлением и с болью в душе рассказал о жизни в деревне. Члены Президиума поняли и поддержали его.

Но что делать дальше? Признать постановление недействительным? Однако… Постановление Совета Министров Башкортостана основано на постановлении Правительства РСФСР. Признать наше постановление недействительным – значит выступить против России. Муртаза Рахимов хотя политической деятельностью начал заниматься сравнительно недавно, но нутром чувствовал, что нельзя так открыто конфликтовать с центром, своего можно добиться и другим путем.

Объявил перерыв, решил поговорить с Ельциным. Связаться с ним сразу не удалось. Прошло полдня, прождал зря. На следующий день ранним утром вновь взялся за телефон. Наконец, услышал голос Ельцина:

– Что за срочные дела там у тебя? – сказал глава государства, не скрывая свое недовольство. – Мне даже вздохнуть нет времени.

Рахимов старался не обращать внимания на его настроение, рассказал ему о положении дел в сельском хозяйстве, селах и деревнях, в конце сказал:

– Мы считаем, что нельзя исполнять постановление Правительства России, это может привести к очень серьезным негативным последствиям.

– Ладно, решение правительства России – это не догма. Действуйте исходя из условий, сложившихся у вас.

Все. Пусть теперь разные шахраи попробуют обвинить Башкортостан в неподчинении РСФСР. В тот же день Президиум Верховного Совета признал постановление Совета Министров республики недействительным и остановил его действие.

Словно дубинкой ударили по голове Председателя Совета Министров Марата Миргазямова. С ним не стали даже советоваться. Он и так недолюбливал Рахимова с Габитовым, сейчас они для него стали врагами. Поставил перед собой цель – убрать обоих с их должностей. Надо сказать, он был искусным интриганом. Начал собирать вокруг себя единомышленников. Городам, районам, поддерживающим его, выделял за счет государства автомашины, трактора, экскаваторы, строительный материал. А тех министров, руководителей районов, городов, предприятий и организаций, не захотевших участвовать в этих интригах, даже перестал принимать у себя в кабинете.

Верховный Совет республики активизировал свою работу по претворению в жизнь Декларации о государственном суверенитете Башкортостана. Миргазямов прочитал новые законы, принятые им на днях: «О президенте Республики Башкортостан», «О выборах президента Республики Башкортостан», «О местном государственном управлении», «О внесении изменений в Конституцию Республики Башкортостан». Он со злостью отбросил бумаги в сторону:

– Ну, никак не может насытиться властью!

Тут внезапно открылась дверь и кто-то начал входить в кабинет. Миргазямов вздрогнул: не услышал ли тот, что он сказал? Облегченно вздохнул, зашел его единомышленник.

– Ходишь, пугаешь людей.

– А ты не ори, о чем думаешь.

– И что я сказал?

– Не все расслышал, но понял, что ругаешь Рахимова.

– Как не ругать? Никак не хватает ему власти, не может ею насытиться. Вот внес изменения в Конституцию.

– Какие изменения?

– Сейчас Совет Министров подотчетен не только перед Верховным Советом, но и перед его Президиумом, а министерства подотчетны перед комитетами. Рахимов хочет стать единовластным хозяином республики.

– Я тебя об этом предупреждал еще перед выборами председателя Верховного Совета. Ты говорил, что тебя оставляют на должности Председателя Совета Министров, надо голосовать за Рахимова. Вот сегодня «пожинаешь плоды» своей работы. Что собираешься делать?

– Не знаю. Поэтому и пригласил тебя, надо посоветоваться.

– Можно дать совет, если будешь прислушиваться.

– Ну, говори.

– Во-первых, признали твое постановление о реорганизации сельского хозяйства недействительным. Почему сидишь и молчишь, об этом никому не говоришь?

– А что я могу сделать?

– Поговори с Москвой. Это же не только твое постановление, но и Москвы. Ты ведь просто дублировал постановление Правительства России. Непризнание твоего постановления – это неподчинение Москве. Не так ли?

– Так.

– Позвони в Москву, скажи, что Рахимов препятствует выполнению ваших указаний. Во-вторых, твое постановление признал недействительным Президиум, а Совет Министров ему не подчиняется, вас назначал Верховной Совет, поэтому относительно вашей деятельности только он имеет право принимать решение. А здесь лишь Президиум. Когда будешь говорить с Москвой, не забудь рассказать и об этом.

– Умные советы. Так и придётся поступить.

– Это еще не все. Рахимов открыл огонь по тебе, используя все свои возможности, а ты сидишь сложа руки. О том, кто такой Рахимов, надо довести до всей общественности.

– Каким образом? Все газеты, журналы, радио и телевидение он давно присвоил. Сейчас их редакторы не слушаются Совета Министров.

– Если тебя не слушаются редактора государственных газет, есть же независимые издания. Например, газеты «Вместе», «Русь» и другие средства массовой информации. Если все они дружно начнут шуметь, Рахимов быстро почувствует, что запахло жареным.

– Большое спасибо за советы. Хорошо, что у меня есть такой друг.

– Еще вот что: не сиди, не жди, когда кто-нибудь тебе что-то посоветует, действуй сам на опережение.

У Миргазямова словно выросли крылья. Действительно, почему он до сих пор сидел сложа руки? Почему в последнее время чувствует себя беспомощным? Его любимый учитель Шакиров всегда ему говорил: «Ты умный, когда надо – очень решительный». Хватит, надо действовать.

Он в тот же день начал обзванивать своих сторонников, приглашать их на встречу в одном из далеко расположенных от Уфы городов. Надо сказать, в то время группировки, которые возникали в структурах власти, собирались в разных уголках республики. Якобы, если в Уфе, то будут знать, где собрались, кто там присутствовал, их разговоры будут подслушивать через специальные аппараты. А в стороне рисков меньше. Единомышленники заседали до поздней ночи, составили и утвердили план мероприятий.

В любой стране, при любой власти во властных структурах всегда возникают группировки, которые враждуют между собой, шпионят друг за другом. Так было и в Башкортостане при КПСС, так и сейчас. О том, где собрались сторонники Миргазямова, о чем там говорили, на следующий же день доносили Рахимову.

Муртаза позвонил заместителю председателя Совета Министров Аюпову:

– Мансур, у вас там есть группировка, настроенная против Миргазямова?

– Не скажу, что группировка, но люди, недовольные методами его работы, вернее его бездеятельностью, есть. Он, вместо того чтобы заниматься государственными делами, любит плести интриги. Поэтому некоторые решили выйти из состава правительства.

– Почему ты об этом мне не сказал?

– Как не сказал? Об этом мы написали письмо в Верховный Совет, поставили свои подписи.

– И ты подписался?

– Да.

– Почему заранее не предупредил меня обо всем этом?

– Как предупредить? Не могу же я ходить кляузничать. Пришло время, все сами узнали.

– Если знал заранее, приняли бы какие-то меры. Сейчас, похоже, будет скандал.

– . . .

Рахимов предложил рассмотреть письмо членов правительства на заседании Президиума Верховного Совета. Однако не успели. Неожиданно его вызвал Ельцин в Москву.

– Муртаза (Рахимов был младше, поэтому Ельцин обращался к нему по имени), почему ты отказываешься исполнять решение Правительства Российской Федерации?

– Какие решения?

– Постановление о реорганизации деятельности колхозов и совхозов.

– Борис Николаевич, об этом мы же переговорили с вами по телефону, вы разрешили нам поступать так, как мы считаем нужным.

– Да, переговорили. Тогда почему ваш Совет Министров жалуется, что ты запрещаешь ему исполнять постановление Правительства России? Вот его письмо.

– Борис Николаевич, если мы, выполняя данное постановление, распустим колхозы и совхозы, обнищают все наши деревни. А там у нас проживает более миллиона человек.

– Ладно. Как надо, так и делайте. Только сюда не пишите письма, не шумите.

Рахимов, вернувшись в Уфу, на заседании Президиума рассказал о своем разговоре с Ельциным.

– Миргазямов мало того что выносит сор из избы, он даже не может навести порядок у себя дома. Наверное, все знают о расширенном заседании Совета Министров. Если кто не знает, расскажу. На заседании, кроме членов Совета Министров, присутствовали многие руководители. Там Миргазямов сказал, что Рахимов сосредоточил в своих руках всю власть в республике. «В Конституции Башкортостана написано: Верховному Совету принадлежит законодательная, Совету Министров – исполнительная власть. Сегодня Президиум Верховного Совета начал подменять исполнительную власть. Вон создали Фонд имущества, Валютный комитет, в Кармаскалах – холдинг. Есть у нас министерство финансов. В противовес ему создали Контрольно-бюджетный комитет при Верховном Совете. Это и есть узурпация власти», – заявил Миргазямов. Однако многие руководители республики, в том числе 11 членов правительства, не согласные с его деятельностью, хотят уйти с работы.

Масла в огонь добавил Демин:

– Тут еще назревает скандал между Советом Министров и республиканским стачкомом крестьян, возглавляемым депутатом РСФСР, председателем Кармаскалинского районного Совета Юрием Садыковым. Стачком просит оказать помощь аграрному сектору, требует, чтобы государство закупало литр молока за пятьдесят, килограмм мяса за сто рублей. А Миргазямов говорит, что закупочная цена молока не должна превышать 5 рублей, а мяса – 50. Эту проблему тоже придется решать.

Обсуждение заявления одиннадцати членов правительства затянулось, но все же пришли к одному мнению: данное письмо надо рассмотреть на сессии Верховного Совета. Если его рассмотреть только на заседании Президиума и принять какое-то решение, могут обвинить в нарушении демократии. Да и письмо адресовано Верховному Совету.

Заявление членов правительства рассмотрели на очередной сессии. В письме говорилось, что выступление Миргазямова на расширенном заседании правительства они расценивают как его беспомощность в решении стоящих перед ним задач, как попытку переложить свою ответственность за социально-экономическое состояние республики на других и как стремление искусственно создать противостояние законодательной и исполнительной властей. Большинство депутатов довольно бурно отреагировали на заявление группы членов правительства. Некоторые даже вскочили со своих мест и закричали:

– Миргазямова в отставку!

– Исполнительную власть на свалку!

Желающих выступить  было много. Все обвинили Совет Министров в инертности, неспособности и неумении работать. После всех выступлений Президиум Верховного Совета, основываясь на нескольких статьях Конституции Республики Башкортостан, предложил Верховному Совету выразить недоверие Совету Министров. Верховный Совет своим решением отправил правительство в отставку.

Опухоль на теле зачастую начинается с небольшой боли, затем она разрастается, зеленеет, краснеет и превращается в гнойник, который не дает человеку спокойно жить и работать.

Марат Миргазямов и его окружение не только сами толком не работали, а подобно этому гнойнику мешали другим. Долго их терпели, наконец, от них избавились.

Сессия Верховного Совета, соблюдая все нормы демократии, до избрания нового состава правительства поручило прежнему составу исполнять свои обязанности.

Естественно, Марат Миргазямов не согласился со всем этим, постарался вернуть себе прежнюю власть. Спустя несколько дней после сессии Верховного Совета в Доме печати он провел пресс-конференцию. Здесь он повторил то же самое, что говорил на расширенном заседании правительства, обвинил Рахимова в узурпации власти, затем заявил, что, хотя в республике нет президентской власти, Рахимов уже стремится исполнять эту должность. Миргазямов не понимал, что власть дается человеку для того, чтобы служить государству, работать, не жалея своих сил и энергии, а не для бесцельного, пустого времяпровождения. Об этом очень точно сказал Радил Кыяметдинов, один из одиннадцати членов правительства, который подписывал письмо, адресованное Верховному Совету: «Работать с Маратом Парисовичем было очень тяжело. Заседания правительства, как это было раньше на заседаниях партбюро, проходили в основном бессмысленно, долго, нудно, напоминая осеннюю дождливую погоду. Я несколько раз предлагал рассмотреть один из самых острых вопросов сегодняшнего дня – о земельной реформе, но Марат Парисович все мои предложения проигнорировал. В то же время Президиум Верховного Совета на своих заседаниях три раза обсуждал данный вопрос, детально разобрался и всех граждан республики обеспечил садовыми участками. От республиканской власти ушел Мидхат Шакиров, ушли Радмир Хабибуллин, Игорь Горбунов. Марат Миргазямов остался, но работать не смог. Сейчас и он ушел. Для республики это небольшая потеря, это потеря для самого Миргазямова».

После Миргазямова с руководителями средств массовой информации встретился Рахимов. Основной темой разговора была отставка правительства.

– Вопрос о Совете Министров давно уже назревал, – сказал он. – В условиях перехода к экономической самостоятельности, рыночным отношениям резко повышается роль правительства. Если раньше Совет Министров руководил только местной промышленностью и коммунальным хозяйством, сегодня он должен стать центром, который обеспечивает стабильную работу сотен предприятий, ежедневно оперативно решает сотни проблем.

Миргазямов не смог найти общий язык и с руководителями страны. Он по хозяйственным вопросам ни разу не был ни у Рыжкова, ни у Силаева, ни у Павлова, ни у Ельцина. Если Совет Министров проблемы не решает, люди приходят к нам. А мы не смотрим, в чью компетенцию входит тот или иной вопрос, стараемся его решать. Для нас главное, чтобы дела шли вперед.

Вскоре состоялась внеочередная сессия парламента и депутаты утвердили председателем правительства Анатолия Копсова. Он всегда руководил крупными предприятиями, обладающими большими материальными ресурсами и денежными средствами. Последнее место работы – директор «Башкирэнерго». Говорил мало, делал много. Однако в его деятельности на должности председателя правительства были и недостатки. Начиная тот или иной проект, он мало задумывался, хватит ли на это средств. А Совет Министров, как правило, работал при дефиците бюджета, здесь каждая копейка была на счету.

После назначения Копсова председателем правительства Рахимов немного успокоился. В тот день он поехал на дачу в Булгаково, попросил затопить баню. Его отец Губайдулла, если ругался в Мраково с районным начальством, приезжал домой, топил баню, затем двумя вениками начинал себя «истязать». Наверное, жара, веники помогали ему избавляться не только от усталости, тяжести в теле, но и от грустных, дурных мыслей. Видимо, эта его привычка передалась сыну. Муртаза тоже любил долго париться. Вот и сегодня хорошо попарился, присел отдохнуть. Усталость куда-то ушла, а вот мысли, которые иногда мучают, почему-то его не оставили. Зачем все это ему надо? Может, плюнуть на все и уйти обратно на завод? Прежнюю работу он хорошо знает, любит. Рабочие его уважают, руководители города во всем старались ему угождать…

 

Сердце

 

Народ Ливана отмечает трагическую дату в истории своей страны. Семнадцать лет тому назад началась гражданская  война. В кровопролитных столкновениях погибли более 130 тысяч человек, около 480 тысяч получили ранения.

 

х х х

 

На севере Тюменской области геологи обнаружили новые месторождения нефти. По прогнозам ее здесь около 5 миллионов тонн.

(«Башкортостан», № 74, 15 апреля 1992 года).

 

Тук-тук… Муртаза проснулся от сильного биения сердца. «Что случилось? Почему так стучит сердце?» – подумал он и тут вспомнил свой сон. Сердце лежало на его ладонях, чтобы оно не упало, он держал его обеими руками. А сердце билось. Тук-тук… В медицинской литературе Муртазе приходилось видеть изображение сердца. Его обычно изображают без кровеносных сосудов. Вот такое сердце лежало на ладонях Муртазы. Кровь не поступает, оно бьется.

Странный сон. До сих пор ему никогда не снилось работающее сердце. Дальше что было? А-а, он из ладони сделал шалашик и укрыл им сердце, оно продолжало биться. Тут неожиданно откуда-то появились оковы и так сильно стали сжимать его ладони, словно хотели остановить работу сердца. Но сердце трепыхалось, не сдавалось, продолжало биться…

Сон есть сон. Что только не приснится!

Рахимов позавтракал, вышел на улицу, сел в поджидающую его служебную машину. Впереди ждала повседневная напряжённая работа, надо оперативно решать сотни проблем.

В кабинет зашел его помощник.

– Муртаза Губайдуллович, вы не забыли, что надо ехать в Зилаирский район?

– Сегодня?

– Да.

– Дорога дальняя.

– Да, не близко.

– Давай-ка посмотрим на карте, – Рахимов с карандашом в руках подошел к карте, висящей на стене. Постоял немного, затем отошел на два шага назад и опять уставился на карту.

– Посмотри, как похож на сердце, – удивленно сказал он.

– Что?

– Башкортостан. Ты когда-нибудь видел изображение сердца?

– Видел.

– Посмотри получше: вот верхняя часть сердца, вот кровеносные сосуды, которые подходят к нему. Вот малое сердце, вот нижняя часть сердца…

– Да, похоже.

– Если сердце начинает биться, его уфимская часть то поднимается, то опускается. Дороги, которые подходят к Уфе, похожи на кровеносные сосуды.

– Да, действительно, очень похоже.

Тут Рахимов вспомнил о сегодняшнем своем сне. «Наверное, мне приснился мой родной Башкортостан в виде сердца, – подумал он. – Многие века пытаются его задавить, придушить, но он борется, не сдается, живет».

Мужчины еще некоторое время смотрели на карту, затем отошли, сели за стол.

– Зилаир так Зилаир. Выедем после обеда, – сказал Муртаза. – А Валиева предупредили?

– Уже ждет.

 

Зилаир

 

Если посмотреть на национальность людей, проживающих в Башкортостане, то республика напоминает разноцветный палас. Здесь проживают представители более ста национальностей. Некоторые это считают великим достижением. Якобы более ста национальностей мирно сосуществуют, живут в дружбе. Говорить об их дружбе, конечно, трудно, а то, что они мирно сосуществуют, правда. Если не будешь мирно сосуществовать, значит, придётся скандалить, ругаться, драться. А кому это надо? Если уж так распорядилась судьба, надо терпеть, жить в мире и согласии. Но это не всегда получается…

В дневниках тех, кто следит за состоянием погоды, отмечается, что годы в начале 90-х мало чем отличались от других. По утрам была роса, вовремя шли дожди. Хотя и не собирали богатый урожай, но его хватало и людям, и на корм скоту. У тех, кто рано вставал, поздно ложился, естественно, в закромах зерна было намного больше. Но беззаботная жизнь делилась недолго. Сначала закончился собранный урожай в закромах государства, затем и в колхозах, совхозах. Что делать? Сидящие на самом верху власти страны пошли с протянутой рукой к Америке, Германии, Италии… Помогите, не дайте умереть с голода, когда-нибудь за все расплатимся!

Те помогли. Начали отправлять полугнилое зерно, почти несъедобные тушки куриц, головы свиней, чупа-чупс, о котором до сих пор понятия не имели граждане России… В Москве открылась столовая, где красовалась огромная буква «М». Сначала люди думали, если уж стоит буква «М», то, наверное, специально для москвичей что-то построили. Но вскоре такие же столовые появились в Свердловске и других городах. В них продавали обернутые красивой бумагой какие-то продукты, которые называли американской помощью.

В стране наступил хаос, великая страна распалась.

Зилаирский район расположен на юге республики, по своей площади он занимает второе место в Башкортостане. Среди руководителей района тех, кто мог бы возглавить его в это тяжелое, сложное время, не было.

В Зилаире и раньше особо не отличались коллективизмом, преданностью к общему делу. Сейчас, когда подули ветра свободы, каждый старался тянуть одеяло на себя.

Приезжающие сюда руководители республики всегда обращали внимание на директора совхоза «Сабыр» Юнира Валиева. Министру сельского хозяйства Габитову, министру культуры Аминеву, начальнику отдела кадров Верховного Совета Шаяхметову нравилось его трудолюбие, целеустремленность. Ему сорок лет, родился и вырос в обыкновенной крестьянской семье, достиг должности директора совхоза. Хозяйство под его руководством стало одним из передовых не только в районе, но и в республике. Грамотный, окончил два высших учебных заведения. Один из самых молодых членов обкома партии, несколько раз избирался депутатом сельского, районного советов, пользуется авторитетом и уважением.

Обо всем этом рассказали Рахимову и предложили кандидатуру Юнира Валиева порекомендовать депутатам Зилаирского района для избрания на должность председателя райсовета. «Ладно, – сказал Рахимов, – пригласите сюда, посмотрим на него».

В назначенный день Юнир приехал в Уфу. Председатель Верховного Совета поздоровался с ним за руку, предложил присесть, затем спросил:

– Как дела?

Валиев коротко рассказал о себе, своей семье, делах совхоза, об обстановке в районе. Рахимов внимательно его выслушал и сказал:

– Как ты смотришь, если мы тебе предложим возглавить Зилаирский район?

– Даже не знаю. Если доверите, буду стараться. Только я не уверен, что меня изберут председателем райсовета.

Рахимову понравился его ответ. Спокойно воспринял предложение, не стал клясться в верности и преданности, не скрыл и свои сомнения.

Далее руководитель Башкортостана рассказал об общественно-политической обстановке в республике, о недопустимости развала хозяйств, сказал, что для улучшения жизни людей всем руководителям, независимо от их ранга, нужно выступать единым фронтом, единой командой. Из Уфы Юнир уехал окрыленный. В словах председателя Верховного Совета он нашел ответы на многие вопросы, которые его терзали, не давали покоя.

Валиеву сказали о разговоре в Уфе пока никому не говорить. Опасались, что в этом нестабильном районе могут выступить не только против кандидатуры Валиева, но и против набирающей силу новой власти в республике. Но шило в мешке не утаишь. В районе оживились. Некоторые начали открыто говорить:

– Какой-то Валиев будет руководить районом? Такого еще в истории района не было, этого не допустим. Нет!

В Уфе задумались. Тогда Рахимов сказал:

– Сам поеду в Зилаир. Сам проведу сессию районного совета.

Депутаты Зилаирского района собрались на внеочередную 13-ю сессию. Заседание вел сам Рахимов.

– На днях Президиум Верховного Совета принял решение о назначении Валиева Юнира Салимовича главой администрации Зилаирского района. Вот указ, – сказал он и показал бумагу. – Сейчас я предлагаю его избрать председателем райсовета. Думаю, что вы согласитесь с моим предложением. Ставлю на голосование. Кто за? Кто против? В результате открытого голосования большинством голосов Валиев Юнир Салимович избран председателем Зилаирского района Совета, – Рахимов, поздравляя Юнира, пожимая ему руку, добавил: – Преодолели гору, которая казалась неприступной. Теперь твоя задача – работать, пахать, оправдать надежды людей.

Муртаза, когда ехал в Зилаир, думал, что там переночует, но после сессии передумал.

– Ладно, я поехал в Уфу, а ты прямо сейчас приступай к работе, – сказал на прощание Юниру, который вышел его провожать.

Так началась жизнь Валиева на должности руководителя района, которая длилась 18 лет. Она требовала ежедневного напряжения всех сил и энергии. Должность главы района – это не только исполнение своих обязанностей, а образ жизни. Человек, исполняющий эти обязанности, даже во сне живет проблемами людей. Без этого он не сможет руководить районом.

Если до назначения главой Зилаирского района Юнир Валиев не работал бы директором совхоза или откуда-нибудь сюда приехал, ему, наверное, довольно сложно было бы войти в курс дел. А здесь все знакомые, к которым он привык.

В первый же рабочий день он собрал всех начальников управлений и отделов администрации района.

– Каждый должен досконально разобраться о состоянии дел в своих отраслях, выяснить проблемы, наметить пути их решения. С завтрашнего дня рабочий день начнем в восемь часов утра. Суббота – свободный день, соберемся, подведем итоги за неделю. На наше совещание пригласим и руководителей предприятий, организаций района. Каждый должен составить план работы на неделю, на месяц, на квартал. Делайте в двух экземплярах, один остается у вас, второй будет лежать у меня на столе для контроля. Будем работать сообща, дружно, везде должен быть порядок, дисциплина, кому это не нравится, пусть ищет работу там, где нет порядка и дисциплины…

Таким образом, Валиев начал свою работу с повышения ответственности кадров аппарата за порученное дело.

Другим не менее важным направлением своей работы он считал, что должен знать обо всех проблемах района, особенно жителей отдаленных населенных пунктов. Конечно, нельзя сказать, что он не знал, как живут люди в этих деревнях. Но сейчас на их жизнь смотрел как хозяин района, который обязан решать все проблемы.

Самые сложные проблемы – дороги, автобусное сообщение, связь. Кроме дороги федерального значения, которая пересекает район, других нормальных дорог нет. Не ходят автобусы. Конец двадцатого века, а в домах нет газа. В то же время в некоторых районах, в таких как Дюртюлинском, Илишевском, не осталось негазифицированных деревень.

Острой проблемой оставалось состояние образования и культуры. Не хватает школ, детских садов, клубов, если они есть, то требуют реконструкции, капитального ремонта.

Но самое главное – надо определиться, в каком направлении будет развиваться район, строиться его экономика. Прежде всего необходимо найти ответы на эти вопросы.

Да, и здесь работы непочатый край.

Когда Юнир объехал все коллективные хозяйства, сделал для себя очень важный вывод.

Все хозяйства сегодня работают, однако результаты их труда сильно разняться, особенно между теми, которые расположены в лесной и степной зонах района. Дело в том, что их хозяйственная деятельность не соответствует природным условиям. Кроме того, у каждой деревни свой уклад жизни, свои порядки. Поэтому, наверное, надо менять формы и методы их работы.

Об этом Валиев и раньше задумывался. До сих пор направление хозяйственной деятельности колхозов, совхозов определяли сверху. В обкоме КПСС, Совете Министров, на уровне района – райкоме партии, райсовете планировали, как должно развиваться то или иное хозяйство. Намечали на год, на пятилетку объемы производства продукции растениеводства, животноводства. В зависимости от этих объемов и других показателей выделялись хозяйствам машины, трактора, комбайны и другая техника. Даже заранее планировали, сколько детей должно родиться, когда вырастут, какие специальности им надо выбрать. Так судьбу деревень решали наверху. Ее жителям оставалось пахать землю, ухаживать за скотом, рожать запланированных детей. Жить в состоянии полуробота.

Когда Россия начала строить новый капитализм, стало ясно, что жить по старинке не получится. В деревне, кроме голой земли, крестьянам ничего не осталось, да и она из-за безденежья, отсутствия техники для ее обработки особо не ценилась.

В этих условиях важно было не только сохранить деревни, но и решать вопросы дальнейшего их развития. Только крепкая экономика, на основе которой возможно улучшить жизнь людей, позволила бы разрешить межнациональные проблемы.

Валиев придерживался жёсткого правила: если затеял крупные перемены, глубокие реформы, их обязательно надо согласовывать с руководителями республики, иначе можешь сесть в лужу. Без их совета, поддержки не всегда обойдешься.

Хорошо понял он суть еще одного обстоятельства: у земли должен быть хозяин, если его нет, она зарастет бурьяном. Однако работу в данном направлении нужно проводить не наскоком, а аккуратно, не нанося вред хозяйствам и жителям села. Поэтому земельную реформу в районе проводили без особой спешки, согласовывая все с руководителями республики и селянами. Когда Валиев занял должности главы администрации, председателя райсовета, в районе функционировали 7 совхозов, 2 лесхоза, а после 18-летнего его руководства работали 4 крупных сельскохозяйственных предприятия, 490 малых и средних индивидуальных хозяйств. Во многих дворах жителей появились трактора, грузовые машины и другая техника. Таким образом, в корне изменились подходы и методы хозяйствования на селе.

Как было отмечено, совхозы – это государственные предприятия, которые функционируют согласно плану, спущенному сверху. Если в колхозах крестьяне хотя бы на словах являлись хозяевами его земли, имущества, то в совхозах они к его собственности никакого отношения не имели, потому что вся она была государственной. Люди, работающие в них, чувствовали себя наемными батраками, поэтому соответствующее отношение было у них и к производству. Если зарплата хорошая, то они старательно трудились, если нет – все бросали и уходили. Не было у рабочих совхоза чувства хозяина. Учитывая все это, Валиев решил, что будет правильным, если организовать индивидуальные хозяйства и имущество совхозов передать им.

Половину населения Зилаирского района составляли башкиры, половину – люди других национальностей, которые переехали сюда из разных уголков страны. Переселенцы издавна привыкли к наемному труду. Для них эта земля не была родной, поэтому они могли покинуть ее без особого сожаления. А башкир сдерживало чувство хозяина, которое передалось им от их предков. У них развит коллективизм. Они издавна привыкли жить вместе, вести совместное хозяйство, решать все дела сообща.

В своей работе Юнир Валиев всегда учитывал эти особенности района, тщательно все обдумывал, советовался с людьми, только затем предлагал им заняться тем или иным делом. Все это давало неплохие результаты. Так, в деревнях Салихово и Юмагузино раздали имущество населению.

Многие ожидали, что это не к чему хорошему не приведет. Но спустя год в крестьянско-фермерских хозяйствах значительно возросло поголовье скота. У жителей деревни Салихово появились шестнадцать тракторов, пятнадцать грузовых машин, шестьдесят голов лошадей. Юнир обратил внимание на очень трудолюбивого жителя этой деревни Шагита Султанова и кое-что посоветовал. Тот с полуслова понял главу администрации и засучив рукава взялся за дело. Вскоре у него было три трактора ДТ-75, два трактора «Беларусь», три комбайна, стал обрабатывать триста гектаров земли. После завершения осенне-полевых работ, чтобы не сидеть сложа руки, у лесхоза на корню купил лес, открыл цех и начал выпускать пиломатериалы.

Таких примеров можно привести немало. Успешных хозяйственников, подобных Атанову из Сабырово, Аккужину из Кыпчака, Григорьеву из Самары, можно встретить в каждой деревне.

В начале двухтысячных годов Валиев начал торопиться с реорганизацией сельскохозяйственного производства. Он видел, как из-за отсутствия настоящего хозяина, в соседних областях, да и в некоторых районах нашей республики разрушаются фермы, животноводческие комплексы, поля зарастают бурьяном, технику сдают на металлолом. Нельзя этого допустить. Лучше их передать тем, кто сможет ими успешно пользоваться.

Время показало, что Валиев поступил правильно. Вскоре в России приняли закон о банкротстве, но не в интересах простых людей, а для обогащения группы лиц. Находили какую-нибудь причину, неплохо функционирующие предприятия объявляли банкротом, а его имущество несколько человек делили между собой.

Судьба работающих там сотен, тысяч людей никого не беспокоило. В районе в основном успели реорганизовывать сельскохозяйственные производства до принятия данного закона. У вновь организованных хозяйств не было долгов ни перед государством, ни перед своими работниками, они рассчитались и с банками по кредитам, которые взяли на покупку горюче-смазочных материалов. Деревни продолжали жить, не было безработных.

Для развития села нужно несколько условий. Школа, клуб, медпункт, связь, дорога, транспорт, работа – если они есть, будет и жизнь в деревне. Если хочешь ликвидировать село, то достаточно хотя бы закрыть школу, вскоре на месте домов появится разруха. Так может исчезнуть и страна. Об этом всегда должна помнить государственная власть.

Есть еще одна неоспоримая особенность деревни: основы духовной силы народа сосредоточены не в мегаполисах, а в деревнях. Исчезнет деревня – иссякнет и духовная сила народа.

Период работы Валиева главой администрации совпали с годами больших перемен и реформ. Хотя и говорили реформы, но это была настоящая революция. Распалась одна из самых крупных стран мира. Во-вторых, поменялся общественный строй – не удалось построить коммунизм, решили вернуться к капитализму. Такие резкие перемены возможны только во времена революций, а реформы не предполагают изменения самого общественного строя.

Валиев внимательно следил за событиями, происходящими в стране, видел, что перемены в обществе не соответствуют законам, не совпадают с теориями, которые они раньше изучали. Он их анализировал, делал выводы, потом свои записи решил показать ученым. Те удивились, в записях Валиева они увидели до сих пор не изученные явления, новые открытия. Ученые предложили ему на основе этих наблюдений написать научную работу.

Он так и сделал, затем защитил диссертацию в Московском государственном университете им. Ломоносова, стал кандидатом социологических наук.

О чем же научный труд Юнира Валиева? Он бьет тревогу: нельзя оставлять без внимания сельскохозяйственное производство, жизнь на селе. Селяне сами содержат себя, им надо только помочь решать их социальные проблемы, оказать содействие в строительстве школ, клубов, детских садов, медпунктов и других социально значимых объектов. Остальное они сделают сами. Кроме того, селяне кормят городское население.

В Конституции Российской Федерации говорится, что все граждане обладают равными правами. Однако в жизни не все так. Права жителей деревень зачастую грубо нарушаются, особенно в последние годы. Например, под предлогом оптимизации в сельских населенных пунктах закрываются школы, детские сады, больницы и другие социальные объекты. Жителям села становятся недоступными их услуги, они вынуждены переезжать в города, деревни пустеют, зарастают бурьяном. Юнир Валиев считает, что допустить гибель сельских населенных пунктов равносильно убийству самой России.

Работа с кадрами стала его ежедневной целенаправленной деятельностью. Всегда, с кем бы ни встречался, думал, где смог бы работать тот или иной человек. Во время бесед с должностными лицами в Уфе, выходцами из Зилаира, прикидывал, чем и как могут помочь району.

Одним из важных направлений в деятельности отдела образования, местных советов, общественных организаций стала работа по воспитанию, обучению, подготовке молодежи для поступления в высшие и средние учебные заведения на необходимые району специальности. В крупные школы на встречи с будущими выпускниками старших классов Валиев ходил сам. Увлекательно, с большой пользой и для молодежи, и для главы администрации проходили встречи со студентами.

Раньше такой связи с ними практически не было. Правда, райком партии еще кое-как контролировал поступление, обучение ребят в средних специальных учебных заведениях, а вот учеба в высших учебных заведениях считалась делом семейным. Кроме того, направлением выпускников вузов на работу по указанию Москвы занимался обком КПСС, а местные партийные органы к нему не имели никакого отношения. Пришлось всю эту работу начинать с нуля. Начали со сбора информации: кто из какой деревни, где учится. Собрали и удивились, где только не учатся ребята из Зилаирского района: в Уфе, Стерлитамаке, Сибае, Оренбурге, Челябинске, Магнитогорске, Москве, Самаре и других городах России. Надо с ними встретиться, побеседовать. Решили начать с Уфы. Собрали всех студентов Зилаира в большом зале, поговорили с ними, показали концерт, вручили каждому гостинцы, немного денег и после окончания учебного заведения призвали вернуться в родной район. Затем такую же встречу организовали в Сибае. Однако в этих мероприятиях многие ребята не могли участвовать. Не приедут же в Уфу или Сибай из Москвы или Санкт-Петербурга. Поэтому решили встречу со студентами проводить в районном центре в период зимних каникул. Учредили стипендию главы администрации, организовали обеспечение студентов продуктами питания. В конце августа на автобусах бесплатно их отправляли в Уфу, на зимние каникулы привозили домой. Встречи со студентами в райцентре всегда походили зрелищно, с большей пользой для всех.

Такая работа с молодежью дала свои плоды – количество выпускников, успешно поступающих в высшие учебные заведения, ежегодно росло. Но жизнь в деревне не держится только на специалистах с высшим образованием. Они – организаторы производства, руководители отдельных отраслей. Кто-то должен заниматься черновой работой – пахать, сеять, доить коров и т. д. Юнир никогда не забывал слова матери, которая как-то сказала: «Деревня живет благодаря бригадирам, трактористам, комбайнерам, пастухам и дояркам. Им не надо высшее образование, а вот специальное образование необходимо». До сих пор таких специалистов готовило Юлдыбаевское сельское профессиональное училище. Надо сказать, довольно успешно. Достаточно отметить, что пять его выпускников в последующем стали Героями Социалистического труда. Но в последние годы пошли разговоры, что и в Юлдыбаево, и в Зилаире надо закрыть училища, так как желающих учиться там слишком мало. Юнира поражал такой подход. Если закрыть оба эти училища, то для близлежащих пяти районов негде будет готовить специалистов для обыкновенного крестьянского труда!

Валиеву пришлось стучаться не в одну дверь в столице, пока не добился своего. Училище в Юлдыбаево сохранили, а в Зилаире реорганизовали и сделали его филиалом. Сейчас они полностью удовлетворяют потребности района в младших специалистах. Кроме того, изменился и профиль их деятельности. Если раньше в основном они готовили трактористов-машинистов, то сейчас обучают и по другим современным профессиям, выпускают ветеринаров, поваров, гувернанток, швей, воспитателей дошкольных учреждений, строителей, дизайнеров домов. Если раньше учащиеся жили на квартирах, то сейчас для них построили общежитие, появились современные учебные корпуса, оснащенные необходимым оборудованием. Неслучайно именно в Зилаирском районе состоялись первые в республике соревнования пахарей.

В районе в основном люди исповедуют две религии: ислам и христианство. На первый взгляд кажется, что это особого значения не имеет, тем более в такой стране, где десятилетиями воспитывали атеистов. Но это только на первый взгляд. Юнир понимал, что любая неосторожность в этом очень деликатном вопросе может привести к конфликтам. Поэтому в решении любой проблемы старался не задеть случайно чувства верующих. В селе Зилаир построили мечеть, открыли для мусульман новое кладбище, реконструировали, отремонтировали церковь. Все это делали, чтобы люди, исповедующие разные веры, жили в мире и согласии.

В Башкортостане ждали приезда президента Российской Федерации Владимира Путина. Вместе с современной Уфой решили показать ему жизнь и быт древних башкир, для этого около Монумента Дружбы решили установить юрты и угостить его башкирскими блюдами. Кто поставит юрты? Естественно, одну из них установят кугарчинцы – земляки Рахимова. Вторую, конечно, «настоящие башкиры» из Баймака. Третью… Тут вскочил со своего места Юнир Валиев:

– Мы поставим!

Но в Зилаире нет юрты, да и район особо не отличается сильным башкирским духом. Смогут ли? Организаторы мероприятия засомневались. Но говорит же Юнир Валиев, он слов на ветер не бросает. Ладно, пусть третья юрта будет зилаирской.

Валиев задумался. Юрту тунгаура поставят, башкирские блюда приготовят, для встречи гостей красавиц найдут. Все так сделают, а что бы такое придумать, что удивило бы всех? После долгих размышлений и споров придумали…

Владимир Путин и Муртаза Рахимов, рассматривая экспонаты выставок, рассказывающие о жизни и быте башкирского народа, наконец дошли до юрт. Вместе с ними шел руководитель Татарстана Минтимир Шаймиев и другие гости. Сначала посетили юрту Кугарчинского района, затем зашли в юрту Зилаира. Здесь дорогих гостей угостили кумысом. Они уже собрались последовать дальше, тут к ним подошел мальчишка в башкирском национальном костюме из деревни Юлдыбаево по имени Ринар.

Он протянул Путину книгу:

– Дорогой Владимир Владимирович, от зилаирцев возьмите на память вот эту книгу.

Рядом с мальчиком – Юнир Валиев. Все смотрят на Ринара. Путин взял книгу, прочитал:

– Зилаирский район. Энциклопедия. Вот это да! – Путин ласково положил руки на плечи мальчика. – С кем приехал? Это твой отец? – кивнул в сторону Валиева.

– Мой отец остался дома. Это – глава Зилаирского района, – ответил Ринар.

– Молодец, рахмат, – сказал Путин.

Говорят, что после знакомства с книгой президент страны сказал, что в одном из самых отдаленных уголков Башкортостана составили научную энциклопедию о своем районе. Вот это и есть патриотизм.

Издавна известно, чтобы человек был доволен, надо сначала его накормить, потом организовать для него хотя бы небольшой праздник. В начале 90-х годов народу, живущему в нищете, было не до веселья. Но все же все соскучились по праздникам. Чувствуя настроение людей, в районе решили организовать сабантуй, тем более все складывается неплохо, вовремя завершили весенне-полевые работы, словно по заказу прошли дожди. Решили сначала провести его в районном масштабе, затем в хозяйствах.

Заседания оргкомитета проводил сам Юнир Валиев. Он перед организаторами поставил задачу: сабантуй должен стать праздником труда, культуры и истории. Почему «праздником истории»? Сабантуй тысячелетия тому назад начал складываться как праздник зерна (саб – на древнем башкирском языке «зерно»), поэтому его праздновали по окончании посевных работ, посвящали богатому урожаю. На нем подводили итоги весенних полевых работ, соревновались мастера приготовления блюд, состязались певцы, танцоры, сказатели.

Но сабантуй не только место всеобщего веселья, различных соревнований, здесь встречаются родные, земляки. Гостей всегда бывает много. Поэтому Юнир сказал, чтобы каждая организация установила свою юрту, там организовали встречи своих ветеранов, передовиков производства, односельчан, земляков, чтобы все желающие смогли показать свое мастерство, искусство.

Кончено, в тот год не все получилось так, как этого хотели организаторы мероприятия. Но народ остался доволен, так он соскучился по празднику Сабантуй. Каждый год этому мероприятию старались добавлять новые элементы, новые виды состязаний. Так появились соревнования лесорубов, состязания, кто быстрее запряжет и распряжет лошадь, кто громче всех щелкнет кнутом пастуха, которые потом широко распространились во многих регионах России.

Говорят: праздник красив своими гостями. Первым сабантуй в Зилаире посетил Муртаза Рахимов, затем в нем участвовали и другие руководители республики.

Конечно, сабантуй – это старинный башкирский праздник. Сейчас в Зилаире на нем охотно, от души веселятся и люди других национальностей. В то же время мусульмане начали участвовать в праздниках христиан, таких как проводы зимы, Пасха, Рождество и другие. Эти мероприятия помогают забыть прежние межнациональные розни, скандалы, способствуют мирному сосуществованию людей, о чем говорил Валиеву Рахимов, когда его назначал главой администрации района.

Приближалось столетие со дня рождения башкирского поэта Шаехзады Бабича. Его 27 марта 1919 года в Зилаире (бывшем Преображенске) зверски зарубили саблями красноармейцы Смоленского полка. Башкиры требовали восстановить память о Бабиче.

Положение неоднозначное. Юнир Валиев все же решил увековечить имя великого поэта башкирского народа. Создал комиссию, сам ее возглавил, а своим заместителем, ее членами назначал авторитетных, уважаемых русских людей, которые проживали в райцентре. Конечно, не всем им понравилась такая «честь», но их назначил сам глава района, куда тут денешься, скрепя сердце взялись за дело.

Огородили могилу поэта, на стене дома, где он погиб, установили мемориальную доску. Завершилось мероприятие открытием обелиска Бабичу (скульптор Р. Гарипов) и большим концертом. В торжествах приняли участие видные государственные и общественные деятели, писатели, поэты, артисты. Со сцены звучали стихи поэта и стихи, посвященные ему. Навсегда остались в памяти Юнира Валиева слова одного русского человека, сказанные им сквозь слезы в этот день: «Мы о тебе не знали, Бабич. За свою смерть, мучения просим простить».

При необходимости Валиев мог быть довольно жестким. В Преображенске раньше мусульман жило мало, поэтому в деревне никогда не было их кладбища, хоронили покойников в ближайших деревнях. Когда Юнир стал главой администрации, люди стали обращаться к нему с просьбой открыть в Зилаире мусульманское кладбище. Он попросил данную проблему обсудить на сессии сельского совета, сам участвовал в ее работе и добился положительного решения.

Это только на первый взгляд кажется, что такие вопросы не требуют особого внимания, но своевременное их разрешение позволяет избежать кривотолков, скандалов, способствует установлению взаимопонимания между людьми.

Хорошие почины, начинания всегда находят поддержку народа. Здесь для примера можно привести мероприятия в области развития культуры. Так сложилось, что раньше центрами культурных мероприятий считали три села – Юлдыбаево, Матраево и Зилаир. При этом все мероприятия в селах Юлдыбаево и Матраево организовывали только на башкирском языке, а в Зилаире только на русском. Юнир понял, что нельзя так делать, кроме башкир и русских в районе живут и другие национальности. Начал с расстановки работников культуры разных национальностей, с закупки национальных музыкальных инструментов. Поставил условие, что все мероприятия в районном центре и других населенных пунктах должны проходить как минимум на двух языках. Все это дало неплохие результаты. Вскоре на одном и том же концерте звучали протяжные башкирские песни и задорные русские частушки, показывали свое мастерство исполнители танцев «Баик» и «Гопака».

Сегодня многие зрители с большим интересом смотрят на экранах телевизоров телевизионный фестиваль «Баик». Эта популярная передача началась с подачи Юнира Валиева. Тогда ежегодно в городе Сибае проводили фестиваль песен «Мелодии Ирандека». Однажды сюда приехал Муртаза Рахимов. На праздник были приглашены и главы соседних районов. После закрытия фестиваля состоялось совещание, где подводили итоги мероприятия. Когда слово предоставили Юниру Валиеву, он сказал:

– Фестивали песен ярко, красочно проходят в Уфе, Сибае, Нефтекамске, Туймазах. Это хорошо. Но не кажется ли вам, что на развитие культуры мы смотрим однобоко? Всегда – песни и курай. Есть у нас и другие народные инструменты, немало великолепных танцоров. Было бы хорошо, если организовать фестиваль танца. Можно дать ему название «Баик».

Рахимов заинтересовался его предложением:

– Правильно говорит Валиев. Давайте подумаем.

Так появился фестиваль танца «Баик».

Благодаря целенаправленной и настойчивой работе Валиева из года в год развивалась в районе художественная самодеятельность, расширялась тематика выступлений. Проводились конкурсы исполнителей песен, частушек, танцев, гармонистов. Появились ансамбли. Для повышения их исполнительского мастерства Юнир приглашал профессиональных артистов, а некоторых из них, земляков, уговаривал вернуться со своими семьями в родной район, жить и руководить художественными коллективами. Поэтому не случайно, что первыми лауреатами республиканских конкурсов «Баик», «Малый Баик», «Озон-кой»» стали самодеятельные артисты из Зилаира.

В районе проживают наследники родов тунгаур и усерган. Их предки отличались своей смелостью и дальновидностью, они играли огромную роль в жизни всего башкирского народа. Объединение семи родов в единый союз происходило на земле тунгаур в Айзаболане, до сих пор сохранился столб, установленный в честь этого исторического события. В целях увековечивания данного события на том месте горы установили стелу. К слову, ее автор – Юнир Валиев.

В Зилаире не только ценят свою историю, чтят память предков, но и стараются воздать должное тем, кто своим трудом и талантом прославил район. Гордятся своими земляками, знатоками истории сотен башкирских народных песен Ишгалием Дильмухаметовым и его сыновьями Ишмуллой и Сайфуллой, народными артистами Башкортостана Азатом Аиткуловым, Фаритом Бикбулатовым, Азатом Надергуловым, Татьяной Ленниковой, Шаурой Дильмухаметовой, художниками Александром Бурзянцевым, Василием Кирилловым, поэтом Валентином Сорокиным, писателями Муслимом Абсалямовым, Амиром Мортазовым, Фаузией Юлдыбашевой, Хайдаром Тапаковым и многими другими. Юнир часто приглашал их в родной район, оказывал им почести, а Фариту Бикбулатову в знак огромного уважения район подарил дом.

Красочно прошли встречи с профессором Сагадием Султановым, докторами наук Геннадием Валявиным, Минлегалием Надергуловым, Салаватом Абсалямовым, Шагитом Бикбулатовым, Хамитом Гиззатулинным, Розой Букановой, поэтом Александром Филипповым и другими.

Одним из самых больших и значимых событий в жизни района стало празднование 800-летия основания села Юлдыбаево. Оно показало, как глубоко уходят корни его жителей, как богата на исторические события их земля. Это мероприятие вдохновило людей, вселило уверенность в своих силах.

Некоторые говорили, что Юлдыбаево основано значительно раньше, но это надо было обосновать историческими фактами. Решили, что точную дату выяснят потом, а пока будут праздновать 800-летие села. На горе недалеко от Юлдыбаево, где состоялось объединение в единый союз семи родов башкир, установили стелу. В торжествах приняли участие потомки этих родов – Муртаза Рахимов и другие. При открытии стелы как отцовский наказ, как послание всему башкирскому народу прозвучали слова Рахимова:

– Наши предки передали нам свою вотчинную землю. Наша задача приложить все свои силы, чтобы она процветала и в цветущем состоянии передать последующему поколению. Только тогда можем сказать, что мы свой долг перед Аллахом, перед своими предками выполнили, наша совесть перед ними чиста.

Знаменательное событие произошло 7 декабря. Эту дату, наверное, зилаирцы могут золотыми буквами вписать в летопись района. В этот день в торжественной обстановке зажгли природный газ, который пришел сюда по трубопроводам! В то время Зилаир оставался единственным негазифицированным районом в республике. Котельная, установленная в райцентре, многим добавляла седых волос, ее отапливали мазутом, его зачастую не хватало, поэтому трубы еле грелись, в домах было холодно. Нельзя сказать, что прежние руководители не пытались заняться газификацией района, но, увидев, какое это хлопотное и сложное дело, быстро ретировались. Юнир Валиев твердо решил, несмотря ни на что, нужно газифицировать район. Он прекрасно видел, как резко отличается жизнь в населенных пунктах, где пользуются природным газом, от тех, кто лишен такой возможности.

О своем намерении он рассказал Рахимову, тот ответил коротко и четко:

– Подготовь проектно-сметную документацию, проведем к вам газ.

Окрыленный таким ответом, Валиев энергично взялся за дело. Сначала газовики над ним шутили:

– Зачем вам газ? У вас же много дров!

Юнира коробило от таких шуток. Потом ему рассказали, когда одному из прежних руководителей предложили газифицировать район, тот, испугавшись трудностей, якобы сказал:

– Не надо нам газа, в Зилаире много дров.

Подготовка проектно-сметной документации действительно оказалась сложным делом. Неоднократно пришлось встречаться с руководителями, специалистами «Башпроекта», «Баштрансгаза» и других организаций, предприятий. Все же Юнир добился своего. Подготовив все документы, зашел к Рахимову.

– Молодец, – похвалил тот Валиева, – ты выполнил мои условия, сейчас моя очередь выполнять свое обещание.

Несколько лет шла работа по газификации района. Ежегодно прокладывали около 40 километров труб, сооружали газоперегонные установки. Дело осложнялось тем, что приходилось работать среди высоких гор, скал, в лесной местности. В этих условиях газовики проявляли чудеса смекалки. В первый год трубы проложили до населенных пунктов Юлдыбаево, Воскресенское, в следующий год – до Зилаира, затем – до Ямансазово, Матраево.

Чтобы порадоваться вместе с зилаирцами и зажечь символический огонь, приехал в район сам Муртаза Рахимов. Выступая перед собравшимися, он сказал:

– Сегодня исполнилась ваша заветная мечта. Однако газификация населенных пунктов не только ваша радость, но и часть нашей программы по решению социальных вопросов в республике. В этом году проложили три тысячи километров газопровода, это составляет одну десятую часть всего, что делается в данном направлении по всей России. Кроме того, идут масштабные работы по строительству новых дорог, жилых домов, социально значимых объектов. Вот и сегодня у вас не только зажгли символический огонь, но и открываем современный районный дом культуры. Живите и радуйтесь!

Радости людей не было предела. Все прекрасно понимали, что газификация населенных пунктов, строительство и реконструкция объектов социального назначения в корне изменят их жизнь. Надежды зилаирцев оправдались. Только за последующие пять лет в районе сдали в эксплуатацию пять новых школ, два 24-квартирных дома, здание хирургического отделения больницы, больницу на сорок мест в Кананикольском, общежитие профессионально-технического училища, пять котельных, построили объездную дорогу вокруг села Зилаир, реконструировали пруд-водоем, соорудили большой мост и т. д.

Надо отметить, в эти годы такая масштабная работа по строительству социально значимых объектов шла не только в Зилаирском районе, а по всей республике. Власти всех уровней делали все возможное для улучшения жизни людей. Естественно, было нелегко. Федеральная власть постоянно «награждала» регионы своими проблемами, пыталась переложить свою ответственность за решение острых, наболевших вопросов на их руководителей. Многие проблемы в те годы успешно разрешились только благодаря настойчивости и целеустремленности глав республик и областей. Поэтому их по праву можно назвать героями  того времени.

Встречались и те, кто был недоволен такой масштабной работой, которая велась в республике. Нет, конечно, они не были против строительства социальных объектов, они просили часть этих средств направить на повышение пенсий, детских пособий. Можно их понять, размеры выплат небольшие, да и не всегда их вовремя получали. Но закон есть закон. Как запрещается использовать средства, выделенные на социальные выплаты, на другие цели, так и средства капитального строительства невозможно направить на повышение размера пенсии или детского пособия.

Башкортостан когда-то славился своими красивыми родниками, полноводными реками, озерами. Строительство крупных заводов, безудержное осушение болот, расширение посевных площадей, бесконтрольный выпас скота на их берегах привели к тому, что некоторые города и села республики стали нуждаться даже в питьевой воде. Если не принять необходимые меры, все это может завершиться катастрофой. Муртаза Рахимов сказал, чтобы не допустить такого, надо строить пруды, водоемы, водохранилища.

Большая часть Зилаирского района хотя и занята лесами, но некоторые населенные пункты, расположенные в степной зоне, уже мучились от нехватки воды.

Когда Юнир Валиев получил одобрение Муртазы Рахимова, около деревни Матраево, на небольшой речке построили Бызаулыкское водохранилище вместимостью 22 миллиона кубометров воды. На его берегу заложили парк в честь 450-летия вхождения Башкортостана в состав России, посадили деревья.

На этом свете все живые существа обитают группами, стаями. Приспособленных жить отдельно, обособленно мало. Так и люди, они объединялись в роды, племена, народы. Жить в коллективе комфортно. Если то или иное дело не под силу одному, его выполнит другой. Да сообща и работать намного интереснее, и отдыхать веселее. В коллективе всегда найдешь друзей, единомышленников, которые придут на помощь в трудную минуту, помогут разрешить ту или иную проблему. Несмотря на всю нервозность своей работы, Юнир Валиев старался поддержать ровные, дружеские, уважительные отношения со всеми, всячески заботясь о них, люди тоже стремились отвечать ему тем же. Хорошие деловые связи смог установить со многими руководителями министерств, ведомств, главами районов и городов, в то же время ни перед кем не заискивал, не бравировал своими успехами, всегда оставался верным данному обещанию. Все это позволило ему стать одним из самых авторитетных глав администраций и сделать очень многое для экономического, социального, культурного развития родного района. За годы его руководства неузнаваемо изменился облик населенных пунктов, сданы в эксплуатацию десятки тысяч квадратных метров жилья, построены или реконструированы десятки учреждений образования, культуры, здравоохранения. Появились предприятия, работающие на новых, современных оборудованиях. Хороших успехов добиваются крестьянско-фермерские хозяйства, индивидуальные предприниматели.

В районе проживает около 17 тысяч человек, из них 56 процентов составляют башкиры, 40 процентов – русские, 2 процента – чуваши и татары.

Свои достижения Юнир Валиев связывает с Рахимовым. Как-то он сказал:

– С Муртазой Губайдулловичем было легко и интересно работать. Он всегда живо интересовался состоянием дел в районе, вникал в суть проблем, никогда не отказывал в помощи. При такой мощной поддержке стыдно было плохо работать.

Так же, наверное, могут сказать о Муртазе Рахимове многие руководители республики, городов и районов. Он терпеть не мог разгильдяйство, распущенность, расхлябанность, ценил, любил и всячески поддерживал тех, кто хотел и умел работать.

 

(Окончание следует)

Читайте нас в