+26 °С
Облачно
Все новости
Проза
4 Июля , 14:04

№7.2022. Елена Абоимова. Для просветления мозгов. Рассказы из цикла «Заметки глазоведки»

ЧЕМ ЛЕЧАТСЯ МУЖЧИНЫ – Мне только мазок! – воинственно заявляет пациент с порога. Таким тоном просят стакан молока в пивном баре.

№7.2022. Елена Абоимова. Для просветления мозгов. Рассказы из цикла «Заметки глазоведки»
№7.2022. Елена Абоимова. Для просветления мозгов. Рассказы из цикла «Заметки глазоведки»

Елена Владимировна Абоимова родилась в Ишимбае в 1974 году. Окончила Оренбургскую медицинскую академию, работает врачом-офтальмологом. Автор книги «Второе дыхание».

 

Елена Абоимова

Для просветления мозгов

Рассказы из цикла «Заметки глазоведки»

 

ЧЕМ ЛЕЧАТСЯ МУЖЧИНЫ

 

– Мне только мазок! – воинственно заявляет пациент с порога. Таким тоном просят стакан молока в пивном баре.

– Кого искать будем? – жестом опытного ресторатора распахиваю перед ним прайс. – Есть мазок на бактерии, грибы, герпес, хламидии…

Мужичок от моей щедрости сразу тушуется и просит звонок жене.

Супруга в телефоне записана как СОКРОВИЩЕ. Я не подглядывала, чесслово, просто капслок во весь экран.

– Мазок на микрофлору и чувствительность к антибиотикам! – заученно выпаливает Сокровище по громкой связи. – А в чём проблема-то?

– Понимаете ли, мазок стоит 875 рублей, а полноценный прием сегодня по акции 808. Может, лучше посмотрим и лечение назначим?

Я же вижу, что ничего не высеется, глаза у пациента совершенно спокойные.

– Да-да, доктор! Посмотрите его хорошенько! – разрешает Сокровище.

Уже лучше, не люблю бесполезных анализов.

– Так что, собственно, беспокоит, зачем мазок?

– Шлак у меня в глазах! Особенно по вечерам, когда в компьютер смотрю. Уже чего только не капал!

– А что именно капали? – Ожидаю услышать дежурные «Тауфон», «Эмоксипин», «Тетрациклиновую мазь», ну или список антибиотиков, например.

– Да аюрведические всякие…

– Ну-ну, недавно про них пост писала – маринад с глицерином, – говорю.

– А еще соду по вечерам капал, мне помогает.

 

Да уж, чего только мои пациенты не применяли – мед, прополис, запаренных в духовке дождевых червей, марганцовку, но вот до соды еще никто не додумался. Хорошо, хоть до уксуса мужик не добрался!

 

– А ты сказал доктору, что перекись в глаза капаешь? – беспокойное Сокровище звонит уже третий раз за прием.

– Эммм, – теряю я дар речи от удивления. – А почему нормальные лекарства ни разу не попробовали?

– Понимаете, я вегетарианец! Уже двадцать лет.

– Это же не отменяет здравого смысла! В конце концов, глазные капли не из невинно убиенных зверят делают! – кричит мой разум возмущенный.

Но святые Этика с Деонтологией и сестра их Клиентоориентированность не дают произнести тираду вслух.

Назначаю мужчине качественные увлажняющие капли, рассказываю про уход за веками. Даю пароли-явки: где посмотреть достоверную информацию о препаратах и видео массажа век. И очень надеюсь, что Сокровище за ним присмотрит.

 

 

ПЯТНИЦА, 13-е

 

Пятница, 13-е, началась эпично: на меня напал собственный телефон. Свалился с полки углом точнёхонько мне в глаз. Надеюсь, синяка не будет, ибо офтальмолог с фингалом – это полнейший сюр. И вспомнилась мне давняя история о подобном наПадении.

Бегала я тогда шустрым интерном в глазном отделении маленькой, но гордой ЦРБ. И поступил к нам один невезучий пациент. Поссорившись с кем-то в поезде по дороге с вахты, он получил от обидчика кулаком в глаз. Недавно прооперированный по поводу близорукости. Причем делали тогда не модный нынче лазер, а множество насечек скальпелем. Вот по двум таким насечкам роговица и лопнула. В ближайшем к месту происшествия городе мужичка заштопали, к нам он поступил уже долечиваться.

Зачем мы его в операционную взяли, стерлось из памяти за давностью лет. То ли швы подтянуть, то ли их уже снимать пора было. Но до сих пор отчетливо вижу картинку: хирург обрабатывает руки, медсестра готовит инструменты, санитарочка укладывает на стол пациента, поправляя простынку. И над всем этим возвышается операционный микроскоп с говорящим названием «Ломо».

Был он – не чета современным изящным конструкциям – настоящим монстром, с крупными деталями и топорными гранями. А над операционным столом нависала голова – этакий куб размером двадцать на двадцать сантиметров с окулярами и ручками, как у перископа подлодки. И вдруг эта голова, до которой еще и пальцем никто дотронуться не успел, отваливается от микроскопа и падает на лицо пациента.

Минута молчания. Ошалевший мужик не понял вообще ничего, ему было просто больно и темно. Мы в шоке от наглой выходки прибора, многие годы служившего верой и правдой. С ужасом понимаем, что оба глаза пациента могли под этой тяжестью лопнуть по всем оставшимся насечкам. Осторожно снимаем злополучный кусок микроскопа, а там…

А там ничего страшного, только ссадина поперек лба. До глаз железяка не достала – помешал выдающийся нос пациента. Так мужичок и ходил до выписки, сверкая красной полосой на лбу, словно боевым шрамом. А микроскоп списали сразу – мало ли что ему еще на ум взбредет?

 

 

ОСЕННИЕ ОБОСТРЕНИЯ

 

Осенние обострения приходят, когда их не ждут ни пациенты, ни врачи общей практики.

Смотрю – записан на приём дедушка восемьдесят плюс. Ну, думаю, придет в сопровождении внуков, как водится. Ан нет – бодрячком притопал, в здравом уме вроде бы. Обратился даже не за вторым, а за десятым мнением – кто-то ему меня порекомендовал.

В руках – толстенная папка, в которую едва умещаются обследования и диагнозы: глаукома, катаракта (уже прооперированная), диабетическая ретинопатия, ВМД, безуспешный опыт интравитреальных (прямо в глаз) инъекций.

А мне остается только развести руками: обследовали и лечили правильно, но уж слишком много болячек на каждый глаз, и остановить их прогрессирование не всегда получается.

– Понятно, – грустно кивает дедуля. – Значит, буду лечиться сам. Я раньше наукой занимался, у меня дома установка на торсионных полях есть. Это когда считываются мелкие вибрации со здорового организма и направляются на больной. Причем даже сквозь стены и сотни метров…

Мне аж страшно стало за молодых ребят, чьи здоровые вибрации кто-то втихаря ворует.  

Но в дверь уже ломится следующий пациент – высокий громкий мужчина шестьдесят плюс с налитыми кровью глазами. В буквальном смысле – кровоизлияния прям во всю склеру. Пришел на всякий случай, так как «сам уже знаю и диагноз, и лечение».

– Это от шампанского. У меня аллергия на алкоголь. Но дочь вчера в гости пришла, выпить захотела. Вот мы с ней бутылку и уговорили на двоих.

– А чем аллергия проявляется?

– Щеки краснеют и лоб.

Сопоставляю с результатом осмотра и предполагаю сосудистую форму розацеи. Но пациент не согласен:

– Это я перелечился!

– Чем?

– Магнитными полями. У меня дома аппарат на основе катушек Мишина, копейки стоит, а от всего спасает.

Робко вставляю свои пять копеек о том, что постоянное магнитное поле никак на организм не влияет.

Но больной непоколебим. Вот жену от онкологии спасти не успел, а всех соседей вылечил. И себя тоже. От ковида (после которого антикоагулянты уже полгода пьёт, а свертываемость никак не контролирует).

– Все органы после него полетели – и сердце, и ЖКТ и половая сфера, – жалуется он мне. – Хорошо хоть мозг не задело.

А мне почему-то кажется, что мозги тут пострадали в первую очередь. Как думаете?

 

 

ПАЦИЕНТЫ УДИВЛЯЮТ ПО СУББОТАМ

 

Нет, они, конечно, все время что-нибудь отчебучивают, но по субботам – с особенной страстью.

Заходит в кабинет мужчина с двухлетней дочкой на руках.

– Докторгляньтехристарадикокулистунепопасть...

Прием у нас с восемнадцати лет, но ребенок же, два выходных впереди – вдруг там и впрямь беда с глазами?

Пока малышка настороженно выглядывает из-за папиного плеча, расспрашиваю родителя, что случилось.

– Глазки гноятся. Нам сказали капать антибиотик (ага, значит, у врача были все-таки!). Но там побочек столько... Поэтому «Окомистин» капаем

– Не лучший выбор, но тоже можно.

– А еще «Виферон» в свечках...

Молодцы родители! Легких путей не ищут, с черного входа пошли.

– Это лишнее, – говорю, – не мучайте ребенка! Все равно не работает.

– Понимаете, она капать не даёт, зажмуривается. Я ей поэтому «Мирамистином» в глаза пшикаю...

– Зачем? – глаза у меня наливаются кровью, словно это мне «напшикали». Зачем вместо глазной формы «Мирамистина» («Окомистин») применять кожную? Через зажатые веки все равно не попадет, только напугает девчонку.

– А договориться с ребенком не пробовали? Куклам-мишкам закапать? Поторговаться за мультик или вкусняшку?

– Нет, мы только силой разжать пробовали. А может, ей мазь заложить? Чтоб надольше?

– Какую? – вздыхаю я, предполагая услышать «Тетрациклиновую», и готовлюсь разубеждать...

– «Троксевазин»!

– ЗАЧЕ-Е-Е-ЕМ? – начинаю я заикаться от удивления. – Каким боком мазь для укрепления сосудов поможет при конъюнктивите?!

– Интернет – зло, – сникает папаша, – там так написано.

Сочувственно подмигиваю девчушке, которая разглядывает меня уже с любопытством, и отправляю горе-родителя покупать то, что педиатр прописал. Специально для деток разработанный антибиотик в капельках, с двух месяцев можно.

Мужчина сдает ребенка жене, ждущей у кабинета, и возвращается для осмотра. Свои проблемы, кстати, он советами из интернета лечить не собирается и подробно конспектирует мои объяснения. А я весь прием сдерживаюсь, чтобы не назначить ему каких-нибудь свечек. Для просветления мозгов.

 

Автор:
Читайте нас в