№12.2025. Евгения Тимофеева. Не был снегом

Снег

Снег был видением, бесплотным миражом:

Природа откровенно посмеялась,

Когда от белизны лишь грязь осталась.

Так мы от зла порой благого ждем.

С надеждой смотрим в сумрачное небо,

Стоим под ветром, холодом дыша.

Поймать снежинку руки так спешат,

А снег, как оказалось, снегом не был.

Скошена рожь, опустели поляны

Скошена рожь, опустели поляны,

Дымом осенним подернулась степь,

А у дорог колосится упрямо

Горькой полыни забытая цепь.

Пряные запахи бабьего лета

Нужно вдыхать, счастьем душу пьяня:

Знаю: навечно останется это,

Пусть и не будет тебя и меня.

Будет лишь степь под холстом небосвода,

Будет полынь и сентябрьский дым.

Может быть, тем и велика природа,

Что не гордится величьем своим?

Краски природных полотен не меркнут,

Музыка ветра не смолкнет вовек,

А всё, что создали рукой человека,

Более смертно, чем сам человек.

Не уставая к бессмертью стремиться,

Но отложив суету на потом,

Стоит, наверное, низко склониться

И перед рваным осенним листом.

Я буду рядом

Где-то бьётся в стекло громко плачущий дождь,

Я смотрю на него, ощущая прохладу,

Понимаю, что если меня ты не ждёшь,

Я буду рядом.

Среди множества лиц я узнаю твоё,

Среди тысячи глаз я твои ищу взглядом.

Когда осень отправит все листья в полёт,

Я буду рядом.

Не считая веков, за тобой на рубеж

Я пойду и без слов за спиной твоей сяду.

Если будешь стоять у сожжённых надежд,

Я буду рядом.

Даже зная, что именно жизнь нам несёт,

Не сбегу, не склонюсь под немыслимым градом.

Когда небо на плечи твои упадёт,

Я буду рядом.

Я не стану грустить и жалеть ни о чём,

А тебе это, знаю, и вовсе не надо.

Даже если ты станешь моим палачом,

Я буду рядом.

Что же так одержимо болит и влечёт?

Словно тонкая нить между раем и адом.

Даже если я стану твоим палачом,

Я буду рядом.

Это словно болезнь. Это словно провал,

Что нельзя залатать. Это горькая правда.

Ты уже это слышал, всегда это знал:

Я буду рядом.

Мой дом

Мой мир – мои родные люди;

Мой дом, как крепость, нерушим;

Среди чужих путей и судеб

Пристанище родной души.

В глухом лесу одних сомнений

Петлять, не выбраться самой,

Но через тернии и тени

Дороги все ведут домой.

Я не смотрю в чужие окна,

Я не ищу у них тепла,

Ведь кажется пустым и блёклым

Чужой очаг; он как зола.

Я буду греть в своих ладонях

Едва заметный уголёк,

Я буду греться, буду помнить

Мой дом, который так далёк.

Но из глубин души тоскливо,

Как колыбельная, зовёт

Мой дом, всё ждущий сиротливо,

Что кто-то вновь огонь зажжёт,

Согреется, вдыхая нежно

Смородины душистой чай,

Смеяться будет безмятежно

И дверью скрипнет невзначай...

Мой мир – мои родные люди,

Маяк в бушующей волне,

Как волнорез стоять он будет,

И будет он причалом мне,

Свечой в моих руках усталых,

Что греет лучше всех костров,

Словно опять поёт мне мама,

Надёжно пряча от ветров.