* * *
День прибывает каждый день.
На все пути – из деревень,
Где свет и дым стоят столбом,
Стекло выдавливает лбом,
Узлы швыряет на перрон.
Как плеск и гул, со всех сторон
День прибывает – на глазах,
Выходит в город и вокзал.
Ты помнишь, не хватало дня?
День прибывает – для меня.
* * *
Подступит «а помнишь, когда...»,
И чайка пройдёт навылет.
Если такая большая вода,
Не переплыть, не вылить,
Не одолеть самой…
«Голова моя машет ушами…»
Огороди мне, Господи Боже мой,
Какой-нибудь лягушатник
Огнями на берегу,
Огнями на теплоходе…
Смотри, я дышать могу,
Если тут мелководье,
Где на Петров – по грудь,
Где на Ильин – по пояс.
Если понадобится утонуть –
Я зачерпну, умоюсь.
* * *
На льняном и крапивном,
Чтобы рваться и жечь,
Эта – граду и ливню –
Обращённая речь,
От которой немеют
Или просто бегут…
Тем правдивей, прямее,
Чем надежнее гул
По стеклу и металлу
Загремевшей воды…
Чтобы жгло и мешало
До последней звезды.
* * *
Твой тайный покупатель, жизнь, я всё беру,
Обвешивай, ведись на глупую игру,
Что ценник перебитый, что крыло,
Тележка тяжелей на поворотах,
Я всё везу – мне очень повезло
Найти себе хорошую работу,
Где всё вернут. На выходе, потом,
В другой – непродовольственной корзине,
Где, как никто, мечтаешь о пустом,
Закрывшемся сегодня магазине.
* * *
Координатная сетка-авоська.
Параллели, меридианы.
Две ручки на Северном полюсе,
Заштопанный Южный.
Кто положит тебя в карман,
Когда опустеешь?
* * *
И тишина до нас украдена.
И мы у Господа не первые…
Глухой таксист включает радио,
Им так положено, наверное.
Откуда знает, что по случаю,
Куда я, кто со мной поехал бы.
Не спросишь ведь, сижу и слушаю
Со всеми радиопомехами.
Сижу и деньги долго комкаю.
Мне тоже с самого начала
Включить бы музыку на громкую,
Чтобы внутри она молчала.
* * *
Привыкай, я к тебе привыкала.
Оправдания долго искала.
Привыкай, что я сяду на шею,
Я совсем ничего не умею.
Ни копать, ни ковать,
Ни людей бинтовать.
Хотя буду, конечно, стараться.
Я совсем не умею сдаваться.
И ко мне, и к моим – я живу не одна –
Привыкай. Ты привыкнешь, война.
* * *
Я очень занят: я сажаю дерево
За деревом. Тут есть куда расти.
А кто-то строит дом из дерева,
А кто-то в доме сыновей растит.
А сыновья уже торгуют срубами,
Не так уж трудно жить своим трудом.
Мои деревья снова будут срублены,
И кто-то снова будет строить дом.
* * *
Чем не город Петра, тоже камень и камень.
И в город без камня нельзя.
Я только сегодня с пустыми руками,
И сердце, как лодка, обходит толчками
Решётку, и тени скользят.
Но завтра на входе мой узел развяжут.
Пожалуйста, вот он. Приличная тяжесть.
Рисунок, приличный камням.
Пусть сами посмотрят, посмотрим, что скажут,
Я думаю, пустят меня.
* * *
Упадёт и заденет
По крыльцу, пятипалый.
Дать бы новеньких денег,
Занимать где попало,
Пусть меня уверяют,
Или как они лечат,
Что чем больше теряю,
Тем становится легче,
Что ни клёнам, ни вязу,
Никаким сторожам
Столько золота сразу
На руках не держать.
* * *
После дня, а которого именно дня?
Любопытно, и всё тут.
«Я» – последняя буква, стыдили меня
От соседей до тёток.
Как срасталось, сплелось, на каком рубеже –
Знаю, тайна великая.
Было тронное «мы». Не размыкать уже,
Сколько мыкаю.
Будет эхом гулять по дворцовой глуши,
В списках числиться.
Чей-то замысел, умысел… Трудно решить,
Нет, бессмыслица.
Как же совестно – «я». Как гудит за спиной.
Есть тут кто-то из взрослых?
Любопытно, и всё: почему так со мной?
Я – последняя, после…