№6.2025. Петер Гериш. Человек кончился

Перевод с немецкого языка Сергея Тенятникова

ОБРАЗ МОЕГО ДЕТСТВА

В те скудные времена:

Торгаши, барыги, бродяги

В окружении городских руин

Обугленные деревья, потрескавшиеся мосты

Голубое чудо – мост через Эльбу,

Точно большая стрекоза, лежал, касаясь неба.

А мы в суматохе

Толкающихся униформ красноармейцев

И немецких инвалидов

Хотели сбежать от этих картин

И наши пальцы хватали то да сё

Околдованные тайной банального барахла

Пытаясь найти проход

Сквозь фасады

Оклеенные листовками:

Будущее будет прекрасным

На земле лежали листья лжеакации –

Жёлтые билеты на парящий самолёт

Прочь из тесноты пригорода

Дурных дней

И мы пожинали пыль

ВСЁ ЖЕ МИНУВШЕЕ – ЕСТЬ[1]

Ибо в любое время

Тебя окликают видения

Вот дом на границе

Куда нас бездомных изгнали

Приносящие огонь птицы

Здесь вот распахнутые двери:

Сапог переступает порог

И вдруг: Мама

Одеревеневшая как доска

Все дети выходят

Пошатываясь из космоса снов

Трут глаза

Где в зелёной форме солдат

– Автомат через плечо –

Меня – самого младшего – берёт на руки

Отпирает ворота моего детства:

Я смотрю на горы кирпича и покрытые сажей руины

Площади с басящими раструбами репродукторов

Из которых грохочут непонятные обрывки слов

Окоченелые квадраты казарм

Голоса, фигуры

Они сидят в склепе моего черепа

И погружают всё бытие

В тот свет

Где тень от взлетающих ввысь ракет

Лижет мне мочку уха

С ВРАЩЕНИЕМ ЗВЁЗД

Возникает иллюзия времени

Величина земного шара

Измеряется витком вокруг солнца

Чьё господство над пируэтами первого

Точно мастерство жонглёра:

Покинет тот арену – кольца упадут на землю

ПРИ-ХОДЯЩЕЕ

Ходит… и ходит…

А мы в тюрьме

Одной секунды распухающей чудесным образом

Напичканные старыми как мир военными сводками

В этот момент – в незыблемой точке

Уколотые остриём циркуля

Окружённые всей этой

Всячиной!

Абсолютным изобилием лета!

Собранном в песнях –

Скакнувшим по пальцу прядильщицы

Когда она вшивает нить в замысловатое полотно

С танцующими парами в их шляпы

И развевающиеся платки

На фоне мельницы, ручья и раскидистого дерева

Поднесёт она ножницы к нити

Останется от этого всего мёртвое зеркало жизни

ЕСЛИ ДОЛГО ВРАЩАТЬСЯ ВМЕСТЕ С ЧАСОВОЙ СТРЕЛКОЙ

После пробуждения станешь

Похожим на дервиша в шнеке

Последней возможной дезориентации

В святой близости к Богу

СМОТРИШЬ НА МОМЕНТЫ УМИРАНИЯ МГНОВЕНИЯ

Бешеной стрелкой

Четвертованный

Поросший травой

В которой прячется Хронос

Мама, прошу

Сотвори заговор

Чтобы он ослабил власть

Свойственную языкам!

Они морочат нас бессмертием

Расставание мучительно

Ан минувшее-то анекдот – ничто не

Прошло, лишь твоё настоящее исчезло.

В ПРОТИВОСТОЯНИИ С ОГРОМНЫМ ЖУКОМ

Который – в блуждающем полёте над мнящимся лесом –

Спустился у меня перед глазами

Внушая мне приподнятыми

Рогами уважение и догадка мелькнула

Насколько всё-таки непостижим лес!

КРИКИ РЕКЛАМЫ И

Грохотание пустыни –

Сменяют друг друга

Город проносится мимо

Карканье

Стремительное пике ворон

Из странноватых облаков

Преследующих испуганных прохожих

Сумбур из деревьев и бетона

Гроб из

Изысканных стройматериалов

Позади: автоматическое производство оружия Heckler & Koch –

Былой ландшафт – расцветающий во снах

Затопленный луг

И ты сидишь – пленник смартфона –

В поезде

В круговороте ампутированного общения

Предвосхищая категоричное молчание

Человек кончился

Он аватар теперь

КИНО! – КИНО! –

Я полз по пыли столетия

Мимо магазинов, фонарей, лож любопытства

В сумерках пригорода

Я обнаружил лазейку в свет –

Театр – экзотика

Грёз наяву!

Окружённый красными плюшевыми узорами

Я сидел как все – в жажде опьянения –

Наконец-то и они! стрекотание, мерцающее треволнение

И я – пленник колышущихся теней

Сидящий в этой приторной норе

Уносящийся в даль

Где Немо

Аэлита[2] и

Садко[3]

Неуправляемый хаос на запасных путях будней

[1] Наталье Елизаровой, которой я рассказал эту историю, произошедшую 8 мая 1945 года.

[2] «Аэлита» – советский немой фильм 1924 г.

[3] «Садко» – советский фильм-сказка 1953 г.