+30 °С
Облачно
Все новости
Поэзия
27 Января 2021, 17:09

№1.2021. Игорь Голубь. Самый главный вирус. Стихи

Город с заплаканными глазамиИз темноты ночной вырезалиФары машин, что свистят тормозамиВновь за верстой верста,Под простынёю под этой зимнейЖжёною город пропах резиной,Вот и смотрю на него разиней,Не закрывая рта. Город, как выцветшая икона,Я наблюдаю за ним с балкона,Льётся бесцветное молоко наЗлые хребты аллей.Вновь потерял всё на свете, кромеСобственной тени в дверном проёме...Я помолюсь, и, быть может, в домеСтанет чуть-чуть светлей…

Игорь Голубь родился в Калининграде в 1984 году. Поэт, редактор и издатель всероссийского молодёжного литературного журнала «Веретено», составитель и издатель антологии молодёжной поэзии России «111». Участник всероссийских литературных совещаний Союза писателей России в Химках (2018, 2020), межрегионального литературного съезда СПР в Воронеже (2019). Автор пяти поэтических сборников, публиковался в журналах «Подъём» и «Бельские просторы». Лауреат литературной премии «Молодой Петербург» (2018).
Игорь Голубь
Самый главный вирус
* * *
Город с заплаканными глазами
Из темноты ночной вырезали
Фары машин, что свистят тормозами
Вновь за верстой верста,
Под простынёю под этой зимней
Жжёною город пропах резиной,
Вот и смотрю на него разиней,
Не закрывая рта.
Город, как выцветшая икона,
Я наблюдаю за ним с балкона,
Льётся бесцветное молоко на
Злые хребты аллей.
Вновь потерял всё на свете, кроме
Собственной тени в дверном проёме...
Я помолюсь, и, быть может, в доме
Станет чуть-чуть светлей…
* * *
Ты с детства был моей основой,
И ты со мною в жизни новой.
Кафешка на углу Сосновой
И старый дворик на Ольховой,
Вкус жёлтых яблок на Тобольской,
И Цой звучит в магнитофоне,
Идёшь ты белою полоской
Сквозь жизнь мою на сером фоне.
Я просто счастлив в этом месте,
Тропинка – линия кривая,
Но я бегу к тебе, как в детстве,
На звон весёлого трамвая,
И ждут меня в судьбе суровой,
Пускай я вечно непутёвый, –
Кафешка на углу Сосновой
И старый дворик на Ольховой...
* * *
На тебя смотрю издалека,
Так порою горько и неловко.
Под окном – широкая река,
Во дворе – огромная парковка,
Скрип качелей режет тишину.
Обнимаю старую рябину…
Никогда тебя я не верну,
Никогда тебя я не покину…
Через пару лет построят здесь
Новую коробку нувориши…
В детстве город наш любимый весь
Виден был с твоей высокой крыши…
Отпускаю прошлое с трудом,
Мимо прохожу – мороз по коже,
Пустота в тебе, мой старый дом…
Этим мы с тобою и похожи…
* * *
Обыденно и неброско
Посередине двора
Лежит на земле берёзка,
Спиленная вчера.
Стояла она у дома
С забытых давно времён...
Машинам теперь удобно
Песок возить и бетон.
Мы в детстве под ней играли,
Смотрю на неё с тоской...
Здесь нет никакой морали
И злобы нет никакой,
Вот только стою, краснею,
В упор на неё гляжу...
Как будто я рядом с нею
Лежу...
* * *
Мальчишкой лазил я в сады,
В карманах груши нёс,
Вынюхивал мои следы
Дворовый старый пёс,
И лаял он что было сил
Как только прокрадусь,
Но я по-прежнему носил
В карманах вкусный груз.
И вот однажды в сентябре
Зашёл на полчаса,
Но было тихо во дворе:
В тот день не стало пса.
И я забыл про тот сарай,
Где много груш – почти что рай,
Но двор печально тих.
Мне кажется, собачий лай
Вкуснее делал их…
* * *
В детстве я образцовым не был,
Получал нагоняй от отца
И трепал своей мамы нервы –
Было дело, что отрицать.
Вот он – угол, стою и ною,
А потом затихаю вдруг
И прислушиваюсь: за стеною
У соседки упал утюг,
Снова ругань – ведро помоев,
С каждый днём она всё длинней.
На пятнистой щеке обоев
Бесконечный брейк-данс теней,
Из угла никуда не деться...
Я на сломанную юлу
Был похож половину детства,
Но стою до сих пор в углу,
Я к обоям лицом прижался,
Тридцать лет в моём сердце мгла...
Мама, мама, прошу, пожалуйста,
Забери меня из угла...
* * *
Из пустоты обветренного парка,
Где каждая поломанная палка
Как увяданья полноценный знак,
Летит к тропинкам скрип большого клёна,
Свет фонаря, как старая икона,
Что в тишине рассеивает мрак.
А где-то там, за низкой синей аркой,
Мелькнёт машина шумной и неяркой
Иллюзией движения вперёд.
А вдалеке лишь этажи бетона,
И жаль, что запах зимнего района
С собой никто домой не заберёт.
Но, наконец открыв глаза пошире,
Устав сидеть по вечерам в квартире,
Где каждый метр способен надоесть,
Над головою видишь небо в звёздах,
Вдыхаешь полной грудью зимний воздух
И понимаешь – счастье в жизни есть!
* * *
Я спрашиваю себя часто:
А верно ли
Быть вырванным из пространства
И времени?
Вселенная, словно квартира,
Намолена,
Но я закрываюсь от мира
На молнию,
Так перетекала в унылость
Импрессия,
Но что–то внутри надломилось
И треснуло,
Уже не считаю до ста я.
По счётчику!
И жизнь всего лишь простая
Пощёчина,
Но всё же пусть даже пространство
Воинственно,
Воистину жизнь прекрасна,
Воистину!
* * *
Я знаю: оборвётся нить.
Закончится строка в блокноте.
Я жизнь свою благодарить
Учусь на каждом повороте.
За то, что не боюсь теней,
Что не жесток и не бездарен,
Что насовсем прирос к тебе –
Я жизни очень благодарен.
Бывают дни – хоть волком вой,
Ушёл в себя – хозяин-барин.
За то, что попросту живой,
Я жизни очень благодарен.
Рванёшь на море – пирс дощат.
Что может лучше быть на свете,
Чем воздухом сырым дышать,
Ныряя в панорамы эти…
Я знаю, что придёт мой срок,
Так быть должно, так карта ляжет,
Укутает меня в песок
Зашарканный печальный пляжик,
И будет маленький затон
В холодный изумруд рядиться.
Спасибо, господи, за то,
Что дал возможность здесь родиться.
* * *
Преграда может быть любой,
И с этим знанием я вырос,
Но всё же в мире есть любовь –
И это самый главный вирус,
Мы просто для неё среда,
Она себя повсюду множит,
И не оставить ни следа
Она, естественно, не может.
Пусть от неё лекарства нет,
И по ночам подушку гладя,
Я получил иммунитет,
Но потерял его не глядя...
На свете столько пандемий,
А мы на пандемии падки,
Меня повыше подними
И брось скорее на лопатки,
Ловушки для меня готовь,
Сеть, из которой я не вырвусь,
Да, в этом мире есть любовь!
И это самый главный вирус.
Читайте нас в