+34 °С
Облачно
Все новости
Культура
27 Мая , 11:52

№5.2021. Светлана Игнатенко. Дыхание вечности. О стерлитамакских художниках Елене и Ольге Литвиненко

Игнатенко Светлана Владиславовна, 1956 г. р., искусствовед, заместитель директора Башкирского государственного художественного музея им. М. В. Нестерова по научной работе, член Союза художников России, творческий куратор Республиканского выставочного проекта «Профессиональное декоративно-прикладное искусство Башкортостана», заслуженный деятель искусств РБ, обладатель Золотой медали «Достойному» Российской академии художеств, Золотой медали Союза художников России и Благодарности Президента Российской Федерации В. В. ПутинаДыхание вечностиОт автораЯ не первый раз пишу о талантливых стерлитамакских художниках Елене и Ольге Литвиненко. Одна из статей, посвящённая творчеству Ольги, называлась «”Мировое древо” Ольги Литвиненко», другая, посвящённая творчеству обеих, – «В поисках Жар-цвета». И то и другое, происходящее из названий произведений то Ольги, то Елены, – и есть суть их творческих концепций, основанных на мифологизме художественного сознания. Но архетип «Мировое Древо» в этой связке всё-таки доминирует, вбирая в себя практически весь комплекс тем и образов, которые для Елены и Ольги знаменуют многовековое общечеловеческое величие жизни и дыхание вечности. Отсюда и название сегодняшней статьи.

Игнатенко Светлана Владиславовна, 1956 г. р., искусствовед, заместитель директора Башкирского государственного художественного музея им. М. В. Нестерова по научной работе, член Союза художников России, творческий куратор Республиканского выставочного проекта «Профессиональное декоративно-прикладное искусство Башкортостана», заслуженный деятель искусств РБ, обладатель Золотой медали «Достойному» Российской академии художеств, Золотой медали Союза художников России и Благодарности Президента Российской Федерации В. В. Путина
Дыхание вечности
От автора
Я не первый раз пишу о талантливых стерлитамакских художниках Елене и Ольге Литвиненко. Одна из статей, посвящённая творчеству Ольги, называлась «”Мировое древо” Ольги Литвиненко», другая, посвящённая творчеству обеих, «В поисках Жар-цвета». И то и другое, происходящее из названий произведений то Ольги, то Елены, – и есть суть их творческих концепций, основанных на мифологизме художественного сознания. Но архетип «Мировое Древо» в этой связке всё-таки доминирует, вбирая в себя практически весь комплекс тем и образов, которые для Елены и Ольги знаменуют многовековое общечеловеческое величие жизни и дыхание вечности. Отсюда и название сегодняшней статьи.
Родившиеся в один день и час, работающие в одной мастерской, преподающие в одной художественной школе (в Детской художественной школе № 1 г. Стерлитамака), вместе вступившие в Союз художников России и в Ассоциацию художников юга Башкортостана, сёстры-близнецы Елена и Ольга и одинаковые, и разные! Разные по характеру, по настроению, одинаковые в главном – в обострённом и осознанном интересе к отечественной истории, к её культурному и духовному наследию: мифологии, эпосу, фольклору, православию. Разные с точки зрения творческих приоритетов – стилистических, тематических, образных, жанровых, – одинаковые в любви к одним и тем же техникам и материалам – графике и войлоку. Но если Елена, любящая войлок, в первую очередь акварелист, то Ольга в равной степени и график, и художник по войлоку, хотя обе начинали свой путь в искусстве с акварели. Окончив художественно-графический факультет Башкирского государственного педагогического института, они стали членами стерлитамакской творческой группы «Радуга», специализировавшейся на акварели, а потом членами другой стерлитамакской акварельной группы – «Акватерритория». В 2000 году произведения Елены и Ольги дебютировали на республиканской выставке в Уфе и с тех пор экспонируются на самых престижных выставках – региональных, межрегиональных, всероссийских, международных, среди которых и выставки специальные – акварели, рисунка, войлока и декоративно-прикладного искусства. Каждая их совместная выставка всегда открытие, поскольку, несмотря на авторскую ретроспективу каждой, эта ретроспектива всякий раз дополняется новыми и неожиданными произведениями, демонстрирующими завидную творческую активность и логику художественного процесса. В этой связи вспоминается совместная выставка Елены и Ольги, экспонировавшаяся зимой 2019–2020 годов в Уфе, в выставочном зале «Ижад» Башкирского государственного художественного музея им. М. В. Нестерова. Акварели, карандашные рисунки и линогравюры, крупноформатные войлочные панно, куклы и аксессуары составили эмоционально заряженное и безупречное с точки зрения эстетичности экспозиционное пространство. Оно захватывало зрителя сразу, с первой минуты, и вело за собой, поражая воображение вдохновенностью и искренностью каждого образа. А доминантой экспозиции стал войлок, поскольку именно в нём синтезированы образные и стилистические пристрастия обеих. Сложнейшие и одновременно логичные переходы от графики к войлоку и наоборот составили смысловой нерв экспозиции и её визуальную красоту. Как будто выросло одно на двоих Мировое Древо, объединившее все сферы мироздания, соединившее землю и небо, прошлое и настоящее. Поэтому сначала о войлоке.
Увлечение Ольги войлоком началось в 2003 году, когда она стала участником республиканского семинара по традиционным техникам войлочного валяния, проходившего в деревне Бурангул Абзелиловского района Башкортостана – историческом центре национального кошмоваляния. Эти семинары стали ежегодными. Их концептуальная особенность заключалась в совместной работе молодых художников, только осваивающих технику войлочного валяния, и деревенских мастериц, имеющих в этой технике большой опыт, накопленный веками и передаваемый от поколения к поколению. Возглавил семинары декан художественно-графического факультета Башкирского государственного педагогического университета им М. Акмуллы, профессор, организатор и руководитель университетского Центра художественного войлока, заслуженный художник РБ Талгат Хасанович Масалимов. Неоценимую роль в их организации сыграла заведующая уфимской галереей «Урал» Карима Шариповна Кайдалова. Для Ольги же на её пути к войлоку немаловажное значение имело и творческое общение с одним из талантливейших художников-войлочников республики, коллегой по преподавательской и семинарской деятельности Гузель Мухамедьяровой. Затем к этому тандему присоединилась Ольга Севостьянова из Екатеринбурга. Так была создана творческая группа «Содружество». Это было в 2007 году, и с тех пор «Содружество» пропагандирует войлочное валяние в различных городах Башкортостана и Урала. А через два года и уже в статусе одного из лидеров башкирского войлока Ольга стала призёром Международного симпозиума «Искусство войлока в тюркском мире: история и современность», проходившего в Казани, и лауреатом Первого открытого Республиканского фестиваля современного художественного войлока «Тамга» в Уфе.
Ольга относится к войлоку настолько серьёзно, что создала даже свой собственный проект – «В родном краю». В него вошли её лучшие произведения, начиная с 2004 года. Лучшие – значит, те, которые выражают суть её авторской концепции, её глубокое, осознанное войлочное искусство. Именно поэтому она так последовательно стремится к совершенствованию своего мастерства.
Обладая природным чувством цвета и композиции, Ольга передаёт в войлочном полотне красоту тональных соотношений, подчёркивающих природные пластические возможности войлока. Образно-тематическая линия сочетает древнюю символику и жанр, и этот синтез свидетельствует о стремлении Ольги выйти за рамки только традиционного, то есть символического решения образа, каким бы изначально выразительным оно не предвещало стать. Помимо знаков древней солярной символики (круг, квадрат, свастика), растительных, зигзагообразных, геометрических орнаментальных форм, мотивов Древа жизни и кускара, ставшего мифопоэтическим символом культуры башкирского народа и всех народов Великой Степи, в спектр её интересов входит архитектура, пейзаж и человек. Но и в последнем случае, который, безусловно, более сложен, Ольга сохраняет «каноническую» традицию символа. В композициях на тему православия, например, она никогда не прибегает к деталям, иллюстрирующим сюжет, напротив, главное для неё – силуэт, ритмика линий, пятно, обобщённая пластика формы, – в результате которых появляется образ, отличающийся такой же предельной ёмкостью и выразительностью, которыми характеризуются знак, символ. Пластическая обобщённость и «текучесть» фигуративных форм продиктованы особой любовью Ольги к акварели. И введённый в композицию цвет тоже по-акварельному деликатен: он никогда не нарушает образной целостности. Большой эстетический эффект производит и форма войлочного полотна: Ольга любит квадратные, круглые или вытянутые по вертикали форматы, имеющие от природы и в результате технической обработки неровные края, апеллирующие этой неровностью к древнему первоисточнику, но пережитому и осмысленному талантом художника ХХI века.
На Третьей выставке Республиканского проекта «Профессиональное декоративно-прикладное искусство Башкортостана», проходившей в 2008 году в Уфе, помимо её войлочных панно, впервые экспонировались войлочные куклы, к созданию которых она обратилась в 2007-м. Они сразу покорили зрителей и специалистов программным для войлоков Ольги синтезом традиции и творческого эксперимента. (Напомним, что в давние времена у башкирских детей кукол и игрушек не было: мальчик с детства воспитывался как смелый батыр, девочка – как будущая жена, мать и хозяйка. Единственным исключением были войлочные мячи, играя в которые, башкирские мальчики развивали природную ловкость.) Войлочные куклы Ольги не просто понравились – они были названы уникальными. Во-первых, их видовой спектр на редкость разнообразен: это и игрушки-потешки, и арт-объекты, и сувениры. Во-вторых, с точки зрения пластики и размера они откровенно апеллируют к русской глиняной и деревянной игрушке: размеры кукол небольшие, основа у большинства из них, как и у глиняной куклы, колоколообразная, пластика объёма обобщённая. В-третьих, в них реконструирована древняя обережная функция русской народной игрушки: забавные и почти невесомые, они могут быть подвешены над зыбкой ребёнка или под потолком так же, как подвешивали в крестьянском доме деревянных щепных птиц, символизировавших Солнце, «зазывавших» в дом счастье и здоровье. В-четвёртых, апеллируя к названиям кукол и кукольных композиций («Батыр», «Девочка-башкирка», «Девушка и кавалер», «Царица», «Казак с жинкой», «Француз», «Скоморох», «Арлекин и Пьеро»), можно легко отметить их интернациональный характер. Одним словом, трансформация традиции, несмотря на то что все куклы выполнены в древней технике мокрого войлочного валяния, стала их отличительной особенностью, что, в свою очередь, сделало их образную структуру неоднозначной, многослойной и наполнило чувством особой авторской искренности. Но без художественного воображения, без знания пластических канонов народной игрушки достигнуть Ольге этой искренности было бы невозможно.
А теперь вернёмся к войлочным панно и проекту «В краю родном». В 2018 году этот проект экспонировался в Стерлитамакском краеведческом музее и стал, без преувеличения, событием в культурной жизни исторической столицы Башкортостана. Как говорит Ольга, «В краю родном» – это её личная ретроспектива, отражающая и первые опыты в работе с войлоком, и многочисленные эксперименты, и переход от декоративных панно к объёмным куклам. В этой чётко сформулированной поясняющей фразе – путь длиною почти в двадцать лет – от Ольги-начинающего художника до признанного мастера. Поэтому не случайно, что смысловой доминантой выставочной экспозиции стало панно «Мировое Древо». Созданное в 2006 году, оно завершило этап, связанный с освоением Ольгой традиционных техник войлочного валяния и войлочной орнаментики. И то и другое было продиктовано единственным для неё источником – народным искусством, а вместе с ним – языческими верованиями древних тюрков и славян и переходом последних к христианству. Жизнь и смерть в «Мировом Древе» – тема для Ольги, как и для любого художника, наиглавнейшая. Эта же тема (но в варианте антиподов и их гармонии) стала эмоционально-смысловой доминантой другого панно – «Близнецы», созданного за год до «Мирового Древа». Сюжет «Близнецов» восходит к языческой легенде о появлении цветка иван-да-марья: брат Иван и его сестра Марья были наказаны за инцест превращением в цветок. Но, как признаётся Ольга, ей в меньшей степени была важна сюжетная линия легенды – её волновала тема разного восприятия жизни родными по крови людьми, поэтому и доминирующими в панно цветами стали цвета контрастные – тёплый жёлто-оранжевый и холодный синий, такие же, как в цветке иван-да-марья. В то же время своим названием панно апеллирует к самой Ольге и её сестре Елене.
2006 год ознаменовался созданием других важнейших для мироощущения Ольги панно: «Древо», «Возрождение», «Охотник», «Быстрее ветра». А за год до них, в 2005-м, наряду с панно «Близнецы», появились панно «Крылья» и «Укрощение», в 2007-м – панно «Сказы Кук-Идели» и «Кубыз. Музыка степей». «Сказы Кук-Идели» для Ольги – панно особое: с точки зрения развития темы гармонии и противоборства всего сущего оно не просто неотрывно от панно «Мировое Древо» и «Близнецы», а продолжает заложенный в них смысл. В основе сюжетной линии «Сказов…» – миф о появлении трёх главных рек Башкортостана: Агидели (Белая), Кара-Идели (Уфимка) и Кук-Идели (Дёма), а их образ трактован как образ трёх любящих друг друга сестёр. Идущие от древних кошм неровные края панно – символ речных волн, цвета белый и синий – цвета воды и отражённого в них неба. Как и во всех панно Ольги, в «Сказах Кук-Идели» выражено свойственное ей чувство тонких тональных соотношений и пластичности композиции, вместе подчёркивающих природные особенности войлока. В панно «Кубыз. Музыка степей» зазвучала полынная мелодия башкирской вольницы, пронзительный трепет ковыля, символизирующего необозримую широту тюркской степи. Созданное в 2008 году панно «Хранительница песен и сказаний» продолжило важнейшую для Ольги, исповедующей православие, тему духовной красоты культурного наследия родного ей башкирского народа. Так, заявленная в «Хранительнице…» тема получила общечеловеческий контекст. Что же касается панно «Мировое Древо» и «Древо», то их значение для появления широко известного сегодня крупноформатного объёмно-пространственного интерьерного арт-объекта «Древо жизни» (2007), созданного Ольгой совместно с Гузель Мухамедьяровой и Ольгой Севостьяновой, то есть в рамках группы «Содружество», трудно переоценить. Войлок как древнейший материал «вышел» в этом арт-объекте за пределы своей традиционности и «продемонстрировал» естественное и комфортное бытование в современном декоративно-прикладном искусстве.
На Четвёртой выставке «Профессиональное декоративно-прикладное искусство Башкортостана», экспонировавшейся в Башкирском государственном художественном музее им. М. В. Нестерова зимой 2014–2015 годов, особое место в модульной экспозиции войлока заняло панно Ольги «Радуйтесь!». На выставке в Стерлитамакском краеведческом музее оно предстало обновлённым: на его плоскости появились объёмные голубки, стремящиеся ввысь, в небо. Вместе с радугой они прозвучали ветхозаветным символом надежды, символом православной радости. С другой стороны, панно «Радуйтесь!» – свидетельство не только глубокой осознанности Ольгой своей творческой концепции, но и показатель её постоянного стремления к развитию образности и профессионального мастерства.
Не избежала увлечённости войлоком и Елена: на той же Четвёртой выставке профессионального декоративно-прикладного искусства Башкортостана она дебютировала войлочными сумочками в национальном стиле. Изящные, хотя и выполненные в традиционной технике мокрого валяния, сумочки «Тамбур»», «Кускар», «Агидель» и «Инзер» синтезировали овечью шерсть с натуральной и искусственной кожей, шамотом и деревянными бусинами. К технике мокрого валяния присоединились техника плетения из кожи, ручная лепка, элементы коллажа и декорирование дредами. Введение символических знаков (в первую очередь кускара) и геометрической орнаментики, характерной для традиционной культуры башкирского народа и тюркского мира в целом, позволили классифицировать стилистику сумочек как этнический авангард.
Синтез традиций и смелый, неудержимый эксперимент – суть творчества Елены: она убеждена, что именно эксперимент, результатом которого становятся техническая и стилистическая новации, является самым убедительным свидетельством жизнестойкости древних традиций. И здесь, в этом эксперименте, неважно, что является для неё первоисточником – войлок или акварель. Два несовместимых на первый взгляд материала – шерсть и бумага, живут в её творчестве неразрывно, позволяя смело экспериментировать с гладкой плоскостью белого листа и шероховатой поверхностью войлочного полотна, «играть» с нанесёнными на них фактурами и добиваться невероятной эстетичности и подлинности образа.
Начинавшая в акварели вполне академично, Елена, любящая, как и Ольга, работать на специальных симпозиумах и мастер-классах в различных городах страны, почти сразу встала на путь активных технических поисков и трансформации традиций. И как итог – её признание: «Образы моих акварелей последних лет наполнены той экспрессией, которая связана с поиском максимально современного художественного языка. Это проявляется в сложной технике – синтезе традиционных кистей и мастихина, приёмов отпечатков и процарапывания по мелованной бумаге. В результате изобразительные мотивы становятся более формальными и абстрактными». Добавим – и невероятно эффектными, невероятно образными! Захватывающими! Такими, которые могли бы составить честь любой зарубежной или международной акварельной выставке. Яркий тому факт — только что пришедшее из Берлина сообщение о том, что на Международном фестивале изобразительного искусства «Денница» Елена завоевала II место в номинации «Графика». Без преувеличения, акварели Елены, удостоенные самых высоких наград многих творческих конкурсов, – гордость современного акварельного искусства Башкортостана.
Но вернёмся к первоисточнику в его варианте «прямой и обратной связи». Действительно, об акварелях Елены часто пишут как об образцовом примере трансформации техники – от традиционной к экспериментальной. Сегодня эта трансформация только её, авторская, и у неё есть свой источник – войлок. Именно от войлока, обладающего от природы невероятной по выразительности фактурой поверхности и тремя основными цветами – чёрным, белым и серым, происходит эффект шероховатости Елениных акварельных листов, достигаемый главными для неё приёмами – процарапываниями ножом и работой мастихином (хотя сама Елена об этом источнике, возможно, никогда и не думала). Оттуда же и колористические границы её палитры: доминирующий цвет или тон во многих листах (особенно последних лет) часто один, но расцвеченный его же многочисленными оттенками. Убедиться в этой преемственности несложно, достаточно посмотреть на Еленины сумочки в национальном стиле, на те, о которых речь шла выше, и на листы из серии «Этно», например. И источник становится очевиден, и механизм преемственности, и основная образно-тематическая линия. Эта линия, несмотря на постоянные стремления Елены её разнообразить, на редкость органична, ведь у неё есть «сердцевина» – всё тот же этнический авангард. Елена с восторгом входит в своих акварелях в мир древних обычаев и обрядов (тюркских, славянских), любуется красотой и глубинным смыслом языческих костров, купальских забав, свадеб и рушников. Дыхание старины, дыхание вечности для неё всегда было первичным: оно для неё критерий основополагающий и руководящий. Именно на его волне возникли листы серии «Этно» (2016) и диптихи «Селияровские мотивы» (2015), «Старый город» (2016), «Югорские мотивы» (2017), «Купальские забавы», «Славянская свадьба», «Сибирский лес» (все – 2019). И даже в листах, не имеющих на первый взгляд прямого отношения к этому языческому первоисточнику, например, в листах серии «Чистый день» (2014), она всё равно достигает ощущения мифологической фантасмагоричности. Достигает всё той же фактурой и сложнейшими оттенками ограниченного количества тонов. Этот же фактурно-колористический принцип лежит в основе выразительности образа в диптихе «Флаги Революции», за один из листов которого Елена была удостоена в 2018 году диплома лауреата Всероссийского конкурса изобразительного и декоративно-прикладного искусства, посвящённого 100-летию образования Республики Башкортостан. Вероятно, фактурой и колористической избирательностью продиктован и интерес Елены к рисунку, к карандашу, где она вновь удивляет зрителя невероятной линеарной пластичностью и особым эстетическим эффектом, работая при этом только двумя контрастирующими цветами – чёрным (цвет карандаша) и белым (цвет мела или белого угля). Лёгкий оттенок живописности придает только тонкий, почти прозрачный цвет тонированной бумаги. Но именно на этой лапидарности строится вся выразительность образа: ничего лишнего, и растушёвки – не её стихия, её стихия – органика художественных убеждений, происходящая из древней геометризованной орнаментики и композиционной плоскостности.
Акварельное искусство Ольги с точки зрения техники и стилистики представляется в большей степени традиционным: она с радостью пишет пленэрные пейзажи – деревья, корабли, башкирские и северные деревни… Но не в них её сила, а в пейзажах и фигуративных композициях, где главные герои – храмы, древнерусская архитектура, образы христианских апостолов (последняя тема – и в листах, выполненных в технике чёрно-белой линогравюры). Эта тема для неё выстрадана, как выстрадана и другая тема, неотрывная от первой, – тема сталинских репрессий, нашедшая своё абсолютное выражение в серии «Гулаг». И трудно не увидеть, что эта тема имеет своё воплощение в войлочном панно «Радуйтесь!», ставшем своеобразной вершиной её художественного мироощущения: это и чья-то отлетевшая душа, и вселенский крест в память о тысячах безвинно загубленных душах соотечественников. «Канонизированный» Ольгой в «Радуйтесь!» синтез символа и конкретного объекта изображения сохраняется и в акварелях, посвящённых теме православия, в том числе в тех, которые открывают нетленную красоту и величие древнерусских храмов. В них она в равной степени внимательна как к архитектурным деталям, так и к облику храма в целом. Ведь главное для неё, как и для Елены, – дыхание вечности и образ, восходящий к горним вершинам.
Ещё одна общая страсть Елены и Ольги – педагогика. Неоднократные лауреаты, дипломанты, призёры, обладатели Гран-при престижных выставок-конкурсов и международных арт-симпозиумов, чьи произведения хранятся в крупнейших музеях Урала, Поволжья, Севера и Сибири, сёстры Литвиненко – талантливые преподаватели, отдавшие педагогике больше двадцати лет жизни, вносящие в неё свою собственную лепту. И слава Богу, что эта лепта по достоинству оценена уже сегодня: в 2008 году Елена удостоилась высокого звания «Лучший работник культуры города Стерлитамака», в 2005-м Ольга стала дипломантом Государственного Российского Дома народного творчества им. В. Д. Поленова Министерства культуры России, в 2015-м – победителем Общероссийского конкурса «Лучший преподаватель детской школы искусств». Слава Богу – потому что смысловая доминанта искусства Елены и Ольги, несмотря на то, что творчество каждой обладает чертами сугубо личностной оригинальности, – это глубинная, осознанная ответственность перед историей и культурой Отечества. Это та доминанта, которую они, будучи убеждёнными, что стать достойным художником может только достойный человек, настойчиво и целенаправленно воспитывают в своих учениках. И одновременно активно работают творчески, чем также воспитывают учеников: пишут новые произведения и готовятся к своей юбилейной выставке, которая в честь их 50-летия будет экспонироваться в Стерлитамакской картинной галерее – филиале Нестеровского музея – это будет осенью нынешнего года. Но уже сегодня очевидно, что и эта выставка обещает ряд приятных неожиданностей: например, возможно, именно на ней мы впервые увидим горячие эмали Елены и Ольги. Но какие эмалевые образы нас ждут, каковы литвиненковские эмали с точки зрения стилистики, – тайна. Одно бесспорно, что текучая пластика и живописность горячей эмали близки акварели и войлоку. Значит, интересу к одной из древнейших техник декоративно-прикладного и монументально-декоративного искусства сёстры Литвиненко обязаны не только самой ситуации с горячей эмалью в Башкортостане, развивающейся в буквальном смысле этого слова в геометрической прогрессии, но и самим себе, своему собственному художественному опыту, своему собственному творчеству.