№6.2026. Зайнаб Ханнанова. Не жалейте писем о любви

Перевод с татарского языка Кристины Андриановой-Книги

*  *  *

Тринадцать лет… Тринадцать лет разлуки,

Печали без счастливых перемен.

Стихи

         мои худые пишут руки –

На них уже почти не видно вен.

Однажды, помню, так по вам скучала –

А за окном красиво падал снег…

И снова, снова сердце сочиняло

Письмо в стихах – в свой одинокий век.

Покинули, оставили, забыли

О матери… Ах, думала ли я,

Что за горами-реками чужими

Не вспомните вы больше про меня?

Дочь, матерью сама теперь ты стала –

И знаешь: ничего дороже нет

Родных детей…

                Ответь, скажи мне: «Мама!» –

И солнцем озари тринадцать лет.

МАТЕРИНСКОЕ

Если совесть, память не терять,

Для детей всего роднее мать…

Не жалейте писем о любви

К матерям, чьи одиноки дни.

Жизнь летит – глядишь, в последний час

Так и не увижу рядом вас…

Лишь чужие люди на селе

Поскорбят, поплачут обо мне.

В черный день ты каяться начнешь,

Только мать родную не вернешь, –

И поймешь в безмолвии вины

Ту, которой не было цены;

Ту, что отдала себя, любя,

Что растила-берегла тебя,

Обнимала в детстве по ночам…

Всех ведет к прозрению печаль.

МОЕМУ ДИТЯ

Прошла зима. Весна с азартом

Мир новый делает светлей.

Под солнцем вновь восьмое марта

Зовет на праздник матерей.

Лучи добра вдвойне согреют

Всех тех, чьи дети далеки…

Но как же в этот день весенний

Не вспомнить дома огоньки?

Ах, как ждала твоих я писем,

В тоске глядела на луну…

И не могли остановиться

Потоки слез. Свою вину

Искала, по тебе скучая, –

Не повернется время вспять…

От сердца вновь пишу сама я –

Не все словами передать.

ПЯТНА НА СЕРДЦЕ

Летели дни. Пятнадцать лет прошло –

И жить иначе будто бы пора.

Еще пятнадцать… Только все равно

Я помню это. Помню, как вчера.

Прошли года – и брата больше нет.

Всего-то было двадцать девять лет…

Оставил этот мир. А мне дано

Одно на сердце черное пятно.

Прошел со смерти брата год, другой –

И мать ушла на вечный на покой.

И появилось в тот же час оно –

Второе

Сердца черное пятно.

Идут года, а сердце все болит –

Все больше черных пятен, горьких ран…

И пустота вокруг. А там, внутри –

Из черных пятен –

Черный океан.

КАК МЫ ЕЛИ ХЛЕБ

Пшеницы или ржи мы зерна очищали,

Несли в сарай. На мельнице потом

Размалывали и сортировали,

Просеивали. Дальше ждал нас дом:

Закваску сделай да дрова для печки

Ты приготовь, хозяйка, наперед…

За счастье – кушать мякиш на крылечке.

Так знайте хлебу цену – труд и пот.

РИММА

Расчесывалась. В зеркало глядела

Как будто бы не на лицо, а в душу

Самой себе.

Опять рукой несмелой

Достала фотокарточку.

Не сдюжу:

Морщины чертит горе, да и старость…

И вновь смотрю я на твои на вещи.

Ты знаешь, время ничего не лечит.

А вещи – это все, что мне осталось.  

В те времена тяжелые, лихие

Не слушала ты слов моих. Родная,

За все меня прости – прости, прости мне! –

Видать, не так слова звучали… Знаю:

Весна прошла – повсюду лето, солнце, –

Но душу соловей мне рвет виною,

Поет: «Дитя отныне не вернется –

Лишь птичьей трелью навестит весною…»

Ходила на погост.

Душа не плачет.

Все выплакала.

Все темно и пусто.

Но сердце все равно приводит в чувства –

Как будто разрывается. А значит,

Еще жива.

С утра о чем-то птица

Мне у окна поет, поет негромко…

Как не смогла, Аллах, увидеть лица

Врагов – и своего спасти ребенка!

Почто на свете мой удел таков –

Живу одна я, радуя врагов?

Жила б, родная, радуя меня –

Сокровищем была б любого дня!

…А за весной да летом – осень, точно

Глухая ночь, черна: такой отныне

Останется в судьбе моей… Ах, дочки,

Себя вы берегите в этом мире!

Не счесть на свете зла. Но не обижу

Людей. Уныньем докучать не стану.

Пусть только враг в своей проклятой жизни

Мои на сердце не заметит раны…

В Карамалы примчалась. Было горько.

Стояла с чемоданом и молчала.

Село родное, я одна лишь только

И знаю, как молчаньем боль звучала!

Ах, Римма, жизнь была твоя недолгой…

И как же, как же может спать ночами

Злодей, что бросил в океан печали,

Что отнял жизнь, дарованную Богом?!

Почто, Всевышний, мой удел таков?

Не дай уйти мне, не узнав врагов!

А дочерям пусть мир Твой в час невзгод

Терпения и здравия пошлет!