Все новости
Краеведение
24 Октября , 10:16

Радмир Янгиров. Дворцы и институты

Из истории архитектуры и строительства Уфы 1930–1960-х  

Дворец социалистической культуры

(Кирова, 1)

 

В 30-е годы ХХ века СССР переживал эпоху реализации смелых хозяйственных замыслов и социальных проектов. Преобразование страны в индустриальную державу было отмечено возведением сотен и тысяч новых заводов; отстраивались промышленные города, где значительное место занимали значимые архитектурные объекты. Лидером в реализации государственной программы реконструкции стала Москва. Масштабные проекты вызвали появление планировочных мастерских при Моссовете. Их возглавили выдающиеся мастера зодчества академики И.В. Жолтовский, И.А. Фомин, А.В. Щусев. В совместной состязательной работе заявили о творческой зрелости архитекторы нового поколения – Г.Б. Бархин, Н.А. Ладовский, М.Ф. Барщ, Б.М. Иофан и другие. В их числе был и профессор В.Д. Кокорин, который, работая в столице, одновременно принял участие в реконструкции и развитии Ташкента, Тбилиси, Сочи. Он выразил согласие возглавить группу архитекторов по проектированию и обеспечению корпоративного надзора Дворца социалистической культуры в столице Башкирии.

Постановление о возведении в Уфе такого дворца Совнарком Башкирской АССР принял 23 апреля 1934 года. Оно получило одобрение в правительстве страны, а финансирование стройки стало своеобразным подарком по случаю 15-й годовщины образования республики. Сооружений такого масштаба и объема Уфа еще не знала. Место было выбрано на возвышенности в центре города. Преимущества, определенные для строительства, уфимцы оценили еще в первой половине XIX века. Представители дворянства воспользовались кратковременным пребыванием здесь в сентябре 1824 года Александра I и обратились к императору с просьбой заложить первый камень в основание будущего собора Александра Невского. В.Д. Кокорину поручалось на месте снесенной церкви возвести новое монументальное по размерам и общественно значимое по функциональному назначению сооружение.

Здание начинали строить на площади, получившей после Октябрьской революции имя Карла Маркса. Московский зодчий по достоинству оценил масштаб объекта, его общественное и архитектурно-планировочное предназначение. Площадь требовалось благоустроить, превратить в место сбора участников праздничных демонстраций, массовых митингов и собраний, а в повседневных условиях использовать как обширную зону отдыха.

Здание Дворца включало театральный комплекс с глубокой сценой, оборудованной колосниками, со зрительным залом на тысячу мест. Во Дворце планировали разместить два музея – художественный и историко-политический, а также несколько десятков расположенных на трех этажах помещений для проведения лекций, устройства передвижных выставок, размещения самой большой в городе библиотеки с читальным залом и книгохранилищем, для работы художественных студий, кружков.

О масштабах строившегося объекта свидетельствовало проектное задание. Площадь застройки достигала 3 тыс. м2, кубатура – почти 60 тысяч м3. Для ускорения строительных работ и придания особой прочности сооружению предполагалось использовать железобетонный каркас с заполнением кирпичом.

Торжественность фасадам должно было обеспечить использование цветной штукатурки с мраморной крошкой и керамических плиток. Главные элементы фасада и интерьера подчеркивались облицовкой стен уральским мрамором.

Вход во Дворец акцентировался как торжественный портал, обрамленный боковыми пилонами и четырьмя попарно расположенными между ними колоннами. Одновременно смягчился выступающий над зданием объем колосников. Ленты окон, охватывающие все фасады, закладывались с учетом создания эффекта ритмического членения протяженных поверхностей. А заметное преобладание пространства гладкой стены над площадью окон утверждало торжественность и монументальность всего сооружения. Переступив порог, посетители попадали в просторное фойе, обрамленное вдоль стен галереей с легкими, попарно установленными опорами колонн, которые должны были завершаться пышными капителями коринфского ордера. Из большого зрительного зала открывался широкий обзор сцены, размер которой немногим уступал залу. Сама сценическая площадка предназначалась для устройства спектаклей и концертов, ее техническое оснащение обеспечивало быструю смену декораций.

Начало строительства совпало с самым напряженным этапом разработки генерального плана Уфы. Профессор В.Д. Кокорин был привлечен к проектированию дирекцией «Ленгипрогора», разрабатывавшего генплан Уфы. Он был хорошо информирован о замыслах ленинградских архитекторов, сотрудничал с ними в выборе места застройки, консультировался по поиску выразительных характеристик своего объекта.

С большим энтузиазмом мэтр архитектуры вызвался участвовать в оформлении прилегающей территории. Мастерская Моссовета, которой он руководил, разработала благоустройство площади, а ленинградцы приступили к работе над проектом реконструкции улицы Кирова, предложив продолжить ее до реки Уфимки. Зеленый пояс дикорастущего лесного массива на ее высоких живописных берегах предполагалось преобразовать в Центральный парк культуры и отдыха. Этот план не был осуществлен. Интенсивное насыщение в годы войны новыми промышленными предприятиями территории к северу от исторической Уфы и образование Черниковска привели к перемещению парка на берега Белой (ныне парк Победы).

Сам же художественный образ Дворца социалистической культуры был прочно вписан в планировочную структуру Уфы. Его объемно-пространственная композиция сохранялась в качестве архитектурной доминанты несколько десятилетий, несмотря на многие перемены в застройке города.

В начале 1938 года уфимцы могли увидеть результаты работы архитекторов и строителей. Корпус Дворца социалистической культуры возвышался над окружающими малоэтажками высокой кирпичной коробкой. С северной стороны к нему примыкали жилой дом кооператива профессоров медицинского института и построенный чуть позже дом актеров Башкирского академического театра драмы (проект архитектора Барыя Калимуллина).

Однако до окончания строительства было еще далеко. В сентябре состоялось обсуждение строительства с представителями Госплана республики, Совнаркома, партийных и хозяйственных органов. После анализа перспектив завершающего этапа определились с конечными сроками. В 1939 году предстояло отмечать две даты: 20-летие образования Башкирской АССР и очередную годовщину Октябрьской революции. К этим датам и предполагалось, как было принято в то время, преподнести трудовые подарки республике.

Реализации этих планов помешали исторические обстоятельства: в Европе разгоралось пламя Второй мировой войны, и нашей стране пришлось все ресурсы направить на оборону. До­стройка Дворца стала второстепенной проблемой, а с начала военных действий в недостроенном здании разместилось эвакуированное предприятие. Территорию стройки оградили высоким забором, появилась проходная, за пределы которой вход был только по пропускам.

Закрытое предприятие до поры не привлекало большого внимания окружающих. Но в ночь на 8 марта 1945 года случился большой пожар, и в течение нескольких часов сполохи пламени были видны в исторической части Уфы. Из соображений секретности официального оповещения о причинах возгорания не последовало. Предприятие в короткие сроки приступило к выполнению производственной программы, однако к нему прочно приклеилось название «горелый завод».

После того трагического случая недопустимость размещения крупного предприятия в центре жилой застройки подтвердилась. Правительство Башкирской АССР еще до окончания войны поставило перед Москвой вопрос о необходимости «выноса» нескольких оборонных предприятий на более безопасные для жителей территории. Предполагалось, что после войны заводы вернутся на место своей дислокации, а исторические здания в центре Уфы, в которых они были размещены, возвратят вузам и учреждениям. Никто не мог предполагать, что очень скоро начнется новый период мирового соперничества и военной конфронтации – «холодная война». Все эвакуированные предприятия остались в Уфе, а многие подмяли под расширяющееся производство новые кварталы. Лишь завод по выпуску низковольтной аппаратуры, он же «горелый», спустя четыре десятилетия превратился в объединение «Электроаппарат», был выстроен на новом месте.

Тогда встал вопрос, как использовать площадку в центре города. Специалисты не сомневались, что она должна стать привлекательным местом, но для этого требовалось найти талантливых архитекторов и квалифицированных строителей. Была еще одна организационная проблема, преодолевать которую приходилось за счет каких-то маневров и ухищрений. Чтобы начать возрождение Дворца культуры, требовалось получить официальное согласие Москвы. В условиях жилищной тесноты приоритеты всегда отдавались гражданскому строительству. Правительство Башкирской АССР пошло на тактическую уловку. Было заявлено о «комплексном капитальном ремонте Дома Союзов» в Уфе. Согласие на реконструкцию здания было получено. Хотя предстояло не восстановление износившихся стен и конструкций, а возведение нового, решенного с применением дорогостоящих материалов престижного объекта в центре города. Проектировать объект поручили двум архитекторам – Рудольфу Кирайдту и Рудолю Авсахову, выпускникам Московского архитектурного института. Спустя много лет Р.Р. Авсахов вспоминал:

– Помню, в середине 1982 года зашли в здание «горелого завода», ходили по закоулкам, поднимались по этажам и, наконец, добрались до последнего. Здесь-то и озарила мысль, которую в последующем реализовали с Рудольфом Ивановичем в соавторстве. Ему было поручено нарисовать вариант с большим зрительным залом, мне – с внутренним двором. Выбирать должен был М.З. Шакиров, который тогда очень детально занимался этими проблемами. Двор должен был напоминать горное ущелье с камнепадом. Первоначальный вариант с парадными лестницами с двух сторон не прошел. Вариант с центральной лестницей, устроенной в виде террас, Рудольф Иванович привез из Армении, куда с главным инженером проекта В.С. Иванаевским ездил выбирать армянский туф.

В одной фразе архитектор подчеркнул, какое заинтересованное личное участие проявил к строительству престижного объекта первый секретарь Башкирского обкома партии М.З. Шакиров. После его разговора по телефону с руководителями Армении уфимские специалисты побывали в этой республике, где смогли выбрать для облицовки фасадов и интерьеров строящегося Дома профсоюзов лучший материал – туф табачного цвета. С годами он только отвердел, сохранив свой привлекательный мягкий колорит.

И еще об одном важном факте участия первого в республике должностного лица рассказал автору этих строк сам Р.И. Кирайдт. Встал вопрос об освещении. Оконные проемы вдоль стен были закрыты кабинетами. Поэтому возник смелый замысел устройства крыши-фонаря. Технически это было непростое решение. Обеспечить герметичность от попадания влаги большой поверхности сводов даже при легком овальном их устройстве казалось непреодолимой трудностью. Требовался особо прочный и легкий материал: лучше всего было воспользоваться стеклопакетами, но они покупались за валюту.

– И тут мы узнали, что этот материал изготавливается на одном из заводов в Башкирии – в городе Салавате, – рассказывает Р.И. Кирайдт. – Двери кабинета М.З. Шакирова были для меня открыты, обратился за содействием. Он тотчас же вызвал к телефону директора, выделил свою машину, и очень скоро вместе с помогавшим мне в работе чрезвычайно способным конструктором Владимиром Козаковым мы помчались в Салават. Нам дали возможность ознакомиться с технологией изготовления стеклопакетов, приняли заявку на нужные размеры и определенную прочность.

Входя сегодня в здание дома Федерации профсоюзов нашей республики, я с благодарностью вспоминаю о заинтересованном и оперативном участии в строительстве этого величественного здания первого руководителя региона той поры. М.З. Шакиров убедил архитекторов перепланировать интерьеры, отказавшись от первоначального задания соорудить дворец с большим зрительным залом: неподалеку заканчивалось возведение Дворца культуры нефтяников, и Дворцу профсоюзов придали несколько иное функциональное предназначение.

Силуэт Дома профсоюзов довлеет над окружающим пространством, но, благодаря художественной выразительности элементов, здание не подавляет его своим объемом. Площадь, которая примыкает к Дому профсоюзов, давно превратилась в органично прописанное в центре города место отдыха и организации торжественных мероприятий. В нее привнесены и значимые объекты архитектуры малых форм. Последнее сооружение в этом ряду – установленный осенью 2013 года памятник народному поэту Мустаю Кариму.

Башпединститут

(Коммунистическая, 23)

 

Башкирский государственный педагогический институт был открыт в 1929 году. Стране, строившей новые заводы и фабрики, развивавшей культуру, потребовалось готовить специалистов разных отраслей знания. Это вызвало преобразование всей системы школьного образования. Первоначально утверждалась обязательность всеобщего школьного начального обучения в объеме четырех классов, вслед за этим предстояло охватить всех детей семилетним обучением в школе.

Реализация данной программы потребовала расширения системы подготовки учительских кадров. По этой причине педагогический институт (первоначально Институт народного образования – ИНО), открытый в Уфе, оказался первым высшим учебным заведением в БАССР. Пединститут развивался быстрыми темпами и вскоре по всем показателям работы сравнялся с учебными заведениями самых больших городов страны. Через пять лет после открытия в Башкирском государственном педагогическом институте работали физико-математический, географический, естествознания, языка и литературы, исторический факультеты; специалистов готовили на заочном и вечернем отделениях.

Численность студентов возрастала год за годом. Встал вопрос о нехватке учебных площадей. Пединститут размещался в здании бывшего Уфимского реального училища. В 1934 году принимается решение надстроить третий этаж над главным учебным корпусом. При этом требовалось не нарушить выразительные черты исторического здания 1905 года постройки.

Подготовить проект надстройки и перепланировки здания поручили архитектору Василию Павловичу Медведкову. Сыну сельского священника из Белоруссии, согласно семейной традиции, был открыт путь в семинарию с последующим получением духовного сана. Но эпоха раскрепощала молодых людей и открывала иные широкие горизонты при вступлении в самостоятельную жизнь. Юноша твердо решил получить специальность строителя. Окончив землемерное отделение Гомельского индустриального техникума, Медведков поступил в Политехнический институт в Ленинграде. На помощь от родителей юноша рассчитывать не мог и в годы студенчества подрабатывал на стройках или трудился на предприятиях коммунальных служб. Не только теоретические знания, но и немалый практический опыт пригодились ему после окончания вуза.

В 1929 году как дипломированный специалист он был отправлен на работу в БАССР. Более года проработал в главном индустриальном центре республики – Белорецке, а в сентябре 1931 года его переводят в Уфу с назначением сотрудником треста «Башпроект», чтобы поручить проектно-конструкторскую работу. Медведков успешно справился с серьезными заданиями; изготовил рабочие чертежи первой строящейся пятиэтажки на улице Ленина, курировал разработку технической документации для строительства самого большого в предвоенные годы жилого дома ОГПУ (на углу улиц Гоголя и Коммунистической), при надстройке главного корпуса Башмединститута. Но самым сложным оказался проект надстройки здания Башкирского педагогического института.

Перед Медведковым была поставлена задача перепланировать большое по объёму здание, сохранив при этом его архитектурные особенности. Молодой архитектор обнаружил блестящие способности и справился с ответственным поручением. Сегодня разве что специалисты и знатоки-краеведы, знакомые с первоначальным обликом сооружения, знают, что верхний третий этаж здания был надстроен. После завершения реконструкции корпус пединститута обрел характеристики доминирующего сооружения на пересечении оживленных улиц.

Реконструированное здание пединститута трансформировало облик старой улицы, придав ей новый масштаб. Медведков подчеркнул выразительность протяженного ризалита, устроив в центре здания на верхнем этаже актовый зал с высоким потолком и балконом. На фасаде это нашло отражение в больших по высоте окнах с полуциркульным завершением. Над надстроенным этажом были устроенные устремленные вверх парапеты. Владение техникой кладки из обожженного кирпича позволило не просто нарастить дополнительный этаж, но и обогатить художественно-декоративное решение фасадов.

Рациональная планировка надстроенного этажа дала возможность увеличить полезные площади учебного корпуса на 1700 квадратных метров. В нем разместили 11 кафедр педагогического института, устроили просторные лекционные аудитории, библиотеку с читальным залом и учебные кабинеты, оборудованные по последнему слову техники. В здании появилась вентиляция, была устроена канализация с системой биологической очистки, обновлена котельная центрального отопления.

В годы войны здание занял эвакуированный завод, а пединститут переехал в здание бывшей Духовной семинарии на улице Гоголя, 11.

 

 

Дом промышленности

(Октябрьской революции, 3а)

 

При внимательном рассмотрении учебного корпуса БГПУ (ул. Октябрьской революции, 3а) обращает на себя внимание асимметричность здания: входные двери оказались вопреки правилам не посредине фасада, а смещенными в левую сторону здания.

Уфимским архитекторам Б. Калимуллину и Б. Вагину было дано задание спроектировать здание Наркомата местной промышленности. Судя по сохранившимся чертежам, здание должно было иметь два крыла, а возведение левой стороны требовало сноса выстроенного ранее двухэтажного корпуса. Размах предстоящей стройки объяснялся просто: помимо Наркомата под одной крышей должны были размещаться научно-исследовательский институт промышленности, Промышленный банк, учебно-курсовой комбинат и общая столовая для служащих, преподавателей и курсантов.

Строительство началось в июне 1936 года. К сентябрю 1938 года возведение корпуса, обращенного фасадом на улицу, завершилось. По мере достройки здание вводилось в эксплуатацию по частям, при этом были проигнорированы требования по приемке объекта госкомиссией. С большим опозданием (в сентябре 1940 года!) специальная правительственная комиссия оценила качество работ и выяснила, что здание было принято в эксплуатацию при неработающей канализации, во многих помещениях оставалась временная электропроводка, не работал пожарный водопровод, не была оборудована предусмотренная проектом вентиляция, наконец, не были исполнены работы по благоустройству прилегающей территории. Выводы комиссии оказались категоричными: при обнаруженных дефектах здание нельзя считать завершенным и давать разрешение на его приемку не следовало.

Однако ни одного должностного лица, которое могло бы понести наказание за нерационально потраченные денежные средства, комиссия не назвала. Здание было передано Наркомату легкой промышленности, руководителем которого была в ту пору супруга всесильного главы НКВД Башкирии А. Медведева. Энергичная женщина добилась пересмотра сметы на строительство: дополнительные средства были направлены на перепланировку почти достроенного здания.

Вскоре зданию предстояло выдержать новые испытания. В годы Великой Отечественной войны в нем был размещен эвакуированный из прифронтовой полосы Московский областной институт эпидемиологии, микробиологии и инфекционных болезней имени Мечникова. Внутренняя перестройка теперь была вызвана необходимостью преобразовать четырехэтажный корпус в лабораторно-производственный – госпиталям требовались вакцины и сыворотки. С окончанием войны налаженное производство, пусть и в стесненных условиях, продолжало работать в историческом центре города.

В середине 60-х годов правительство республики выступило с инициативой открытия в Уфе Башкирского государственного педагогического института и поставило вопрос о передаче новому вузу здания института имени Мечникова. Инициатива была поддержана в Москве: начался капитальный ремонт здания в целях его перестройки в учебный корпус.

Сегодня зданию возвращена заложенная архитекторами выразительность. Оно несет в себе характерные эстетические поиски эпохи 30-х годов минувшего века, когда архитекторы обратились к классическим традициям, вытесняя как маловыразительный и обедняющий палитру городской среды стиль конструктивизма.

Брутальной кладкой подчеркнут цокольный этаж здания. Фасад первого этажа отделан рустом. Верхние этажи обработаны цементной штукатуркой с блестками. Сравнительно недавно входная группа в здание была акцентирована порталом с применением серо-зеленого мрамора.

 

 

Дом грузчиков

(Ленина, 148)

 

По своим конструктивно-эстетическим достоинствам это здание не может претендовать на внесение в проспекты-путеводители. Однако оно интересно как свидетельство государственной идеологии и социальной политики в 30-е годы минувшего столетия. Трехэтажный кирпичный дом по улице Ленина, 148 выстроен по заказу речников и предназначался для расселения рабочих трудной, требующей физического напряжения профессии – грузчиков.

Здание, спроектированное в 1934 году инженером Н. Шабриным, получило угловое решение, воплотив в едином комплексе два блока. Первый блок (по улице Ленина) был отведен для индивидуальных квартир, другое крыло (по улице Оренбургской) было рассчитано на проживание пятидесяти несемейных рабочих, и по этой причине жилой комплекс чаще именовали Домом грузчиков.

Проектируя здание, произвели скрупулезный расчет жилой площади. На одного проживающего предполагалось шесть «квадратов» в комнатах на пять человек. Чтобы проживающие не стесняли друг друга, их расселяли согласно списочному составу бригад: люди, уходя на работу и возвращаясь после трудовой смены, не создавали неудобств для других проживающих. Правда, никто не подумал о возможных переменах в семейном положении работников.

И все же строительство Дома грузчиков было примером в решении жилищного вопроса. Простому труженику предлагались крыша над головой и ранее недоступные для него удобства – водопровод, канализация, ванная. В то же время из-за ограниченных технических возможностей в доме сохранялось печное отопление, и дровяники заняли значительную часть двора. В стране в те годы еще не производились холодильники: отвели место и для возведения общего ледника. Предусматривалось также озеленение, разбивка цветников, установка скамеек для отдыха.

После войны был предложен проект административного здания Бельского речного пароходства – видимый издалека четырехэтажный корпус с башенным завершением и парадными фасадами должен был украсить Уфу при въезде в город от пристани. Но замысел не был реализован, осуществили лишь пристрой к Дому грузчиков (проект расширения и реконструкции здания был разработан в 1947 году архитектором Николаем Лермонтовым). К ранее возведенному дому со стороны улицы Ленина пристроили еще один подъезд с шестью квартирами для руководящего состава пароходства.

Первый этаж Дома грузчиков отделан под руст. Второй и третий этажи отделены от нижнего разделительным поясом. Пространство их стен прорезано большими почти квадратными окнами. Хорошо воспринимается четкий профиль каннелюрованных лопаток – единственный выразительный элемент на фасаде здания

Дом грузчиков требует сегодня капитального ремонта. Помимо отделки фасадов, придется обратить внимание на интересно решенные балконы. Кстати, сегодня балконы заслонены нагромождением «самодеятельных» дощатых коробок и ограждений из гофрированного железа, что неприемлемо в эстетической палитре главной улицы Уфы.

 

 

Управление Урало-Сибирскими магистральными нефтепроводами

(Пархоменко, 84/94)

 

Ансамблевая застройка в городе – свидетельство высокого профессионального мастерства архитекторов. Толковые словари трактуют ее как согласованность, стройность частей единого целого и предпочтительный вариант придания выразительных отличительных признаков.

В условиях уже сложившейся застройки организация городских ансамблей требует значительных затрат по сносу старых сооружений. В историческом центре Уфы на это могли дать согласие лишь крупные хозяйственные структуры. Одной из них стала Башкирская товарно-транспортная контора Министерства нефтяной промышленности СССР. В 50-е годы эту организацию начали именовать Управлением магистральных нефтепроводов.

Горсовет, предоставив в 1949 году территорию под застройку, настаивал на ансамблевом решении. Этому способствовали сложившиеся градостроительные условия. Транспортное сообщение между Уфой и Черниковском осуществлялось по Старо-Сибирскому тракту, выход на который открывался в границах старой деревянной застройки. С улицы Цюрупы дорога сворачивала на Достоевского, шла по Пархоменко и после очередного поворота выходила на самую протяженную часть пути – улицу Электрификации, ведущую к промышленным предприятиям на севере столицы республики (улица Электрификации шла параллельно появившемуся в 50-е годы проспекту Октября и восточнее от него).

На таком зигзагообразном маршруте было решено осуществить ансамблевую застройку вдоль улицы Пархоменко. Проект разработал ленинградский архитектор Ф.П. Шелоумов (сотрудник «Центрспецпроекта»). В выборе композиции и размещении первоначального комплекса из трех зданий принимал участие уфимский архитектор А.Н. Мышкин («Башпроект»). Решение о начале возведения комплекса сооружений принято в августе 1950 года.

Вытянутые по одной линии фасады трех корпусов и протяженных двухэтажных связок между ними воспринимались как повторение композиции классических дворцов-усадеб первой половины XIX века. Разница была лишь в том, что торжественная центральная часть не отделялась от выдвинутых вперед флигелей. В качестве их аналога архитекторы пред­ложили фланкирующие башни жилых комплексов.

Трехэтажный административный корпус расположен по центру комплекса застройки и выстроен в подчеркнуто торжественном стиле. Рустованные стены двух нижних этажей придают ему монументальность. За счет этого достигаются изящная легкость и рациональная выразительность венчающей части центрального корпуса. По оси этого здания устроен ризалит с торжественной входной группой. Он завершен фронтоном, который поддерживают четыре колонны с пышными капителями. Основание колонн связывает легкая балюстрада, ограждающая неглубокие лоджии. Единство композиции достигается устройством протяженной тяги вдоль всего фасада. Ее отсутствие в двухэтажных зданиях-связках подчеркивает торжественность решения главного корпуса. Двухэтажные связки оживляют сандрики, устроенные над каждым окном. Фланкирующие башни (в каждой размещено по 16 квартир) акцентированы легкими балконами.

Архитекторы применили выразительный прием композиционного решения, разместив выходящий на магистральную улицу комплекс зданий в глубине сквера, территория которого ограждена художественно исполненной решеткой.

Минуло более полувека с тех пор, как городской ансамбль – торжественно-парадное по стилю сооружение – прописался в Уфе. Со временем комплекс начал обретать и историко-культурные характеристики. В наши дни на фасаде установлена мемориальная доска в честь писателя Амира Чаныша. На главном входе, где размещено название «ОАО «Урало-Сибирские магистральные нефтепроводы», отмечено, что учреждение носит имя крупного деятеля нефтяной промышленности страны Д.А. Черняева.

 

 Советская площадь

 

Организация в Уфе главной площади как места проведения массовых мероприятий и празднеств была предусмотрена в утвержденном в 1938 году генеральном плане развития города. Для проведения торжеств предполагалось преобразовать Верхнеторговую площадь, а праздничные колонны предлагалось формировать на всем протяжении нынешней улицы М. Карима. Быстрое их прохождение мимо трибун у выстроенных на площади новых правительственных и административных зданий должно было завершаться в Центральном парке культуры и отдыха (позже – имени Матросова).

Территорию парка за счет высвобождения косогора реки Белой от ветхих строений предполагалось увеличить вдесятеро – с четырех до сорока гектаров. Предусматривались разбивка аллей с использованием естественных террас на крутых склонах и устройство пересекающих аллеи дорожек, продолженных лестничными спусками к набережной. В столице республики открывалась новая страница масштабного преобразования городского пространства, и уникальный ландшафт Уфы, живописное расположение города предполагалось использовать как главное преимущество.

Однако смелый градостроительный замысел не был воплощен, а главная площадь возникла в плотно заселенном районе исторической застройки. Открытие нефти на территории Башкирии предопределило интенсивный поиск новых месторождений. Решение этой задачи требовало подготовки квалифицированных специалистов, и правительство Башкирской АССР обратилось в Москву с предложением открыть в Уфе геологоразведочный институт. Разместить новый вуз предполагалось в границах улиц Ленина, Октябрьской революции, Цюрупы и Пушкина. Санкция на открытие института не была получена, однако предложение организовать подготовку специалистов для нефтяной отрасли центр поддержал, и в 1940 году был утвержден проект строительства учебного корпуса Башгеологотехникума. Приступили даже к закладке фундамента, однако помешала начавшаяся Великая Отечественная война.

В 1946 году к возведению учебного корпуса вернулись, правда, переориентировали строительство под Уфимский статистический техникум. Переработать проект поручили архитектору М. Хомутову («Башпроект»), дополнившему учебный корпус общежитием и административным зданием для аппарата уполномоченного Госплана СССР по республике. Пятиэтажное здание возводилось на значительном удалении от «красной линии» улицы Пушкина, в глубине квартала старой застройки. Заложенный в проект замысел по созданию новой площади непосвященными людьми не просматривался, однако учебный корпус возводили быстро, и вскоре обозначилась его стилистическая близость к зданию Совнаркома БАССР, построенному в 1937 году.

Здание Дома правительства (Совнаркома) республики, решенное с подчеркнутой торжественностью и монументальностью, стало органичным композиционным элементом будущей площади. Этому способствовало и его функциональное оформление: к высоко поднятой со стороны улицы входной группе вели плавные и широкие ступени двухмаршевой лестницы, по сторонам парадной лестницы – трибуны. Визуальная связь здания техникума на противоположной стороне будущей площади определялась схожими конструктивными элементами, прежде всего парадной лестницей. Но полнота воплощения архитектурного замысла требовала широкого обзора фасадов.

«Оформление» новой площади в Уфе ускорилось в середине 50-х годов, когда завершили строительство Дома нефтяной промышленности, в котором разместили управленческие службы «Башнефти». Проектирование Дома нефтяной промышленности было возложено на архитекторов «Башнефтепроекта» А. Любарскую, В. Любарского, А. Козлова. Проектное задание предписывало завершить формирование новой площади в Уфе, которая получила название Советской. В 1954 году строители возвели пятиэтажное здание и приступили к его отделке. С каждым днем все отчетливее прояснялось архитектурно-художественное решение Дома нефтяной промышленности. Протяженный фасад здания, обращенный к площади, был акцентирован ризалитом, асимметрично смещенным к «красной линии» улицы. На месте пересечения крыльев здания размещена входная группа: над ней начинались устремленные вверх пилястры, завершенные коринфскими капителями. Ризалит завершался башней (в конце 1966 г. на ней были установлены часы), увенчанной шпилем. Большая часть протяженного фасада здания образует восточную сторону площади, она оживлена ритмом чередующихся лопаток и размещенных между ними больших окон.

Эстетическую привлекательность Дома нефтяной промышленности предопределило рациональное размещение деталей. Эта особенность здания доказала свои преимущества, когда потребовалось увеличить его протяженность, не утяжелив целостность восприятия. В 1957 году был образован Башкирский совнархоз, и встал вопрос о размещении аппарата управления нового ведомства. Помимо Дома нефтяной промышленности для этих целей передали корпус статистического техникума, одновременно ликвидировав разрыв между двумя зданиями. Обрамление Советской площади, по периметру замкнутой сплошной застройкой, ощутимо возросло – функционально оправданно стали восприниматься прорезающие ее улицы – Пушкина и Советская.

Советская площадь – важный градообразующий элемент в историческом центре Уфы. Здания по ее периметру возводились на протяжении почти ста лет, что привнесло чередование архитектурных стилей. Корпус Уфимской академии искусств (бывший Новиковский пансион) выстроен в стиле эклектики, жилой дом треста «Башзолото», возведенный в начале 30-х годов, воплотил традиции конструктивизма, а здания, размещенные на южной, восточной и северной стороне Советской площади, объединяет стилистическое единство эпохи «сталинского ампира».

Эстетические характеристики зданий на Советской площади придают ей особую привлекательность: они смягчают рациональную строгость, обычно присущую административному центру большого города. Меняется лишь предназначение обрамляющих площадь зданий – в наши дни в них размещаются различные министерства и ведомства.

 

Кинотеатр «Родина»

(Ленина, 42)

 

Развитию кинематографии в СССР уделялось повышенное внимание, власти хорошо осознавали пропагандистско-воспитательную миссию этого художественного творчества. С каждым шагом индустриализации, с возведением промышленных гигантов начинали быстро отстраиваться и перестраиваться новые возникающие города, кинотеатры в них начинали возводить в первую очередь как важнейшие объекты инфраструктуры города.

Столица Башкирской АССР не стала в этом отношении исключением. В марте 1938 года городской Совет утверждает первый генеральный план развития, в котором было определено строительство современного кинотеатра. В мае того же года утверждается решение о возведении двухзального кинотеатра на 600 мест в историческом центре Уфы в месте пересечения Ленина и Чернышевского. 17 мая 1939 года это решение было утверждено постановлением Совнаркома БАССР. Тогда же были проведены инженерно-геологические исследования площадки и получено подтверждение пригодности грунтов под строительство большого здания.

Но уже в сентябре 1939 года Совнарком Башкирии принимает постановление о строительстве нового кинотеатра в северном промышленном районе Уфы с переброской на его возведение ранее предусмотренных денежных средств. Эти планы были перечеркнуты, когда началась Великая Отечественная война. Коренной перелом в ходе военных действий вызвал к жизни восстановление разрушенных городов и сел. Вскоре эти планы распространили на промышленные центры, которые ковали победу в тылу. Уфа оказалась в этом списке: ей определили высокие темпы жилищного и культурного строительства. Решение этой задачи способствовало тому, что вернулись к планам возведения нового кинотеатра. Официально они совпали с празднованием юбилейной даты – 25-летия образования БАССР. В смету расходов по организации торжеств включили и пункт финансирования строительства юбилейного объекта – двухзального кинотеатра.

Правительство республики спешило ускорить проектные работы. Вопрос хотели решить простейшим образом, позаимствовав уже готовый проект кинотеатра в Сталинграде, ведь за возрождение ставшего легендарным города на Волге взялись лучшие архитекторы. Правительство Башкирской АССР запросило разрешения повторно использовать проект кинотеатра. Это ускорило бы начало строительства, а Уфа получила монументально решенное красивое здание. Остановились на проекте архитектора Семёна Якшина. Кинотеатр был однозальным, но рассчитанным на 800 зрителей. Однако выбор Уфы не поддержало Министерство кинематографии РСФСР, посчитав, что проект окажется слишком затратным по причине сложности его конструктивного решения и из-за применения остродефицитных материалов. Оно предложило вернуться к варианту двухзального кинотеатра, приняв проект архитектора В.П. Калмыкова.

Началась дискуссия, что же предпочесть. Тем временем архитектор С.И. Якшин прочно прописался в Уфе. По его проекту началось строительство кинотеатра «Победа», закончившееся в 1948 году. Наблюдая за дискуссией, Якшин разработал новый проект, на сей раз двухзального кинотеатра, рассчитанного на 700 мест. Этот вариант был принят безо всяких проволочек, план строительства был утвержден летом 1949 года.

Одновременно принимается решение, что в новое здание будет перемещен коллектив самого большого в Уфе той поры кинотеатра «Октябрь», который начал действовать еще в первое десятилетие XX века. Капитального ремонта за это время он так и не увидел, а потому исчерпал все допустимые пределы амортизации. Так, главным куратором по строительству оказался директор «Октября» Габдрахман Хакимуллович Фаттахутдинов. Ветеран кинофикации предпринял все возможное, чтобы в новом кинотеатре появились нововведения, которых не было во многих крупных городах. По его инициативе решено было часть цокольного этажа переоборудовать в зал кинохроники на 60 зрительских мест. И это оказалось очень своевременной инициативой: город получил постоянное место демонстрации кинолент просветительской направленности.

Самым внимательным образом отнесся к реализации своего проекта и архитектор Якшин. До завершения строительства он осуществлял архитектурный надзор за объектом и последние замечания по улучшению качества работ и максимальному сохранению проектных задумок предложил в марте 1953 года.

Здание кинотеатра начинали строить в окружении ветхих малоэтажных строений. Не сразу, но достаточно быстро вокруг него была «зачищена» прилегающая территория, и кинотеатр предстал перед взором легким изящным сооружением, будто бы вознесенным над землей. Изобразительные средства, заложенные архитектором, еще более заявили о своей изысканности и красоте после того, как вокруг кинотеатра образовалась широкая просторная площадка, что позволило получить круговой обзор здания. Якшин расположил здание кинотеатра со значительным отступом от красной линии и привнес изящные детали выразительности открывшейся площадке за счет малых форм, прежде всего, сооруженного чуть позднее фонтана. Фасад предстает в виде красивых колонн, которые поддерживают фронтон, прорезанный аркой. До сегодняшнего дня выполняется предписание о покраске кессонов в арке до полной силы тона, с использованием ультрамаринового цвета. По рекомендации архитектора, во время многочисленных ремонтов максимально сохраняется цветовая гамма покраски фасадов. Парадный, праздничный характер здания кинотеатра, получившего торжественное название «Родина», придает изящество и торжественность большой территории, в центре которой оно возвышается. Кинотеатр гостеприимно открыл свои двери в июле 1953 года.

 

 

БГУ

(Валиди, 40)

 

С началом Великой Отечественной войны здание Башкирского педагогического института с прилегающими строениями было отдано под размещение эвакуированного из Ленинграда оборонного предприятия. В первые послевоенные годы радиотехнический завод не удалось вывести за пределы центра Уфы. Правительство Башкирской АССР настаивало на возвращении учебного корпуса для продолжения в нем занятий. Однако государственные интересы по обеспечению работы крупного предприятия учитывались в первую очередь.

Компромиссное решение нашли скоро: в апреле 1950 года приняли решение о строительстве здания Башкирского педагогического института за счет финансирования Министерством промышленности средств связи СССР. Под застройку был выделен земельный участок площадью три гектара.

Технические условия возведения нового учебного корпуса, рассчитанного на 1600 студентов, предписывали выстроить четырехэтажное здание, обращенное фасадом к тогдашней улице Фрунзе. Предусмотрели дальнейшее развитие вуза с перспективой возведения новых корпусов и общежитий. Проектирование нового учебного корпуса поручили архитектору Самигулле Гибатовичу Калимуллину. Он хорошо осознавал важность порученной работы. Предстояло выстроить здание, которое не повторило бы сооружений подобного профиля. Уже по утвержденному перед войной генеральному плану развития Уфы было намечено открыть в столице Башкирской АССР университет. Возводимый корпус пединститута мог послужить основой для организации ведущего вуза в Уфе. По этой причине предстояло спроектировать учебный корпус с учетом его функционального назначения, но заключающий в себе и монументально-выразительные характеристики. Приходится сожалеть, что далеко не все замыслы архитектора удалось воплотить в жизнь.

Строительство было начато в 1951 году. Вскоре зодчие страны ощутили небывалый пресс административного давления на их творчество и формальных предписаний. Радикальный поворот ознаменовался переходом к упрощенным эстетическим и конструктивным принципам под предлогом борьбы с излишествами. Необходимая в отдельных случаях монументальность и оправданная декоративность выхолащивалась из практики отечественной архитектуры. В этой связи интересно сопоставить предварительные замыслы С.Г. Калимуллина и итоги его творческой работы. Процитируем несколько строк из пояснительной записки к проекту корпуса Башпединститута: «Расположение здания на одном из красивейших мест города потребовало от автора проекта использовать единое ансамблевое решение. Поскольку южная сторона квартала застройки ограничивается крутым до 100 метров по высоте спуском к реке Белой, здание будет видно с далеких расстояний прибельской поймы. Западную сторону не заслоняют посторонние застройки. Поэтому от дореволюционной водокачки будет открыт прекрасный вид со стороны озелененной нагорной части местности. Северный фасад здания призван оформить городскую улицу, а с востока участком является непосредственным продолжением рядом расположенного предприятия».

Ориентация здания на север потребовала использовать силуэтность в решении главного фасада: для этого были введены скульптурные группы, башня, обелиски, дополняющие друг друга как составляющие единой композиции. Величественный шестиколонный портик, к которому ведут каменные ступени, чуть не стал камнем преткновения, когда на заключительном этапе строительства, согласно новым административным предписаниям, его попытались упразднить.

В те дни на стройку привлекались и студенты вуза, им поручали работу, не требующую высокой квалификации. В их числе оказался и автор этих строк. На всю жизнь запомнилась бесполезность многодневных усилий по разрушению уже возведенного и призванного придать торжественную величественность элемента здания. С выходом на работу нас попарно расставляли на верху отстроенных колонн и предписывали с помощью лома разрушать кирпичную кладку. Работа шла медленно. С приближением к нижним этажам объем выложенного материала возрастал, и это задерживало сроки сдачи объекта. В конечном итоге колонны вновь обрели строительные леса, их довели до проектной высоты, украсили пышными капителями.

Ко дню открытия главного корпуса пединститут был постановлением правительства СССР преобразован в Башкирский государственный педагогический институт. Главный корпус нового вуза сделался впечатляющим дополнением к его предназначению – готовить специалистов высшей квалификации. Студенты первого и второго курсов начинали учиться в соответствии с учебными планами государственных институтов. Но уже с 1957/1958 учебного года все выпускники получали диплом о высшем университетском образовании.

Он проектировал Черниковск

 

Архитектурное сообщество в Уфе с началом войны пополнилось новыми именами. В 1943 году здесь работали 78 членов Союза архитекторов. Специалисты, эвакуированные в Уфу из многих городов, имели, как правило, большой опыт работы проектирования и строительства. Сюда для продолжения работы в условиях глубокого тыла перевели в полном составе проектные организации из Москвы, Ленинграда, Киева. Две из них оставили особый след в развитии города.

У этих событий была своя предыстория. В 1935 году Москва приступила к реализации грандиозной по масштабам поставленных задач программы реконструкции. При Горсовете образовалось более двадцати архитектурно-планировочных мастерских. Возглавили их самые выдающиеся архитекторы страны. В годы войны коллективы мастерских были переподчинены ведущим промышленным наркоматам с целью гарантировать быстрый перевод на выпуск оборонной продукции в городах Урала, Сибири, Средней Азии. В Уфе к работе приступили коллективы архитектурных мастерских – имени академика И.В. Жолтовского, ставшей подразделением наркомата авиационной промышленности, и имени академика В.А. Веснина, сориентированной на наркомат нефтяной отрасли. Помимо задач производственного характера, мастерам архитектуры было предписано осуществить реализацию комплексных программ застройки Уфы, прежде всего в северной части города, где располагались крупные промышленные предприятия. В непосредственной близости к ним требовалось разместить рабочих, инженеров и техников вместе с семьями.

Черниковск очень скоро стал значимым пунктом в географии промышленности страны, а в 1944–1956 годы существовал как отдельный город. Правительство установило высокую планку по темпам и качеству строительных работ. Не считаясь с напряжением всех сил, на 1945 год были выделены средства для строительства 25 тыс. кв. метров жилья. Однако с программой не справились – сдали всего лишь 8,5 тыс. кв. Метров: не хватало рабочих высокой квалификации.

И все же Черниковск активно строился, и этому способствовали преданные своей профессии люди. Среди них быстро выделился и заслужил признание архитектор Николай Павлович Шабаров. Совмещая работу и учебу, он прошел последовательно путь от чертежника, техника проектно-строительной конторы в уральском городке Кизел до признанного руководителя на строившихся предприятиях в Бухаре и Андижане. Специальность архитектора получил в 1937 году, окончив Азербайджанский индустриальный институт. С первых дней Великой Отечественной войны и до последних ее залпов он находился в действующей армии в инженерных войсках. С окончанием войны Н.П. Шабаров переезжает в Москву и начинает работать в архитектурно-планировочной мастерской имени академика В.А. Веснина. С этим коллективом связаны пятнадцать лучших лет его жизни, наполненные творчеством и признанными общественно значимыми результатами. Главные проекты Николай Павлович выполняет для быстро отстраиваемого Черниковска. Жилые дома и здания культурно-бытового назначения для трех нефтеперерабатывающих заводов, участие в планировке и сооружении двух больниц, нескольких школ, Дворца культуры имени С. Орджоникидзе, комплексов трех научно-исследовательских институтов – таков далеко не полный список объектов, при возведении которых ярко проявились индивидуальность и творческая одаренность архитектора. Особое значение приобрела его деятельность при разработке градостроительных перспектив Черниковска.

Когда впервые попадаешь в северную часть столицы Башкортостана, невольно обращаешь внимание на планировку и застройку Орджоникидзевского района. Здесь ясно чувствуется вдохновение от огромных перспектив: архитектор проектировал в эпоху утверждения стиля, который вошел в историю под названием «сталинский ампир». В те годы от зодчих требовалось совместить торжественность и пафос страны-победительницы с максимальными удобствами и функциональной полезностью жилья, школ, учреждений культуры. Главная заслуга Н.П. Шабарова в том, что он предложил и добился воплощения в жизнь своего замысла радиально-кольцевой планировки протяженной и зауженной по естественным условиям западной части территории. Размещение объектов своей торжественной стороной ориентировалось на главную парадную улицу – Первомайскую. А начиналась она у кромки высокого оврага реки Белой, на террасированных склонах которого была сохранена часть природного леса с дополнительной искусственной подсадкой деревьев. Что и позволило образовать ровные поверхности и бархатную мягкость ландшафта береговых склонов и обеспечить впоследствии устройство одного из самых значимых для проведения торжественных церемоний и празднеств мест – парк Победы, территория которого продолжает приумножаться мемориальными сооружениями и экспонатами и превратилась для жителей Уфы в живописную зону отдыха.

В Черниковск можно въезжать с любой стороны – и непременно будешь пересекать улицу Первомайскую. На нее ориентированы лучшие объекты застройки. Удачно были найдены две башенные конструкции пропилей-восьмиэтажек. Украшает улицу здание общественного назначения – кинотеатр «Победа». Почти в самом её начале по проекту Н.П. Шабарова в стиле неоклассики выстроен Дворец культуры имени Орджоникидзе. На месте пересечения под прямым углом с улицей А. Невского запроектировано было выстроить торжественно-монументальное здание Горсовета. В гармонии с оформлением фасадов значимых индивидуальных объектов воспринимаются и многоэтажные корпуса жилых домов. Своими объемами они удачно чередуются с невысокой застройкой, выбранной по условиям вертикальной планировки для того, чтобы обеспечить целостность восприятия и эстетическую привлекательность главной улицы. Н.П. Шабаров умело противостоял практике насаждения методов функциональной полезности застройки, когда эстетика могла пострадать под натиском поспешных, непродуманных решений. И, как подлинный мастер архитектуры, стремился противостоять регрессу в проектировании и строительстве на больших городских территориях, что по-настоящему оценили не современники, а уже потомки.

Самое впечатляющее достижение Н.П. Шабарова, привнесшее впечатляющий штрих в застройку Черниковска, – новаторски решенный проект возведения комплекса нефтяного технического университета. Впервые предложенная в Уфе свободная планировка нескольких функциональных учебно-лабораторных корпусов, общежитий стадиона, расположенных нестесненно с высокой степенью инсоляции и поступления свежего воздуха, и в наши дни впечатляет кажущейся простотой при полноценном учете предназначения вузовского комплекса. Архитектору не удалось до конца реализовать свое стремление выстроить монументальное по объему и величественное по форме здание. Уже в ходе строительства были утверждены новые правила, лишившие главный корпус самого большого вуза Уфы предложенных архитектором преимуществ. Проверенному временем принципу монументальности противопоставили директивно утвержденный плоский фриз с широким поясом тематических граффити.

Огромная по масштабам и реализованным замыслам вдохновенная деятельность Шабарова получила высокую оценку еще при жизни архитектора. По его проектам осуществлены планировка и застройка района Уфы, где расположены крупные предприятия нефтеперерабатывающей промышленности. Построено более 500 тыс. кв. метров жилой площади, два больничных комплекса, школы и детские учреждения, Дворец культуры, стадион с зимним павильоном, здания учебных заведений и научно-исследовательских институтов. В течение строительства этого жилищного и культурно-бытового комплекса Н.П. Шабаров осуществлял авторский надзор, тем самым в значительной степени содействуя быстрейшему и качественному завершению работ. В 1973 году Н.П. Шабарову присвоены почетные звания «Заслуженный архитектор РСФСР» и «Заслуженный строитель Башкирской АССР».

 

 

Большой дворец для маленького города

(Первомайская, 14)

 

15 декабря 1944 года Указом Президиума Верховного Совета РСФСР Сталинский район Уфы был преобразован в город Черниковск с населением в 116 тысяч человек. Однако города как такового – со сплошной застройкой и необходимой коммунальной инфраструктурой – не существовало. На значительной территории располагались восемь жилых поселков из малоэтажных домов, которые спешно возводились в годы войны для расселения эвакуированных граждан. Строительство велось с нарушением генерального плана, разработанного перед началом войны в институте «Ленгипрогор».

С образованием города Черниковска задачей первостепенной важности вновь оказалась разработка генерального плана его развития. Но и выделение финансовых средств, и наличие в городе Черниковске крупного строительного треста № 3, подчиненного Наркомату авиационной промышленности, не помогли решению поставленной задачи. Не хватало строителей и материалов, но главным препятствием в выполнении прави­тельственного задания стало отсутствие в Уфе готовых приступить к проектированию архитекторов.

Потребовалось вмешательство Москвы. Разработку генерального плана развития Черниковска возложили на институт «Ленгипрогор», и летом 1947 года новый, откорректированный генплан был утвержден. Согласно этому документу, застройку центра Черниковска предложено было начинать вдоль главной улицы, протянувшейся на 4,5 км от Курочкиной горы, с продолжением в западном направлении до реки Белой. В первые годы строительства главная улица Черниковска называлась Новой, повторяя перенесенное с рабочих чертежей наименование. Но когда четко определились контуры застройки и начали вырастать многоэтажные жилые дома, улице присвоили имя Сталина, а после воссоединения Черниковска с Уфой улица получила праздничное название – Первомайская.

На Первомайской предполагалось выстроить и крупные здания общественного назначения: горсовет, почтамт, гостиницу, кинотеатр, городской театр. Чтобы преодолеть монотонность в оформлении протяженной улицы, проектанты предложили устроить на всем ее протяжении несколько площадей. Самая большая площадь была запланирована как сквер, размещенный посредине улицы и окруженный по периметру жилыми домами повышенной этажности. Эту тенденцию подчеркнули возведением на восточной стороне площади двух восьмиэтажек. Противоположную им сторону площади решено было закрыть монументальным зданием Дворца культуры нефтяников, за которым закрепилось измененное название – Дворец культуры имени Серго Орджоникидзе.

Проект был утвержден в начале 1950 года. Дворец культуры стал наиболее крупным по объемному решению сооружением во всей системе застройки. Монументально и торжественно решен его главный фасад в виде протяженной вогнутой дуги, соединившей две улицы-луча. Центральный портик фасада украшают шесть колонн торжественного коринфского ордера. Широкий разворот крыльев фасада воссоединил боковые портики, решенные в едином стиле. Возвышающаяся башенная конструкция колосников над сценой подчеркивает предназначение здания как учреждения культуры и придает силуэту Дворца монументальные характеристики.

Контуры главного фасада повторяют и изогнутые стены фойе Дворца. Большой зрительный зал позволил превратить новое учреждение культуры после его открытия в признанный жителями Черниковска центр духовной жизни. Многочисленные помещения для занятий в кружках, спортивные залы, библиотека привлекали в ДК тысячи людей, стремившихся после работы приобщиться к новым полезным и развивающим занятиям. К тому же архитектурно-художественное решение здания придавало ему притягательную силу. Архитекторы сразу отказались от помпезной торжественности: стены трехэтажного корпуса, открывающиеся к площади, решены более похожими на жилой дом и словно гарантируют обстановку коллективного отдыха в кругу увлеченных творчеством людей.

Несколько десятилетий Дворец культуры имени Орджоникидзе выполнял свое предназначение по организации отдыха и удовлетворению духовных потребностей жителей северного промышленного района Уфы. А в 90-х здание было передано УГНТУ и превращено в один из учебных корпусов вуза. Однако вопрос о сохранении функционального предназначения Дворца культуры нельзя считать закрытым.

Предстоит сказать свое слово и исследователям-краеведам, определив архитекторов, подаривших городу это здание. Согласно архивным документам, в 1950 году при предварительном рассмотрении проекта строительства Дворца названы фамилии архитекторов – С. Маслих и О. Яфа. Но во всех печатных изданиях после завершения строительства автором проекта назван Н. Шабаров, который участвовал в застройке Черниковска в качестве главного архитектора проектной мастерской № 1 Министерства нефтяной промышленности восточных районов СССР.

Мост через Белую

 

Окруженная судоходными реками, Уфа со времен своего основания нуждалась в устройстве переправ. Более трех столетий преодоление водных преград оставалось трудной задачей. Когда Белая выходила из берегов, принимались наводить паромную переправу, а с наступлением лета приглашались опытные мастера, которые возводили эстакадно-плашкоутный мост.

От левого берега на песчаном мелководье вбивались бревна-кругляки, на них настилалась проезжая часть моста. Со стороны правого берега выстраивали сцепленные друг с другом плашкоуты, которые несли надстройку – полотно проезжей части с высокими ограждениями для безопасности транспорта и пешеходов. Дважды за сутки – в полдень на два часа и в полночь на четыре – два плашкоута расцеплялись, открывая в фарватере реки проход для пропуска пароходов, буксиров и барж. А вот в преддверии зимы, до тех пор, пока реку не сковывал ледяной панцирь, попасть в город с каким-либо транспортом или покинуть его было почти невозможно.

Но преобразование Уфы в крупнейший на Южном Урале административно-хозяйственный и культурный центр требовало возведения стационарного мостового перехода через реку Белую.

В первое послевоенное десятилетие немало времени заняла дискуссия о месте возведения искусственного перехода через реку Белую. Предлагалось строить мост в створе улицы Цюрупы, вознеся его полотно на значительную высоту и перекрыв глубокий овраг. Специалисты-градостроители отстаивали решение, записанное в Генплане Уфы: в нем предлагалось возводить мост на месте общественно значимой трассы Оренбург – Стерлитамак – Уфа – Бирск. Они убедили оппонентов, что транспортные потоки от Оренбургской переправы быстро окажутся в историческом центре Уфы и свяжут его с районом промышленных новостроек в северной части города.

Постановление Правительства СССР о строительстве мостового перехода через реку Белую в Уфе принято 24 октября 1951 года. Проект моста был разработан в институте «Гипрокоммундорстрой» под руководством инженера Е. Уланова.

Детальный проект планировки околомостного района подготовил уфимский архитектор А. Хромов, сотрудник института «Башпроект». Утвержденное архитектурно-планировочное решение позволило определить основные уличные магистрали на подходах к новому мосту. Масштабная программа работ потребовала осуществить большую инженерную подготовку территории по выравниванию склонов, засыпке глубоких оврагов, укреплению крутых откосов и спрямлению старых улиц города. Одновременно была предложена новая детальная планировка застройки реконструкцией значительной городской территории.

Главная задача по реализации проекта возлагалась на мостостроителей. Сооружение перехода через реку Белую было поручено одному из подразделений Министерства транспортного машиностроения СССР – Мостопоезду № 414, которым руководил талантливый инженер И. Выпов. Впечатляли технические характеристики нового моста. При длине в 670 метров сооружение его требовало устройства десяти пролетов. Пролетные строения разного размера выполнялись из металла и крепились методом клепки. Бетонные опоры моста облицовывались гранитом. Наибольшая высота сооружения, считая от обреза фундамента до верхней проезжей части, достигала 28,7 метра. Ширина моста – 14 метров (9 метров – проезжая часть, тротуары по обе стороны по 2,5 метра). Сразу после преодоления мостового перехода проезжая часть расширялась до размера городских улиц. На левом пойменном берегу устраивалось загородное шоссе до речки Берсувань на искусственно намытом основании протяженностью 11 километров.

Мостовому переходу придавались отличительные эстетические характеристики. Пролетные строения моста ограждались чугунными перилами каслинского литья. Часть моста, примыкавшая к правому берегу и перекрывавшая судоходную часть русла реки, была усилена гибкой аркой. Помимо обеспечения прочности сооружения арка придавала выразительность всей конструкции, создавая эффект парения мостового полотна над поверхностью воды. Искусственное сооружение легкостью форм и выразительностью очертаний не закрывало панораму речных просторов и подступающего к берегу природного ландшафта с исторической застройкой. И с первых дней после сооружения новый мост сделался важной достопримечательностью Уфы.

Торжественное открытие моста состоялось в ноябре 1956 года, а в декабре 1958 года он был принят в постоянную эксплуатацию. На протяжении двух лет мост испытывался на прочность – выявлялись возможные дефекты в конструкции. Но в итоге принимавшая мост комиссия дала высокую оценку выполненных работ: сооружение опор моста признали выполненным на «отлично», монтаж и клепку – на «отлично», земляные и укрепительные работы по сооружению подходов к мосту – на «хорошо».

Однако мостостроители не сразу расстались с Уфой. Мостопоезду № 414 поручили выстроить еще и капитальный мост через Дему, а также перестроить с расширением проезжей части мост через речку Сутолоку. Завершение этих объектов открыло предпосылки быстрого расселения новых кварталов Кировского и Демского районов. Чуть позже между новым мостом и устьем Сутолоки появилась небольшая по протяженности набережная, которая была продолжена вверх и вниз по течению реки Белой до четырех километров. Сам же околомостный район спустя двадцать лет превратился в один из наиболее благоустроенных в городе.

 

Уфимский аэровокзал

 

Регулярные авиаперевозки в стране начались с окончанием гражданской войны. Объявленная новая экономическая политика (НЭП) оживила хозяйственную жизнь. Возобновилась работа знаменитой Нижегородской ярмарки. Для обеспечения регулярного и быстрого сообщения между Москвой и Нижним Новгородом в 1923 году открывается первая линия воздушного сообщения. Этим было положено начало гражданской авиации.

Тем временем в правительство Башкирской АССР с инициативой организовать учебно-тренировочный аэродром в Уфе обратились руководители Осоавиахима, эта организация руководила в стране оборонно-массовой работой. Требовались условия для занятий авиационными видами спорта для готовившей себя к военной службе молодежи. В августе 1925 года при определении городской черты Уфы под устройство аэродрома была отведена отмеченная знаками государственного межевания территория в 25 десятин (около 27 гектаров) к северу от тогдашних границ города в Восточной слободе.

Регулярные воздушные перевозки пассажиров и грузов связали Уфу с другими городами страны в годы первой пятилетки. В первую очередь Уфа сделалась посадочным пунктом на линии, связавшей Москву с Магнитогорском – городом, где строился самый крупный в мире металлургический комбинат. Постановлением Совнаркома Башкирской АССР в ноябре 1932 года аэродром Осоавиахима было предписано эксплуатировать для самолетов гражданской авиации.

Башкирский авиаотряд гражданского воздушного флота организуется в 1933 году. Его ядро составила переведенная в Уфу группа специалистов, пилотов из Самарского отделения сельхозавиации. Оттуда же были доставлены и самолеты. С обслуживания нужд сельского хозяйства по борьбе с саранчой, обработке заболоченных территории для профилактики малярии в Уфе начинает складываться парк летательных аппаратов.

Оценило преимущество авиации для оперативных полетов по самым отдаленным районам республики и правительство БАССР. В 1934 году эти перевозки осуществлялись на одноместном пассажирском самолете У-2, но к осени того же года были изысканы средства для приобретения четырехместного самолета с закрытой кабиной.

Самым важным достижением в развитии воздушного транспорта стал охват регулярным воздушным сообщением всех городов и многих райцентров республики. К 1935 году протяженность местных авиалиний достигла 1680 км, грузооборот составил 39 тонн, перевезено более 600 пассажиров. Сложилось два транспортных кольца по обслуживанию северных и южных районов республики.

Развитие гражданской авиации сдерживалось отсутствием хорошо оборудованного аэродрома. Выход из создавшейся ситуации был предложен сотрудниками проектного института «Ленгипрогор». Они разработали вариант устройства нового аэродрома на протяженном плато, которое начиналось у села Дежнёвка и продолжалось вдоль высокого правого берега реки Белой в северо-восточном направлении. Специалисты оговаривали, что эта посадочная площадка рассчитана на непродолжительную эксплуатацию, до тех пор, пока не будет выстроен мост через Белую. А у нового аэродрома была еще одна сложность: он размещался в непосредственной близости от строящихся жилых домов черниковского промышленного района, так что потребовалось предусмотреть снижение этажности большей части зданий. Строительство аэродрома предполагалось начать в 1936 году, этому помешало начатое на этой площадке строительство завода по переработке открытых в районе Ишимбая месторождений. Несмотря на это с середины 30-х годов на всех планах Уфы в северной части города появилось условное обозначение запроектированного аэродрома в виде концентрических окружностей с изображенным посередине самолетом.

Военное лихолетье Башкирский авиаотряд встретил на старой площадке. При этом появилась еще одна серьезная помеха для обеспечения безаварийных полетов: в марте 1942 года на небольшом расстоянии от летного поля были смонтированы четыре радиомачты высотой в 204 метра. Из подмосковного города Ногинска в Уфу была переброшена радиостанция Коминтерна, которая начала регулярные передачи на языках народов тех государств, что оккупировали фашисты.

Вопрос о выносе аэродрома за пределы города встал после войны с особой остротой. Несколько вариантов размещения было предложено при утверждении в 1949 году генерального плана проекта планировки и застройки Уфы. Однако они не были приняты к исполнению до постройки капитального моста через Белую.

1956 год знаменателен в истории Уфы двумя важными событиями. В июле город Черниковск после двенадцати лет развития в качестве населенного пункта республиканского значения был воссоединен с Уфой. Столица Башкирской республики начала развиваться исключительно быстрыми темпами. Возводились кварталы новых домов, строились крупные промышленные предприятия, открывались новые вузы, начал работу и Башкирский филиал Академии наук. Крупный индустриальный и культурный центр потребовал и быстрых темпов воздушных сообщений. Развитию этой отрасли способствовало и географическое положение полумиллионного города. Уфа концентрировала и обеспечивала транспортно-экономические связи европейской части страны и Среднего Поволжья с промышленными центрами Южного Урала и Сибири. Уфимский аэродром обеспечивал работу авиалиний «Москва – Уфа – Челябинск», «Куйбышев – Уфа – Свердловск», «Куйбышев – Уфа – Челябинск – Новосибирск». Местные авиалинии связывали Уфу со всеми райцентрами, малая авиация использовалась для перевозки пассажиров, почты, различных грузов. Расположение аэродрома в непосредственной близости от многоэтажных строений, растущих жилых кварталов создавало дополнительные трудности в работе авиаторов, тормозило развитие воздушных перевозок.

В 1956 году окончательно было утверждено размещение нового аэропорта на левом берегу реки Белой вблизи разъезда Уршак на железнодорожной линии «Дёма – Стерлитамак». Проект строительства летного поля в 17,5 км от города предполагал устройство двух взлетно-посадочных полос с твердым покрытием. Это обеспечивало круглогодичную эксплуатацию аэродрома, организацию приема и вылетов высокоскоростных реактивных и турбовинтовых тяжелых самолетов. Место расположения аэропорта было выбрано с таким расчетом, чтобы воздушные подходы к нему оказались далеко за пределами городской черты и не могли помешать при размещении нового строительства. Аэропорт был принят в эксплуатацию в 1961 году. Спустя три года были завершены отделочные работы в здании аэровокзала.

В Уфе была сохранена память о первом аэродроме. Главный архитектор города Фарид Измайлович Рехмуков предложил сохранить деревянное двухэтажное здание бывшей дачи купца П.И. Костерина, где размещался штаб дежурного авиаотряда. Строгие формы Южного автовокзала, выстроенного на бывшем лётном поле, соседствуют в наши дни с деревянной архитектурой здания, украшенного резными наличниками и ажурной смотровой башенкой, увенчанной флюгером в виде петушка. Здесь располагается центр туризма и экскурсий.

 

 

Здание Сельхозинститута

(50-летия Октября, 34)

 

Сельхозинститут – второй по времени организации вуз в нашей республике. Он принял первых студентов в 1930 году. Разместили учебное заведение в историческом здании бывшей духовной семинарии по улице Карла Маркса. В 1936 году был выстроен новый учебный корпус на пересечении улиц Карла Маркса и Фрунзе.

С началом Великой Отечественной войны в корпусах и на территории института был размещен эвакуированный из Ленинграда оборонный завод. Студентам было предложено продолжить занятия в здании Башжелдорстроя, которое было выстроено в 1934 году на перекрестке улиц Карла Маркса и Пушкина. В свою очередь потесненное объединение «Башнефть» переехало в Дом профсоюзов – четырехэтажный пристрой к зданию Башкирского театра оперы и балета. В мирное время первой получила новое здание в 1954 году «Башнефть». Возведение главного учебного корпуса Сельхозинститута затянулось на пятнадцать лет.

Проектное задание на строительство Башкирского сельскохозяйственного института утвердили в ноябре 1949 года. Незадолго до этого Горсовет предоставил под застройку значительную по площади территорию на пересечении современных улиц 50-летия Октября и Айской. Предстояло возводить огромное многоэтажное здание с ярко выраженными функциональными и эстетическими характеристиками. В обсуждении проекта приняли участие члены творческого Союза архитекторов, руководители всех вузов города, директора крупных промышленных предприятий.

Последнее обстоятельство не должно удивить. Башкирский сельскохозяйственный институт начинал возрождаться за счет средств оборонного завода № 628 (он более известен как завод имени С.М. Кирова). Министерство промышленности, средств связи в порядке компенсации за занятие в годы войны здания вуза брало на себя все затраты по строительству нового учебного корпуса, общежитий, учебно-лабораторных помещений, спортивных сооружений. Проект новой застройки был разработал архитектором И.В. Гомелиной – сотрудником Государственного института по проектированию высших учебных заведений (Гипровуз). Главный корпус предназначался для организации занятий 1200 студентов.

Годы затянувшегося возведения главного учебного корпуса Башкирского сельскохозяйст­венного института совпали с самым радикальным поворотом в общегосударственной архитектурной практике и организацией перевода на рельсы максимальной экономии стро­ительной области страны. В борьбе с архитектурными «излишествами» много проиграло монументальное решение здания, а вслед за этим и торжественное обрамление примыкающей к нему площади. Возникли претензии и к месту, отведенному главному корпусу. Летом 1964 года Уфу посетил Хрущёв. Проезжая вдоль редко выстроившихся новых зданий по проспекту Октября, он не мог не обратить внимания на возвышающийся корпус. Но когда узнал, что в нем размещен вуз аграрного профиля, громко выразил возмущение. Незадолго на очередном пленуме ЦК КПССС постановили начать перевод этих вузов в сельскую местность. Однако настаивать на закрытии вуза в Уфе высокий московский гость не стал, очевидно, понимая, что это прервало бы нормальные занятия студентов.

Правда, местные власти, словно оправдывая свой промах, отказались продолжить возведение всех утвержденных согласно проекту сооружений. Оставшуюся на время «бесхозной» территорию поспешно раздали другим организациям. Вместо предполагаемой ансамблевой застройки примыкающих улиц многоэтажными корпусами Башкирского сельхозинститута появились неказистые пятиэтажки общежития профтехучилищ и жилые дома, названные в народе «хрущевками». В начале 70-х годов на части сохраненной за вузом территории был возведен еще один учебный корпус. Но это уже не могло сохранить первоначальную широту замысла всей застройки и пространственного решения при впечатляющей монументальности всех сооружений современного вуза.

 

 

Госцирк

(Проспект Октября, 73)

 

В начале 1955 года в Управлении по делам архитектуры при Совете министров БАССР рассматривался проект нового стационарного цирка в Уфе, рассчитанного принять 2020 зрителей. Находиться он должен был в районе нынешнего парка имени Якутова. Архитектором был Семён Якшин (институт «Гипротеатр»).

Московский архитектор оставил ощутимый след в застройке послевоенной Уфы: после реализации двух его предыдущих проектов город украсили здания кинотеатров «Победа» (1948 г.) и «Родина» (1953 г.). К сожалению, новое его творение подверглось незаслуженной критике, что помешало реализации проекта. Здание кинотеатра «Родина» было выдвинуто на соискание государственной премии СССР, однако, вскоре фамилия С.И. Якшина была вычеркнута из списка претендентов на награду. Причина тому – разгромный доклад первого секретаря ЦК КПСС Никиты Хрущева, где кинотеатр «Родина» был приравнен к сооружениям с неоправданно пышным декором. Тогда это квалифицировалось как творческая неудача и злоупотребление архитектурными излишествами.

Идея Якшина не была реализована. В оценке проекта привлеченные местные эксперты обнаружили недостатки. Прежде всего, было заявлено, что учреждение культуры с такой большой вместимостью окажется слишком велико для Уфы – города со средними показателями по числу жителей (обсуждение велось еще до того, как Уфа и Черниковск объединились). Начали оспаривать правильность выбора места для строительства цирка в непосредственной близости от Детского парка. Это требовало сноса ветхих домов и предоставления уфимцам новых квартир, на что не было свободных средств. Обнаружилось также, что в цирке предполагается устраивать «водные феерии», а заменяемая при этом вода будет сливаться в Солдатское озеро и загрязнять водоем. В итоге проект положили под сукно.

Вернулись к строительству только спустя десять лет. Начиналась реализация общегосударственной программы по возведению цирков в сорока крупных городах страны, и все вопросы по возведению проектной документации решались в Москве. В Уфе был повторно использован проект здания цирка, возведенного в Новосибирске (архитектор Г.В. Непреенко, институт «Гипротеатр»). В экспертной оценке проекта подчеркивалось, что здание цирка улучшает объемно-пространственное и планировочное решение городской территории, и что самое важное, применение сборных конструкций позволяет преодолеть архитектурные излишества.

Госцирк был размещен на вновь образованной и быстро застраиваемой главной улице Уфы – проспекте Октября. Строительство завершилось в ноябре 1968 года. Композиционная основа здания подчеркнула его функциональное предназначение: несущие стены представлены в виде окружности, повторяющей круглую арену. Наружная цилиндрическая сцена цирка имела сплошное остекление и воспринималась как барабан с выразительным козырьком крыши.

Здание было спроектировано с расчетом его универсального использования. Здесь стало возможно устраивать спортивные соревнования, проводить выставки и концерты. Но в первую очередь оно предназначалось для аттракционов с применением сложных конструкций и традиционного циркового реквизита. Были построены подсобные помещения для хранения имущества, содержания животных, проведения тренировок и репетиций артистов, выстроено здание гостиницы для приезжающих на гастроли в Уфу цирковых коллективов.

Из архива: январь 2016г.

Читайте нас в